Ферма "Копперсмита" - Девни Перри

со мной в приемном покое. И за то, что был рядом со мной спасибо.

— Мне не трудно заботиться о моих девочках, — сказал он мне в волосы.

Это был второй раз за сегодняшний вечер, когда он назвал нас «своими девочками», и на этот раз мне это понравилось даже больше, чем в первый. Это было по-собственнически, но мило и заботливо. Как будто мы были его сокровищами.

— Мне нравится, когда ты называешь нас своими девочками, — прошептала я, улыбаясь ему в грудь.

— Потому что вы ими и являетесь.

Моя улыбка стала шире, и я крепко обхватила рукой его торс.

Я не была уверена, как, но Джесс превратил плохой день в чудесную ночь. Ни разу с тех пор, как он приехал в больницу, я не пыталась установить между нами дистанцию. Я просто позволяла всему происходить естественно, и было здорово позволять ему заботиться о нас, не беспокоясь о том, что это значит, и не сомневаясь в его намерениях. Все беспокойство и сомнения, которые я испытывала последние несколько недель, были утомительными.

Сегодня у меня просто не было сил поддерживать это.

Джесс, казалось, совсем не был обременен сегодняшней драмой. Ни на минуту. Может быть, мы ему действительно нравились, и он хотел быть со мной, просто из-за, ну… меня. Никаких скрытых мотивов.

Вот он лежал в моей постели и ни разу не сделал попытки заняться сексом. И ничто в сегодняшних событиях не указывало на то, что он пытался отобрать у меня ферму. Черт, если бы он этого хотел, все, что ему нужно было сделать, это положить гремучую змею на крыльцо, и я бы никогда больше не переступила порог.

Я уже начала сомневаться в себе. Может быть, пришло время начать доверять Джессу и просто позволить этим отношениям между нами идти своим чередом.

Но я еще не была готова. Мне нужно было больше времени.

Отключив свой разум, я глубже прижалась к широкой груди Джесса, впитывая силу его тела. Я вздохнула с облегчением. Чистый и свежий.

— И спасибо тебе за то, что подарил нам детенышей мангустов.

Джесс

— Детенышей мангустов? — спросил я.

Когда она не ответила, я опустил глаза и увидел, что она уснула. Я знал, что она заснет рядом со мной, если просто выкинет все из головы.

Но у меня все еще были свои собственные мысли, поэтому я лежал без сна, прижимая Джорджию к себе.

Неплохое место для жизни.

Брайант позвонил мне ранее и сказал, что Джорджия ворвалась в отделение неотложной помощи с кровью, стекающей по ее руке. В тот момент у меня так сильно сдавило грудь, что я подумал, что у меня сердечный приступ. Поездка в больницу была напряженной. Никогда в жизни я так не волновался. И это о чем-то говорило, учитывая мое детство.

Джорджия и ее дочь, живущие на ферме Бена, завладели моей жизнью.

Я был человеком, который последние десять лет старательно избегал привязывать себя к чему-либо, кроме своей работы. Но я просто не мог оттолкнуть их. Вместо этого я продолжал пытаться притянуть их ближе.

И каждый раз, когда она пыталась воздвигнуть стену или дистанцироваться, я просто продолжал тянуть. Она была напугана, но она справится с этим. И чем меньше места ей оставалось для бега, тем лучше.

Господи, у нас еще даже не было секса. Но это я собирался исправить в скором времени.

Часть меня хотела сказать «к черту все» и взять ее прямо здесь, сегодня вечером. Но в наш первый раз я хотел ее полного, безраздельного внимания. Я хотел так возбудить ее, чтобы она выкрикивала мое имя. А с Роуэн, спящей напротив, громкий секс был невозможен.

Мне нужно было перестать думать о гребаной Джорджии. Мой стояк был всего в нескольких сантиметрах от ее ноги. Поэтому я переключил свои мысли на амбар.

Укус гремучей змеи.

Что. За. Черт.

За все годы, проведенные на ферме, я ни разу не видел здесь змей.

Но, конечно же, когда мы с Сайласом зашли в амбар, она была там. Именно там, где Джорджия и сказала. Вероятно, змея пыталась свить гнездо за этим тюком, но у нее еще не было возможности отложить яйца. И никогда не будет. Я был более чем счастлив отрубить голову этой сучке.

В понедельник я поговорю с Райаном из «Джеймисон Вэлли Констракшн» о сносе этого амбара. Я бы доплатил, чтобы это сделали в течение недели, а потом попрошу его построить на этом месте отапливаемый гараж. Джорджия могла бы держать свою машину внутри зимой, и я бы позаботился о том, чтобы гараж был достаточно большой и для моих буровых установок.

Потому что в не столь отдаленном будущем я собиралась жить на ферме со своими девочками.

Глава 8

— Мамочка?

Я резко проснулась и вскочила с кровати. Я неподвижно спала на боку Джесса, и он тоже вскочил, чтобы натянуть джинсы. Подбегая к двери, я взглянула на часы.

Пять утра.

Я щелкнула замком, распахнула дверь и опустилась на колени перед Роуэн.

— Как дела, малышка? Ты в порядке? — конечно, должно быть, что-то не так, если она встала так рано.

— Солнце всходит, мамочка. Это значит, что я могу встать с постели.

Когда ей было три года, я установила правило, по которому она не могла вставать с постели, пока не взойдет солнце. У нее появилась дурная привычка вставать посреди ночи и приходить в мою комнату, чтобы спать со мной. Что ж, я бы не назвала это сном. Меня пинали в лицо, живот и ребра.

Я повернулась к окнам. Солнце определенно еще не взошло.

— Э-э, милая, солнце еще не взошло. На улице все еще темно. Тебе нужно вернуться в постель, — сказала я.

Она проигнорировала меня, потому что, когда я повернулась, чтобы посмотреть на окна, ее глаза мельком увидели Джесса.

— Джесс оставался с ночевкой?

Было слишком рано заводить этот разговор.

— Да, Роу, я оставался с ночевкой. Ты не против? — спросил он, поднимая ее на руки.

— Неа, — сказала она, бросив на него быстрый взгляд.

Ее брови сошлись вместе.

— Это твоя пижама? Почему ты спишь в джинсах? Мама не разрешает мне спать ни в чем, кроме пижамы. Она говорит, что, если я буду спать в платьях, они испортятся.

Я не могла удержаться от смеха.

— Роу, милая, как насчет того, чтобы отложить вопросы до того, как мама и Джесс выпьют кофе.