Измена. Его ошибка (СИ) - Дина Павлова

всхлипываю, — Скорее глупое сделала. Я могу рассказать, но я не знаю как вы после этого ко мне отнесетесь. Ситуация некрасивая. И я не знаю как из нее выбраться.

— Рассказывай, Машенька, и ничего не бойся!

И я, собрав мысли в кучу, вываливаю все, что происходило за последний год. И про маму, и про Ингу, и про Кирилла, и про аудит. Запинаясь, иногда путаясь, я рассказываю практически все. А под конец выдаю предложение матери физически устранить Ингу.

Иван Михайлович кивает, явно удивленный. Затем, как будто опомнившись, он тихо спрашивает:

— А ты что сама об этом думаешь?

— Я думаю что надо было думать своей головой. А я не подумала, и теперь не знаю куда бежать и что делать.

— Давай так, — он смотрит на меня с нежностью, — я подумаю до завтра как лучше тебе оттуда сбежать. А чтобы ты не грустила, после обеда мы прогуляемся по ЦУМу.

— А куда я сбегу? У меня нет своих денег, на что я жить буду?

— Не грусти, это не самое страшное что может случиться. Главное, чтобы после аудита тебя ни в чем не обвинили… Кто ты по должности?

— Менеджер по качеству, — говорю совсем тихо, — В моем подчинении клинеры.

— И какие у тебя задачи?

— Чтобы было чисто на объектах. А еще я должна обучать клинеров. И тут проблема.

— Какая?

— Были несчастные случаи на производстве. Никто не умер, но если Инга до этого докопается… Я могу получить условный срок. Я гуглила. С другой стороны, — комкаю салфетку, — Инга согласилась на то, чтобы ей отдали здание, она тогда проводить аудит не будет. Казалось бы, можно успокоиться, но мама думает навредить Инге. Даже убить ее. Начнется расследование, а дальше будет цепочка проверок. Всплывет журнал инструктажа, техники безопасности, а там я ответственная…

— Ты молодец, соображаешь. — кивает Иван Михайлович, — Я был бы рад, если ты согласишься стать моей дамой сердца. Ты мне очень нравишься.

— Даже после того что я про себя рассказала?

— Да, ты умница. Ошибаются все, но не все способны признать ошибки. А ты их признаешь. А значит ты красивая и умная девушка.

Глава 26. Маша

Дальнейшая наша прогулка с Иваном Михайловичем проходит прекрасно. Мы больше не разговариваем о проблемах. Он меня уверяет что в любом случае меня спасет, чтобы ни произошло, а сейчас мне надо просто расслабиться и подарить ему незабываемый вечер.

Мы отправляемся в ЦУМ шопиться. Точнее, меня шопить. И это то, что мне нужно. Иван Михайлович щедр, я даже боюсь посчитать сколько он на меня потратил. Но главное — он купил мне святая святых — свитер «баленсиага», тот самый, на который не давала денег мне мать, считая что он «недостаточно красивый». И вообще, если бы не надписи, то и не поймешь, что это тяжелый люкс.

Да много она понимает в этом!

И лишь когда абсолютно счастливая, окруженная сумками и пакетами, я вспоминаю, что мне пора домой, мое настроение портится. Иван Михайлович это быстро замечает. Глядя как я застыла с чашкой кофе, он касается подушечками пальцев моей щеки:

— Машенька, ты что грустная?

— Я не хочу домой… Да и как я туда поеду с покупками? Они же поймут все.

— Ситуация, — кивает, — Знаешь что? Пока мы с тобой гуляли, я тебе снял квартиру на Патриках. Красивая двушка с видом на парк. Как ты смотришь, чтобы туда переехать?

Я с трудом сдерживаюсь чтобы не завизжать, радостно и громко, как поросенок. Но, с другой стороны, переезд — это полнейший разрыв с матерью. И что делать? Кусаю губы.

— Надо съехать, — задумываюсь, — Но аккуратно. Я очень боюсь мать… И боюсь Кирилла. Они же психически нездоровы. Кто знает, что придет им в голову, если я скажу что разрываю с ними отношения?

— Они настолько «ку-ку»? — лицо Ивана Михайловича заметно мрачнеет. Он комкает салфетку, раздумывая, — Твоя мать — не самая честная женщина, если заставляет тебя встречаться с мужчиной ради того чтобы отомстить подруге. Да и вся ее политика, все эти планы… Девочка моя, поверь! С таким подходом они растеряют весь бизнес.

— Понимаю. Но как мне от нее уйти?

— Сбеги, — пожимает плечами. — Найди удобный момент и сбеги. Ключи от новой квартиры я тебе оставлю. Деньги тоже дам. Так что как появится возможность, собираешь вещи и бежишь сверкая пятками.

Мы замолкаем. Я прикидываю как безболезненно съехать. Но тут выходит что либо тайком, либо со скандалом.

— Вы бы видели сколько у меня вещей…

— Бери самые ценные. Если все не удастся перевезти, я тебе куплю замену, — берет мою руку и целует, — я очень переживаю за тебя, вижу ты извелась.

— Мы можем эти покупки отвезти на новую квартиру?

— Конечно! — Иван Михайлович расплывается в улыбке. Господи, какой же он милый и добрый! Настоящий мужчина! И главное, даже если в сексе он мне не понравится, это будет не так страшно, нежели оставаться с матерью и Кириллом. Поэтому я сейчас готова на что угодно, лишь бы иметь возможность жить от них отдельно. Не нужна мне чужая компания по клинингу! А уж ввязываться в сомнительные мероприятия тем более я не буду. Одного раза хватило.

Я не ждала чего-то особенного от нового жилья, но Иван Михайлович меня приятно удивил. Светлая, просторная квартира, огромные окна, крайне приличный дом. Тут я явно буду жить более чем прекрасно.

Я оставляю в комнате пакеты с покупками, уже намереваясь уйти… Но внутренний демон мне сообщает: может что-нибудь наденешь на себя завтра! Тут столько красивых вещей. Мой взгляд падает на свитер «баленсиага». Я не могу отказать себе в удовольствии… А заодно отказать в удовольствии побесить мамашу. Да!

Беру свитер, сумочку «прада» и возвращаюсь на машине Ивана Михайловича домой. Хорошо что окна во двор не выходят. Перед тем как покинуть автомобиль, мы впервые целуемся на заднем сиденье. А он ничего!

Попрощавшись, бегу в подъезд, впервые вспомнив про время. Уже десять. Ну ничего, главное чтобы матери в квартире не было. И мне везет. Я захожу домой, прислушиваясь.

— Нашлялась? — раздается грубый голос Кирилла. И что отвечать ему? На цыпочках проскальзываю к гардеробу и запихиваю туда покупки. Какая я молодец!

— Я тебя тоже люблю, дорогой, — кричу в ответ, с трудом сдерживаясь чтобы не заржать в голос. Кого я обманываю…

— Ты уже надоела своим отношением, — Кирилл выходит из кухни, в майке и трениках. — Ты думаешь только о себе. Исключительно! Как попрыгунья-стрекоза.

— Я женщина, а не товарищ