Тройняшки в подарок (СИ) - Павлова Дина

Да и без фотографий он вряд ли бы мною заинтересовался второй раз. Потому что родовое проклятие — это штука страшная и обидная. А у Игоря еще и жена в Париже.

Глава 29. Диана

Глава 29. Диана

После нескольких бессонных ночей я все-таки позволяю себе признаться: работать моделью мне нравится. Это очень приятно. Сам факт того что ты представляешь какой-либо товар или магазин — это комплимент твоей чудесной внешности. А я всегда знала что она идеальна. И наконец это признал кто-то еще.

Вот только чем дальше, тем сложнее выполнять свою работу.

Потому что съемка для каталога — это бесконечные переодевания. И хотя мне помогают, уматываюсь я сильно. В итоге через три недели моей активной деятельности я оказываюсь на сохранении. Красота требует жертв, но зато теперь я напахала достаточно, чтобы иметь по бартеру и коляску, и подгузники, и бутылочки со смесью.

Следующий месяц мне приходится лежать целыми днями и разглядывать потолок. Обидно! Но это плата за удовольствие красоваться на баннере, который видит едва ли не пол-Москвы и Московской области. Может и Игорь увидит? Увидит и пожалеет что со мной расстался. Мало какие женщины сохраняют свою красоту, находясь в положении.

В этот раз меня отправляют в роддом, это на случай если я захочу показать детям свет, не дожидаясь осени. Но тут есть минус: тусовка мне попадается не такая веселая как прошлый раз. Точнее, она-то конечно веселая, но не в том смысле как хотелось бы. С этими каши не сваришь. Ни в карты перекинуться, ни чаи среди ночи погонять. Лежат такие же пузатые как я и стонут. Все им не так. И лежать неудобно, и сидеть устали, и ходить страшно. То боюсь родов, то не боюсь родов…

Шесть человек в палате, а нытья на весь роддом. И вишенкой на торте — это присутствие тут же малолетней цыганки. Вот это праздник так праздник. Во-первых, по-русски она почти не говорит. Во-вторых, это не мешает ей ругаться со всеми остальными.

Так как инстинкт самосохранения никто не отменял, я постоянно делаю вид что очень занята — потолок сам себя не рассмотрит. А вот остальные беременные высказывают и что от нее пахнет, и что они боятся что она что-то украдет, и что им домой надо. Звать деву Айгюль. Но надо отдать должное, ей тоже не нравится тут находиться, поэтому когда каждый раз ее забирают на обследование, она долго и громко ругается на неизвестном языке. Или молится — тут не разберешь.

Но самое прекрасное когда Айгюль навещают родственники. Всем табором. В прямом смысле этого слова. Какие-то мамки-тетки-сестры. И она хныкающем голосом что-то там им рассказывает, а они цокают языком, возводя глаза ввысь. После чего начинают причитать. И выяснять отношения с роженицами.

А потом приходит медсестра и просит их всех удалиться. Грозит полицией. А они не удаляются! Они не все дела выполнили! Я же лежу, положив руки на пузико, и радуюсь. Во-первых тому, что моя кровать дальше всех стоит, и на меня никто внимание не обращает. А, во-вторых, я просто люблю движняк. Потому что движение — это жизнь.

Слушать нытье — это скучно. А вот драка — это всегда весело. Главное — это со стороны наблюдать, а не участвовать.

И когда наконец Айгюль отправляется рожать, мне становится грустно. Ни табора, ни привода полиции, ни воплей на неизвестном языке. И только лежащие на сохранении постоянно жалующиеся тети.

С трудом уговариваю медперсонал отпустить меня домой, клятвенно обещая не только не сниматься голой, но и не ездить в магазин «Мамина радость». Хотя вру самой себе. Надоело мне скучать в четырех стенах.

Однако когда я наконец оказываюсь дома, становится понятно, что когда до родов месяц, то фотографировать можно себя только с телефона. Особенно если ты ждешь тройню.

Кстати о детях. Чем ближе ко дню икс, тем активнее они себя проявляют. Мне кажется им тесно в животе. А с другой стороны, как им себя чувствовать, когда ты постоянно прижат к брату или сестре? При таких условиях я бы постаралась побыстрее родиться, чтобы не мучиться. Но им пока что рано.

— Что, лежишь? — бабушка заходит в комнату, когда я, удобно устроившись на подушках, привычно положив руки на живот, дремлю, мечтая о том, как у меня будет целых трое детей. Я-то уж их воспитаю правильно. Во-первых я не буду им запрещать бегать по лужам. Даже садиться туда будет можно! Во-вторых, я разрешу лизать снег. В-третьих, мы будем слушать современную музыку, а не эту скукотищу. Короче я хочу стать прогрессивной матерью. А не как все остальные.

А еще я им заведу трех собачек. По одной на каждого. Пускай выгуливают. Детям надо прививать ответственность за себя, братьев наших меньших и за друг друга.

— Дремлю, — улыбаюсь, открывая глаза.

— А ты все-таки бесстыдница, Диана! Не возьмут тебя замуж. Даже не пытайся.

Быть в моем положении бесстыдницей еще надо умудриться, поэтому я даже привстаю на подушках.

— Это чой-то?

— Соседку напротив сейчас видела. И она мне показывает снимок с телефона, говорит, ваша девочка на рекламе? Да я бы не подумала что это ты, если бы ты про этот магазин не рассказывала. Потому что не могла Диана так позорить честь семьи. Без трусов, да в одной простынке! — садится в кресло и хватается за грудь, — Ох, колит! Девушка должна честь хранить, понимаешь?

— Бабуль, какая честь? Хранить уже нечего… — вздыхаю, — Кузя, кис-кис, иди сюда. Хоть ты меня понимаешь. Ты, бабушка, лучше скажи: кот рыжий у нас есть, а деньги-то когда появятся?

— Никогда! Деньги муж зарабатывает, а таких как ты замуж никто брать не станет!

Ну и ладно. Вскрылась моя маленькая тайна. Но я и не жалею. Теперь весь дом меня будет знать не как мать-одиночку троих детей, а как фотомодель.

— Не возьмут и ладно. Кстати что-то тянет мне. Тут… — показываю на низ живота и тут меня охватывает страшная мысль. А ведь уже конец августа! Уж не рожать ли мне время пришло?!

Глава 30. Эльвира

Глава 30. Эльвира

Дар — это то, чем награждают высшие силы избранных. Он передается от бабушки к внучке, от матери к дочери, от тетки к племяннице. Наш род славен талантливыми экстрасенсами, врачевателями, гадалками. Правда что касается меня, я не так сильна как мать и бабка. Львиная доля Дара досталась моей сестре, Ларисе. Но не так много людей могут воспользоваться ее способностями. Потому что сестрица отправилась жить в какую-то глухую деревню, выращивать капусту и кормить птичек, где и принимает простой народ за килограмм муки и горсть сахара. Глупышка!

Нет в ней гедонического начала и предпринимательской жилки. А у меня — есть. Но как на грех, много чего не вижу. А если уж увидела — то не развидеть. Зато все знаю о самопрезентации, имидже и продвижении услуг.

Современные проблемы требуют современных решений.

Поэтому я и стала называть себя «хранительницей судьбы и генералом энергетических потоков». Это раньше можно было быть успешной, просто «гадая». А сейчас нужна псевдонаучная подоплека. Хотя будем честны, бред это все сивой кобылы.