Наша первая осень - Инна Стоун

Глава 27

Я не знаю, что на меня нашло. Это была какая-то минутная, мимолетная слабость, коих в моей жизни было очень много. Но мне вдруг показалось, что впервые в жизни я могу не бежать от нее, а наоборот — поддаться порыву. Наверное, на долю каждого человека выделенно определенное количество бед, испытаний и боли. И в какой-то момент (у каждого он будет разным) любой человек не выдержит, каким бы сильным он не был. И тогда рядом нужен тот, кто сможет просто обнять тебя и выслушать твои слезы. Для меня таким человеком стал Коля. Но я этого совершенно не ожидала! Как не ожидала и того, что его появление вообще станет катализатором моих чувств, выкрутит их на максимум и заставит им отдаться. Но, думаю, история с Алисой здесь тоже сыграла свою роль, и отчасти я плакала потому, что мне было больно и обидно за Колю. А он ведь ничего не знал, даже не догадывался. И от этого становилось еще больнее.

Когда его руки сомкнулись на моей спине мне показалось, что я ощутила их тепло даже сквозь куртку. И мне казалось, что сквозь Колину куртку я слышала стук его сердца. Да, я продолжала плакать, но мне было уже гораздо лучше. Я находилась в безопасности. Я находилась в самом лучшем месте на Земле. Я не могла надышаться запахом Коли. Не могла насладиться тем, как его грудь вздымается каждый раз, когда он делает вздох. Я так хотела, чтобы этот момент никогда не заканчивался, пусть даже я буду продолжать плакать. И как же меня угораздило так влюбиться?

— Что ты тут делал? — тихо всхлипывая спросила я.

Я не смотрела на Колю, но ощутила, как он пожал плечами, продолжая обнимать тебя.

— Не знаю. Просто хотел тебя увидеть.

От этих слов на душе стало так тепло и легко, я даже слегка улыбнулась. Такая простая фраза, буквально ни к чему не обязывающая, но она смогла на несколько мгновений разогнать огромные плотные тучи в моей душе. И я была бесконечно благодарна Коле за это. За эти несколько мгновений солнца, которые он мне подарил.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Солнечные лучи стали скрываться за набегающими черными сгустками моих проблем, а вместе с этим ко мне стал возвращаться рассудок. Мне нельзя тут быть. Нельзя обнимать Колю. Мне нужно собрать себя в кучу, отправиться домой и заняться решением своих проблем.

Я перестала плакать, как по щелчку. Сделала глубокий вздох и успокоилась. А затем я начала отстраняться от Коли, но он… он лишь сильнее прижал меня к себе.

— Не пущу, — несвойственно тихо проговорил он и вдруг… коснулся губами моей макушки.

Не знаю… может мне и показалось, но я будто отчетливо ощутила прикосновение его губ. И от этого плакать захотелось еще сильнее. А еще захотелось закричать. Закричать, чтобы он одумался. У него ведь есть девушка, пусть даже такая, как Алиса, и что все это неправильно. Неправильно по отношению ко всем участникам ситуации. Но на все это у меня будто не осталось сил. И я покорно отдалась новому потоку чувств, отдалась объятиям Коли, и… обняла его в ответ. Так мы и стояли, как вросшие друг в друга два дерева. Со стороны, наверное, мы смотрелись очень глупо, но нам было все равно.

Время остановилось, потому я не знаю, как долго мы стояли, но в какой-то момент Коля сам отпустил меня, но не до конца. Он взял меня за плечи и заглянул в мои еще опухшие от слез глаза.

— А теперь рассказывай, что у тебя случилось?

И я стала рассказывать. Потому что наконец-то могла. Потому что мне показалось, что после такого единения душ, я могу доверять Коле. Наверное, я была глупой и наивной, но я так хотела хоть кому-то по-настоящему доверять.

Рассказывать про Алису я, конечно же, не стала. Но я рассказала обо всем другом. Рассказала об истории с мамой, которая, похоже, нашлась спустя столько лет и совсем меня не узнала. Или сделала вид, что не узнала. Я больше ничего не боялась, больше не хотела сдерживаться, потому рассказывала все в красках и подробностях. Упомянула я и о том, что в парке ночью оказалась из-за всей этой истории. Коля слушал, не перебивал.

Затем я стала рассказывать про Антона и Егора. Точнее не так. Про странного лысого мужика и странную Карину, которая как-то с ними связана. Я поделилась тем, что Егор будто что-то скрывал от меня, и меня это сильно беспокоило. Поделилась тем, что, возможно, лысый мужик захочет «поболтать» со мной еще раз. Я все говорила, говорила, и говорила.

— … а еще мне кажется, что с этим связаны балаклавщики, которые избивают людей. И ты, ведь я видела…

И тут я поняла, куда меня занесло. Поняла, что я переступила черту, поддавшись своей слабости и желаю хоть с кем-то поделиться всем. Я просто перестала себя контролировать и это сыграло со мной злую шутку. Лицо Коли моментально преобразилось. Оно будто потемнело, брови сдвинулись к переносице. В один миг Коля перестал быть для меня «островком безопасности».

— Договаривай, — строго проговорил он.

Я нервно хохотнула и махнула рукой.

— Да я вроде все сказала.

— Договаривай. Что ты видела?

В голосе Коли звучали холод и сталь. Хоть мы и были знакомы всего-ничего, я никогда не видела его таким. И мне стало по-настоящему страшно.

— Видела тебя… перед началом учебного года… когда вы избивали какого-то парня, и он сорвал с тебя маску.

Лицо Коли никак не изменилось.

— Хочешь знать, я ли избил Антона?

Я открыла рот, но ничего не успела сказать.

— Да, это был я. А в следующий миг Коля схватил меня за руку и потащил в сторону своего подъезда. Вот так птички и попадают в клетки. А затем замки щелкают, и… и все.

Глава 28

Все вокруг изменилось в одночасье. Если раньше мне казалось, что вокруг сгущаются тучи, но сквозь них бойко пробиваются солнечные лучи, то теперь… теперь все вокруг просто почернело, как по щелчку. И больше ничего не осталось.

Не знаю, как так получилось, но чем больше я общалась с Колей, чем больше сближалась с ним, тем дальше я оказывалась от всех тех тревожных мыслей, что преследовали меня с самого начала. Я будто позабыла о том, что