Элизабет Гейдж - Ящик Пандоры. Книги 1 – 2

Малейший поворот ее головы дал ему ответ. Хотя он понял его сразу, он продолжал прижимать ее, пока этот ответ проникал в самые глубины его надежд.

Прошло много времени, пока они наконец отстранились друг от друга и привыкли к тому, что произошло между ними, затем они встали и молча вернулись в лодку.

– Знаешь, – сказал Роб, пока они плыли обратно в парк, – я думал, Лаура. Может, это будет не такая уж плохая идея, принять предложение моего отца. Я могу пока отложить школу и поработать у него год. Я же буду класть крыши только летом. А потом я буду учиться бизнесу у него в офисе. У меня будет время сравнить и обдумать положение вещей. А потом я приму решение насчет колледжа. Как ты думаешь? Она улыбалась.

– По-моему, неплохо, – сказала она.

Она увидела, как он кивнул. Теперь он казался более спокойным, даже расслабленным.

Она посмотрела ему в глаза и подумала, что увидела в них образ Бонни Коркоран.

Берег приближался, крутилось огромное молчаливое колесо. Теперь была очередь Лауры расслабиться.

Они заметили предсказательницу судьбы, когда уже выходили из парка. У тропинки стояла маленькая будка. Рядом с ней на маленьком откидном стуле сидела женщина неопределенного возраста. Она встала при их приближении и улыбнулась.

Она была необычно привлекательна в цветастом платье, с четками. У нее было доброе лицо.

– Идете домой? – спросила она. – Не хотите ли услышать, что ждет вас в будущем?

Роб посмотрел на Лауру, которая пожала плечами и улыбнулась. Они посмотрели на цену, указанную на будке. Они потратили много денег за этот вечер, и не решались потратить еще.

Женщина легко прочитала их мысли.

– Сегодня бесплатно, – сказала она, отдергивая занавеску. – Это будет мой подарок. Входите.

Они вошли в будку. Она была украшена знаками зодиака, звездами и другими символами, а у женщины была приятная манера общаться, которая вызывала доверие и любопытство.

– Кто будет первым? – спросила она, указывая на маленький столик с прозрачным мячиком и двумя стульями. В ее глазах была мировая скорбь, как будто, предсказывая судьбу, она видела лица тысяч людей и много о них узнала.

Роб подошел. Женщина усадила его и внимательно изучила ладонь, водя пальцем по линиям.

Она достала колоду карт и стала открывать их одну за другой, игнорируя прозрачный шарик. Потом, все еще держа Роба за руку, она посмотрела ему в глаза.

– Я вижу много счастья, – сказала она. – Дом из кирпича. Окно наверху – там произойдет несчастный случай. Твой ребенок, мальчик, пострадает там. Но он поправится, и с ним все будет в порядке. Жена, очень добрая… Еще маленькая девочка. Ты смотришь поверх газеты, как она играет. Второй мальчик, возможно, позднее. – Усталость промелькнула в ее глазах и она отпустила руку Боба. – Я вижу много счастья, – заключила она. – Ты будешь счастлив.

Роб поблагодарил ее и уступил стул Лауре.

Женщина изучила глаза Лауры, потом ее руку. Почти сразу же она заколебалась. Потом посмотрела на Роба.

– Будь добр, оставь нас на минутку, – сказала она, скрывая под маской смеха что-то серьезное.

Роб послушно вышел, обещая подождать Лауру на улице.

Женщина внимательно изучила обе ладони Лауры, потом стала открывать карты. Она казалась встревоженной. Потом она вздохнула и посмотрела в глаза Лауры со странной, грустной улыбкой.

– Ты хочешь услышать? – спросила она.

– Конечно, – ответила Лаура. Женщина взяла обе ее руки.

– Я вижу пересечение, высшее пересечение. Там будет много любви, но и много боли. Великая любовь приносит больше боли, чем просто любовь.

Она остановилась.

– Я вижу разлуку. Я вижу смерть. Это не твоя вина, но это пройдет через тебя. Так хочет твоя судьба. Когда придет время, будет твой черед понять это и принять это.

У женщины были холодные руки. Ее глаза полуприкрыты, их выражение завороживающее.

– Но еще. В этой разлуке, даже после смерти, ты дашь ему то, что он хочет, несмотря ни на что. Благодаря тебе, ему будет принадлежать вечность. Если ты примешь эту боль… – последовала пауза, потом Лаура услышала звук собственного голоса.

– Кто он?

Женщина покачала головой.

– Этого я не могу тебе сказать. Придет время, и ты узнаешь, что он для тебя. Это я могу обещать.

Холодок от ладоней женщины, казалось, прошел сквозь Лауру. Она сидела, как парализованная.

Наконец, глаза женщины прояснились и она вроде бы расслабилась.

– Но не слушай меня, – улыбнулась она, – я всего лишь плутовка. – Она указала на занавеску. – Твой молодой человек очень симпатичный, иди к нему.

Лаура направилась к выходу, но оглянулась, чтобы посмотреть на гадалку еще раз. Ей почему-то не хотелось уходить. Женщине стало жаль ее.

– Это хорошее будущее. Ты никогда не захочешь его изменить.

Лаура улыбнулась.

– До свидания, – сказала она. Минутой позже она была на улице с Робом.

– Почему она отослала меня? Что за темная тайна? Лаура задумалась на минутку. Потом засмеялась и взяла его за руку.

– Она сказала, что я буду в музее с человеком, который будет везде разбрасывать деревянную стружку.

– Ах-ах, – Роб улыбнулся. – Я знаю, что говорю.

Они держались за руки, пока ехали домой. Но Лаура была задумчива. Слова гадалки все еще звучали у нее в ушах, но они убедили ее, что пришло время будущему сказать свое слово. Этот симпатичный мальчик рядом с ней, до которого так легко было дотронуться, будет с ней также недолго, как недолговечны зеленые листья на деревьях. Пришло время, чтобы лето сожгло их своим горячим дыханием, а потом, чтобы наступила осень и сорвала их с веток.

Боб проводил ее до двери, поцеловав на прощание.

Это был их последний поцелуй. Она была в этом уверена. Но это прощание было слаще любого приветствия.

Когда он ушел, она пошла к себе в комнату и тихо легла на кровать. Стены вокруг нее куда-то уходили, забирая с собой Квинс и последние десять лет, создавая незнакомую жизнь, далекую от этого времени и места.

Лаура лежала, думая о том, что она знает и чего нет, пока рассвет не проник сквозь шторы.

Завтра наступило.

С этой мыслью она, наконец, заснула.

VI

Северная Корея, Южный Унсан, 31 октября 1950 года

Было 15:30. Стрелковая рота Д, Первый батальон, Пятая кавалерийская, готовилась переправиться через реку Хьонгянг. По приказу из батальона следовало пересечь эту местность и прийти на сборный пункт не позднее 18:00.

С сентября рота участвовала в марше на север к Ялу, вместе с Пятым и Восьмым кавалерийским, в сопровождении Первой РОК и Английской дивизий. За рискованной, но успешной вылазкой Мак Артура и захватом Сеула последовало отступление северных корейцев. Сопротивление было редким, но достаточно упорным, чтобы вызвать значительные потери в батальоне.