Моника Айронс - Фамильное кольцо

— Как мы ее назовем? — проворковала Аврора.

— Может быть, Бетти? — спросила Мария, пытаясь сохранить хладнокровие.

— Ох, нет, это не подходит… — Я знаю, как! Мы назовем ее Хуанита. Как ты думаешь, дорогой, пойдет ей такое имя?

— Любое, какое тебе понравится, — улыбнулся он.

— Значит, Хуанита-с натужной улыбкой промолвила Мария. — Спасибо, Аврора. Прошу прощения, мне надо кое-что сказать Клариссе.

Она долго оставалась внизу, пытаясь справиться с раздражением. Когда был готов десерт, Мария подала его сама. К тому времени Тео и гостья вернулись в столовую. Подойдя к двери, она услышала настойчивый голос мужа.

— Ты не должна работать с этим человеком. Я запрещаю.

— Но что еще я могу? У меня осталась только карьера.

— Не говори так. Я не хочу думать, что ты…

— А вот и я! — сказала Мария внося поднос. Она лучезарно улыбнулась. — Прошу прощения за задержку.

8

Мария лежала в темноте и считала минуты. С тех пор как муж повез Аврору домой, прошло полночи, а он все еще не вернулся. Она знала, что эта женщина пригласит его подняться в квартиру — их квартиру-и он согласится. Но что потом? Целых пять часов!

Неужели Тео до сих пор ласкает ее совершенное, стройное тело, не обезображенное беременностью, и произносит нежные слова, понятные только им двоим?

Мария зарылась лицом в подушку, пытаясь избавиться от мучивших ее картин. Тело изнывало от предательского желания. Она боролась с собой, приписывая это причудам беременности, но не могла забыть недавний поцелуй. В тот момент ее обожгло пламя. Она никогда не ощущала подобного экстаза в объятиях Макса. Каждая клеточка томилась по Тео, но Марии принадлежала только его фамилия.

У нее больше не было сил. Мария поднялась, накинула халат и вышла из дома в сад. Сев у фонтана, она зачерпнула пригоршню воды и смочила горящий лоб. Вода охладила кожу, но была бессильна против мучившего ее жара.

Наконец послышался шум подъехавшей к парадному машины и уверенные мужские шаги. Тео направляется к галерее. Должно быть, он заметил, что дверь в сад осталась открытой, и решил узнать, в чем дело.

— Кто здесь? — донеслось из темноты. — Вы, Мари? — Он шел к ней через освещенный луной сад. — Что вы здесь делаете в такой час?

Она пыталась сдержаться, но слова вырвались сами собой:

— Я беспокоилась. Ожидала, что вы вернетесь несколько часов назад.

Тео посмотрел на нее с удивлением.

— Я был уверен, что вы давно спите. Разве вас интересует моя жизнь?

— Интересует. Особенно если вы до утра просиживаете у Авроры. Все знают, кем она вам приходится.

— В самом деле? — Его тон стал язвительным. — И кем же?

— Содержанкой! — выпалила она. — Женщиной, чьи прихоти вы оплачиваете!

— Ну и что? Если я помогаю своей подруге, это мое дело. Я не позволю вам вмешиваться в дела, которые вас не касаются. Зарубите себе на носу!

— А я не позволю, чтобы из меня делали дуру! — мстительно заявила она. — Мы с вами знаем, почему заключили этот брак, но остальным это неизвестно. Люди будут смеяться у меня за спиной, зная, что от меня вы ездите прямиком к любовнице!

— К любовнице? Вы слишком много себе позволяете. Я уже говорил вам, что она мой старый друг. — В его голосе зазвучал металл. — Очень советую вам оставить все как есть.

— А если я не послушаюсь? — нахально спросила она.

Его тон стал угрожающим.

— Надеюсь, что послушаетесь.

— Надеетесь? Или приказываете?

— Можете думать все, что вам угодно, но будет так, как я сказал. Не спорьте со мной и не пытайтесь диктовать мне. Сцены ревности в вашем положении едва ли уместны.

— Ревности? — Кровь хлынула ей в лицо, и Мария обрадовалась, что вокруг темно. — Как вы смеете? Мне все равно, с кем вы спите!

— Да неужели? — саркастически спросил он. — Судя по тому, что вы наговорили за последние несколько минут, никто бы этого не подумал.

— Повторяю, мне не нравится, что вы делаете из меня последнюю дуру!

Он бросил на Марию странный взгляд.

— И это все?

— Конечно.

— Хотите сказать, что при соблюдении осторожности вы согласитесь, чтобы у меня была любовница? И не будете возражать, если я стану посещать ее в середине дня?

Она испустила сдавленный смешок.

— Интересно, что бы вы сказали, если бы я повела себя так же, как вы?

В его голосе снова зазвучала сталь.

— Это совсем другое дело.

— Только на время. Как только родится ребенок, что помешает «мне последовать вашему примеру?

— Я помешаю. Вы будете вести себя так, как подобает моей жене. Вы и взглянуть не посмеете на другого мужчину. — Вы феодал! — гневно воскликнула она. — Присваиваете себе право делать все, что вам нравится, а меня обрекаете на монашескую жизнь!

— Я и так имею это право. Объясняться с вами и отчитываться в своих поступках я не намерен. А что до монашеской жизни — почему же? Когда родится ребенок, мы можем поговорить об условиях, при которых наш брак станет реальностью.

— На ваших условиях! — злобно бросила Мария.

— Конечно, на моих. Вы находитесь в Штатах. Я вам не какой-нибудь жалкий мексиканец, привыкший бормотать «да, дорогая» и «нет, дорогая»!

Взбешенная, Мария умолкла. Должно быть, ее выдали глаза, потому что Тео подошел ближе.

— Думайте что хотите, — негромко сказал он, — но вы принадлежите мне. И теперь, и в будущем. Вы сами пошли на эту сделку.

— Никогда! — яростно ответила она. — Наша сделка-всего лишь формальность. Я никогда не соглашалась стать вашей собственностью!

Тео ничего не ответил, но выражение его лица говорило само за себя. Она могла ругаться сколько угодно. Хозяином здесь был мистер Хантер.

— Должно быть, вы сам дьявол! — бросила разгневанная Мария.

— Нет, просто американец с типично американским отношением к жизни. Другим трудно понять это, но я уже говорил вам, что семья в Штатах — все. Вы жена Хантера, носите ребенка Хантера и будете хорошей женой и матерью.

— Я буду хорошей матерью, Хантер. В этом вы можете не сомневаться. Но мы с вами не муж и жена в обычном смысле этого слова.

— Когда придет время, мы станем ими. А что еще вы можете предложить? Хранить чистоту собственного ложа, уступив меня другим женщинам? И вы думаете, я это позволю?

Он обнял Марию за плечи и притянул к себе. Она попыталась сопротивляться, но Тео зажал женщину мертвой хваткой и прильнул к ее рту.

— Неужели вам нравится такая жизнь? — прошептал он на миг, — отрываясь от ее губ. — Вдалеке друг от друга?

Не успела Мария ответить, как он зажал ей рот новым страстным поцелуем.

— Вы действительно надеетесь, что так и будет? — пробормотал Тео, давая ей отдышаться.