Преследуя Аделайн - Х. Д. Карлтон

езды. Две полоски ткани от его рубашки туго завязаны поперек каждой колотой раны на животе. Его руки и ноги связаны — нет ни единого шанса, что он выскользнет из них.

У меня было слишком много практики.

Он разевает рот с момента пробуждения, и это перемалывает мои шестеренки в пыль. Он бросает пустые угрозы, как пули, но вместо этого они — бумага на ветру. Ни одна из них не попадает в цель. На самом деле, они не приземляются рядом со мной.

Только упоминание об Аделайн приводит меня в убийственную ярость.

— Да ладно, мужик. Ты так переживаешь из-за куска задницы? Может, ее голос и подходит для порно, а киска упругая, но, черт возьми, это можно найти и в других сучках. И я их перетрахал уйму.

То, что должно было стать довольно медленной смертью, теперь станет самой медленной смертью с момента зарождения человечества.

Было достаточно плохо, что он говорил о моей девочке в такой отвратительной манере, но затем он пошел и довершил это, намекая, что Аделайн не является чем-то особенным.

Она первая в своем роде, и другой такой никогда не будет.

Я въезжаю на подъездную дорожку, ведущую к моему складу. Это небольшое строение, где раньше производились камеры для какой-то дерьмовой компании, которая вышла из бизнеса в течение пяти лет.

Здание было конфисковано, и я купил его по дешевке. А потом потратил сотни тысяч долларов на то, чтобы превратить его в непробиваемую крепость.

Я переоборудовал главный этаж в жилое помещение с самой современной системой безопасности. Ни один муравей не сможет пробраться в здание без моего ведома.

Второй этаж — мое рабочее пространство. Десятки компьютеров и незаконные технологии, позволяющие делать то, что я делаю, заполняют все пространство. А подвал — это место, где я веду все свои дела, то есть куда я отвожу педофилов, чтобы пытать и убивать их, когда у них есть нужная мне информация.

Я построил подземный гараж, который ведет прямо в подвал. Так легче таскать, когда мне нужно донести до стола мудака ростом метр восемьдесят два.

Я большой человек, но я так же способен выгнуть спину, как и любой другой человек. Я все еще человек, блядь.

Закрыв за собой дверь гаража, я выключаю машину и разворачиваюсь.

Я вздыхаю при виде этого зрелища. Обычно, когда я похищаю людей, я более подготовлен. Они едут в багажнике, и мне не нужно беспокоиться о том, что я испачкаю машину. Но когда я нес его к своей машине, то торопился и просто бросил его туда.

Все уже в крови, и мне придется доплатить уборщикам, чтобы вывести эти пятна. С таким количеством крови любой бы задал вопросы.

Но им платят слишком много, чтобы они задавали глупые вопросы, из-за которых их могут убить.

— Мы можем сделать это легким или тяжелым способом. Я могу вырубить твою задницу, или ты можешь быть хорошей маленькой сучкой и не двигаться.

Его окровавленный рот формируется вокруг слова «блядь, и не нужно быть гением, чтобы понять, какое слово прозвучит следующим. Я бью его в нос, прежде чем он успевает произнести первый слог.

Хруст кости под моим кулаком почти оргазмический. К тому времени, как я отдергиваю кулак, из его разбитого носа хлещет кровь. Он сплевывает, и зуб вылетает у него изо рта на пол.

Я собираюсь засунуть ногу ему в задницу только за это.

Я выхожу, огибаю машину и распахиваю дверь.

Он начинает протестовать, но слова становятся невнятными, когда я хватаю его за воротник и вытаскиваю его задницу наружу. Со связанными конечностями он чувствует каждую каплю и удар, когда я вытаскиваю его тело из машины и тащу к столу.

Он извивается, как червяк на крючке, и по паническому выражению его лица я понимаю, что он испытывает это чувство. Тонущее чувство, что его жизнь балансирует на грани, а я вот-вот, блядь, из Спарты его выкину.

Несмотря на все его усилия, я затаскиваю его на хирургический стол и систематически развязываю определенные веревки, чтобы пристегнуть его к столу, одновременно удерживая его в неподвижном состоянии.

Он оглядывается и видит мертвого Фернандо, лежащего на другом столе.

После того как я проводил Сицилию, Майкл отвез Фернандо ко мне, а я отправился в поместье Парсонс, чтобы пошарить вокруг. Аделайн и ее подруга уходили, и я последовала за ними в клуб.

Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не пустить пулю в голову каждому мужчине, который терся своим членом о ее задницу. Я решил вернуться домой и разобраться с делами, пока не наделал глупостей и не похитил ее.

Пока допрашивал Фернандо, я установил монитор и следил за Аделайн через камеры клуба. Признаюсь, мои методы пыток стали гораздо более кровавыми, когда я увидел, как Арчи ведет ее по лестнице.

Я получил необходимую информацию от Фернандо. Их процесс извлечения девушек, имена некоторых мулов и имя того, кому подчиняется Фернандо. Оказалось, что этот парень в Огайо, поэтому я поручаю одному из других наемников заняться им. Он получит информацию на своего босса и будет работать по цепочке.

Мулы уже найдены и нацелены, так что после того, как я разделаюсь с этими двумя ублюдками, они получат снайперский выстрел в голову, а затем перейдут к семье Арчи.

— Блядь, мужик? — Арчи сплюнул, в его тоне слышались и ужас, и отвращение. Лицо Фернандо начало раздуваться.

Я пожимаю плечами, меня это не беспокоит.

— Сегодня вечером мне нужно избавиться от множества тел. Будет проще избавиться от них всех одновременно.

— Слушай, что бы ни сделала моя семья, мы можем договориться, — уговаривает Арчи, его слова немного невнятны и неправильной формы из-за выбитых зубов. Его нос уже распух и покрылся синяками, как и разбитые, пухлые губы. Он выглядит так, будто прошел пять раундов в боксерском матче со связанными за спиной руками.

— У меня нет никаких связей с твоей семьей, — говорю я спокойно. — По крайней мере, до сих пор.

Он замолкает на мгновение, недоверчиво глядя на меня, пока его мозг обрабатывает информацию о том, что я не враг Талаверров.

— Тогда какого хрена ты это делаешь? Из-за этой гребаной девчонки? — спрашивает он, его голос истеричен.

Я наклоняюсь ближе, позволяя ему хорошо рассмотреть мое покрытое шрамами лицо. Если не шрамы отпугивают людей, то смертоносный блеск в моих глазах обычно делает свое дело.

— Она, блядь, хотела меня. Не моя вина, что твоя девчонка не хочет тебя.

Я вздыхаю и выпрямляюсь. Я