Линн Смитерс - Потери и обретения. Книга первая

- За «Лунный берег», - присоединилась к ней Джоанна. На душе у нее полегчало, когда она обнаружила, что, несмотря на историю с Бертье, из-за которой она лишилась своей мечты, в ней еще сохранялось чувство оптимизма. Яркие насыщенные цвета и ткани уже возникали перед ее мысленным взором, меняя сочетания и оттенки, словно стеклышки в калейдоскопе.

Следуя профессиональной привычке договариваться о делах за ланчем, Холли сразу же потащила Джоанну в знаменитый ресторан «Миддл-таун», который, по ее словам, отличался высоким сводчатым потолком и лучшим в городе салатом «Лорд».

Откинувшись на спинку удобного кресла и оглядевшись, Джоанна заметила, что по залу слоняются долговязые манекенщицы из универсального магазина - наверное, из того, над которым располагался ресторан. Видимо, права Холли, в этом действительно была какая-то предопределенность.

В то время пока Джоанна и Холли отмечали свое творческое содружество, Памела входила в конторское здание на бульваре Сансет. Надпись на стеклянной двери гласила: «Ларсон и Стрип». Хотя Сидни Ларсон скончался более четверти века назад, Дональд Стрип не убрал с двери имя своего бывшего партнера по юридической практике. Он был человеком, который чувствует себя удобно в рамках традиций. Человеком принципиальным. Именно его принципы и собиралась Памела подвергнуть испытанию.

Для этой встречи она оделась очень продуманно: черное шелковое платье от Жоффри, которое оттеняло прозрачную бледность ее кожи, с интригующим умеренным декольте. Светлые волосы она собрала сзади в низкий пучок, что соответствовало стилю «девушки из общества», и подколола черным атласным бантом. Итальянские туфли-лодочки на каблуках в четыре дюйма создавали впечатление, будто обтянутые шелком ноги растут прямо от шеи.

- Милый, милый Донни! - приветствовала она адвоката с такой теплой улыбкой, будто у них были общие секреты. - Как я соскучилась! И как любезно, что при вашей занятости вы нашли для меня время.

Дональд Стрип живо поднялся и, обойдя письменный стол своего покойного партнера, пошел ей навстречу.

- Когда красивая женщина приглашает старого отшельника на ланч, у меня не только находится время, моя дорогая, я отменяю все намеченные на день дела, - в тон ей ответил он и подмигнул.

Дональд Стрип, шестидесяти восьми лет, со взъерошенными редеющими волосами, был человеком из того же времени, что Майкл и Милдред Сэвидж. Их адвокатом он стал с самого начала, когда Майкл открыл свой первый магазин. В отличие от адвокатов нового поколения, которые отдавали предпочтение шелковым водолазкам, полосатым брюкам и мягкой обуви «а-ля мокасины», Дональд в высшей степени пренебрегал своим внешним видом.

Но Памела знала, что за поношенным старомодным костюмом, за потертыми манжетами белой рубашки с монограммой, за очками для чтения, купленными с лотка в аптеке, расположенной по соседству на этой же улице, скрывается человек блестящего юридического ума.

- Стыдно наговаривать на себя, - с напускным гневом произнесла она. - Вы же совсем не старый, Донни. - Она протянула ему руки, и ее белые хрупкие пальцы легли на его ладони с голубыми прожилками и неестественно длинными пальцами, изуродованными артрозом. Но пожатие его рук оставалось твердым, вселяющим бодрость. - Скорее наоборот, вы только вступаете в пору своего расцвета.

От удовольствия Дональд даже покраснел, что особенно бросалось в глаза по контрасту с белым воротничком.

- Пожалуй, вы несколько преувеличиваете, Памела, - ответил он. - Правда, до сих пор, как и большинство мужчин, я, грешный, остаюсь слишком чувствительным к женской лести, а потому спорить с вами не стану.

- Мои слова не лесть, они искренни, - убедительно продолжала лгать плутовка. - Я знаю, с моей стороны дурно отрывать вас от дел, не предупредив заблаговременно, но мне срочно нужно вернуться в Лондон, а я очень обеспокоена тетей Милдред.

Он нахмурился.

- Надеюсь, это не очередной приступ сердечной болезни?

. - О нет, с этим все в порядке, слава Богу! - поспешила заверить его Памела. - Но в последнее время она стала вести себя несколько необычно. Я решила, что благоразумнее будет посоветоваться с вами.

Его пушистые седые брови поднялись над оправой очков.

- Юридический совет?

- Не совсем так. - Она опустила глаза на вытертый пол, как бы пытаясь получше сформулировать свой ответ. - На самом деле, - тихо проговорила она, встретившись с его вопрошающим взглядом, - я пришла к вам потому, что вы ее самый близкий друг. А я ужасно боюсь, что очень скоро ей понадобятся все друзья, которыми она располагает.

- О Господи, звучит зловеще.

- Не торопитесь, вначале выслушайте.

Они отправились на ланч в ближайший ресторан, где адвокату явно доставило удовольствие, что его видят в обществе женщины намного моложе его, к тому же очень привлекательной. Памела знала, что он вдовствует вот уже почти столько же лет, сколько управляется с делами конторы без партнера. Ее шпионы донесли ей также, что в последние десять лет он вел жизнь ученого-затворника, холостяка, которая больше подошла бы какому-нибудь монаху, нежели богатому адвокату в сказочной стране изобилия.

Ничего, скоро все изменится. Дональд Стрип еще об этом не подозревает, подумала, улыбаясь про себя, Памела и наполнила бокалы из второй бутылки шампанского. Но от этого он станет только счастливее.

Когда наконец шофер привез их обратно в контору, оба были слегка навеселе. Дональд опьянел сильнее, чем она. Она рассчитала все точно: он и должен был опьянеть, но не слишком. В ее планы не входило ввести старика в состояние полового бессилия.

- Не могу поверить, чтобы Милдред позволила увлечь себя дикарскими играми с потусторонним миром, - повторял он уже в который раз. Его расстроил рассказ Памелы с описанием проводимых сеансов, не говоря уже о подозрительных обстоятельствах смерти бывших мужей Берты Червински. - Она всегда была вполне здравомыслящей женщиной.

- Я знаю. Именно поэтому ее поведение сейчас кажется еще более эксцентричным, - согласилась Памела с серьезным видом.

День близился к вечеру. Секретарь адвоката отпросился пораньше, оставив их в кабинете наедине. Памела села на кожаный диван, забросив ногу на ногу. В какой-то момент Дональд, казалось, испытал искушение присоединиться к ней. Мысленно она улыбалась, наблюдая за ним. Он преодолел искушение и предпочел кресло с высокой спинкой за письменным столом. Если он думает, что широкое добротное кресло из дуба защитит его, размышляла она про себя, то милый старикан, увы, ошибается.

- Нам надо что-нибудь, ну хоть что-нибудь предпринять, - прошептала Памела.