Кимберли Пирс - Парни не плачут.

– Ух, давайте отпразднуем? На следующей неделе будет классная вечеринка! – Кэндис залезла вглубь салона, подтянув ноги. – Твой день рождения! Двадцать один год… ты станешь мужчиной.

Не хотелось оказаться снова в душной, пахнущей потом и страхом машине. Брэндон устроился поудобнее. Ему тут же прилетел пинок.

– Чтобы больше у меня такого не было.

– Чего? – огрызнулся он.

Не хочу судить тебя, молокосос, но на орехи ты у меня заработаешь… Джон слегка сощурился.

– А вот этого. Не останавливайся, когда легавые сзади. Я тебе сказал – выжимай газ и сворачивай… Я объяснил, как оторваться, а ты не смог.

– Ладно тебе, Джон! Чего ты мне мозги моешь?.. Всё уже. На доске простирали меня , обошлось. Нечего расстраиваться. – первый раз Брэндон повысил голос, не срывая его, с колеблющимся сознанием правоты.

– Я не расстроенный. Ты чуть нас всех не угробил, скромняга! Нравится тебе цацкаться с полицейскими?! Ну и пожалуйста! Ты же всё сделал для того, чтобы загреметь в кутузку… фальшивое удостоверение, нос кверху, послушный какой… Ты не знаешь здешних законников, они тебя живьём сожрут! – Джон сжал окурок так, что раскалённые искры посыпались сквозь пальцы. – Первое предупреждение.

– Угробил?.. – не городи чепухи, вожак. Тебе стыдно, что я вывернулся без твоей помощи…

– Э-эй, Брэндон! – Том оттолкнул его в сторону, ухмыляясь. Мальчишка предупреждению не внял, зная, что от перетягивания верёвки сейчас зависит его статус в дальнейшем… Гулянка удалась.

– Ты сам мне говорил – дави до восьмидесяти… выжимай скорость. Я и слушался тебя! Признаюсь, с документами вышла осечка, но если бы мы не гнали так, нас бы и не стали отлавливать, как бродяг!

Ищешь выход, дурачок? Но хозяин-то всё равно я. И я тебе это докажу. Джон дал Тому затрещину, сплёвывая под ноги. Он казался напуганным… и разъярённым. Пришелец был прав, зато щелчков по носу парень сносить не мог. Что он о себе воображает? Ударившись о дверцу, он схватил Кейт за локоть и грубо начал выпихивать.

– Ну-ка, вылезай! Раз так…

– Джон! – Брэндон отпрянул назад, и как раз вовремя, потому что мог заработать второй синяк на лице. Парень рванулся к нему, угрюмо сопя и дико сверкая глазами.

– А ты пошёл к чёрту от машины! Проваливайте все! Хрень!.. Проваливайте все от моей грёбаной машины !

– Брэндон не виноват… – Лана вылезла было, но Джон её остановил.

– А ты сиди! Все остальные – вон отсюда!! – хрупкое равновесие было сломано. – Это вам не курорт! Пошли на хрен! Шевели ногами… Завожу!

Кейт поскользнулась на гравии и чуть не упала. Джон сел за руль, прочищая горло. Громы и молнии здешний бог метал на "отлично". Вспыхнули габаритные огни… Мотор заревел, как и прошлый раз, со сбоями. Брэндон подумал, что дело в свечах. Фырканье и кашель напоминали человеческие… что ж, старому автомобилю пришлось худо. Машина подпрыгнула. В руках у Джона она пела по-другому… Едва различимые, бледные пятна лиц повернулись к фигурам, неловко мнущимся возле шоссе. Том курил с показным равнодушием. Брэндон дёрнул плечом.

– Что такое?

– Это же моя машина, чего он врёт… на своей бы так рассекал! – обиделась Кэндис. Будто услышав её, владелец "королевы" ударил по тормозам. Лана закричала.

– Кейт, валяй к нам, а то на работу опоздаем!

Всем остальным грозила ночь, проведённая на великих просторах… Дело – прежде всего!

– Он совершенно не может контролировать себя, – печально констатировал Том, когда их осталось трое. Десять негритят пошли купаться в море… – Так врачи говорят. У него неуправляемое, импульсивное поведение… Только я умею его встряхнуть. А если мне мешать, случается дерьмо. – летом они с Джоном неплохо развлекались, поджигая стога и литрами выдувая анисовую водку… А нынче иней покрывал посевы.

– Пошли, Кэндис. Мы до Гумбольдта и пешком доберёмся.

– Палата номер шесть… – Лана не могла оценить плоскую шутку, но Брэндона разбирало вялое зло. Демонстрация запоздалой мужественности помогла так же, как помогают мёртвому припарки… Привлечён мной, да? Я и не покушался на твою территорию… Он подул на ладони.

… Луна тянула за душу. Ночь была пустой и огромной. В кромешной тьме изящно и странно мерцали тонкие красные линии электропередач, и облака неслись по небу со скоростью гоночных автомобилей. Мой личный мир… это мой мир. Я бы поместил фотографию в крышку от часов… с вами всеми не так-то просто ладить, я не могу оправдывать все ожидания… Голова слегка кружилась. Брэндон взглянул на Тома, распластавшегося по земле, и вытянул ноги, едва слышно поскуливая. Плечи болели после долгого сидения за рулём… Давно уже не было таких сильных переживаний. Веки слипались, как будто в них брызнули сладким молоком. На голодный желудок хорошо охотиться, а на истощённую душу здорово добиваться взаимности… Ботинки были в траве и земле после добросовестно отмаханных семи миль в поисках ночлега. Первобытные запахи, острые ощущения. Он вернулся к истокам. Он ничего плохого не сделал… просто решился на определённый поступок, и настоял на своём. Кэндис дома, с малышом, но на двоих постояльцев её фермерский домик просто не рассчитан. Да и с парнями нужно поддерживать вид братства – не соскучился же он по дивану! Посреди неизвестности, заложив руки за голову, Брэндон чувствовал себя свободным. Записывал на память комплименты, выдумывал шутки и трюки… Он был не тот, что вчера, или месяц назад, когда только начинал свой «поход» – он стал сильнее и счастливее.

– Ты как там? – спросил Том, услышав неопределённые звуки, исходившие от свернувшегося калачиком паренька. Он сел и вытянул руки, грея их над наскоро построенным «скаутским» костром. Чёрт… в этой пустоши веток не добудешь… сухим торфом надо было разжигать, да разве тут возьмёшь торф? Он вспомнил отца, который учил его пользоваться зажигалкой в возрасте девяти лет. «Ты уже большой! Я обещал тебе как-то, что мы соберёмся за домом и покурим сообща, но ты подумай, как обращаться с этой штукой… я не хочу, чтобы мой сын прослыл сопляком!» Он умер от рака лёгких, и в тринадцать лет пацан оказался оторван от привычного… уехал из штата Невада вместе с матерью. Золотые деньки кончились. Он бегал из дому, а потом молча выслушивал нотации и принимал побои. Может, это его и закалило … Том сощурил глаза. Он прослыл тихим, едва ли не дурачком, но на самом деле просто не видел смысла орать на всех подряд. Джон мог себе позволить. Он – нет… потому что он был за компанию, и тоже счастья не с котомкой искал…