Танцующие пылинки - Саманта Янг

— Давай пока сосредоточимся на этом.

— Ладно, я подожду снаружи. У тебя есть апельсиновый сок?

— В холодильнике.

— Хочешь немного?

— Конечно.

Я подождала, пока Отэм закроет за собой дверь, а потом повернулась и посмотрела на кровать. Медленно выдохнув, я потянулась к подолу своей рубашки.

Вот оно.

Все снова изменилось.

* * *

Не было сюрпризом, что у Отэм оказался отличный вкус. Как для меня, некоторые вещи были слишком изящными, но по большей части она интуитивно догадалась, что во мне все еще живет девушка-рокерша. У меня появилось много новых черных футболок оверсайз с принтом и пара новых джинсов. К моему облегчению я влезла в шестой размер Великобритании, что означало, что мне нужно было поправиться на один размер, чтобы снова чувствовать себя здоровой.

Раньше я носила только узкие джинсы, потому что мне нравилось хвастаться, что у меня есть задница и бедра. Но поскольку теперь эти части тела были временно в отпуске, узкие джинсы мне не совсем подходили. Из-за частой ходьбы мои икры стали мускулистыми, а бедра слишком худыми. Каким-то образом Отэм тоже это обдумала. Когда я увидела в сумке свободные штаны Levi’s, то впала в шок. Но потом Отэм объяснила, что они более подходят для моей нынешней формы. И она была права. Эта девушка была своего рода гением.

— Ты можешь вернуться к своим узким джинсам, когда Бренна поможет тебе набрать немного больше веса.

К тому времени, как Бренна вошла в квартиру, я снова почувствовала себя почти стильной. Ну, знаете, за исключением синяков и безобразных волос.

Бренне было за тридцать. Они с Отэм познакомились, когда та получала степень в области наук о продуктах питания. Бренна была приглашенным лектором. Отэм так и не получила ученую степень, но нашла в Бренне друга на всю жизнь, несмотря на разницу в возрасте.

Высокая, стройная, с короткими темными волосами, Бренна имела сияющую медного цвета кожу, которая делала ее моложе своих лет, и, возможно, это было связано со здоровым питанием. Скорее всего. Я была большим сторонником преимуществ хорошей диеты и физических упражнений.

— Обычно я начинаю с того, что прошу в течение недели вести дневник питания, а потом мы начинаем исправлять то, что нам нужно, — сказала Бренна. — Однако я понимаю, что у тебя совсем другая ситуация. Итак, если тебе удобно говорить об этом в присутствии Отэм, не могла бы ты рассказать о своих привычках в еде за последние несколько месяцев?

Бренна стояла на другом конце островка, потягивая чай, и я поняла, что она старается не задавать лишних вопросов. Отэм села рядом со мной на табурет.

— Я могу уйти, — заверила она тут же.

— Все в порядке. Я… Э-э-э… Я знаю, что многие люди стыдятся быть бездомными, но мои обстоятельства были другими. Я сама это выбрала. Никто другой из тех, кого я встречала, не выбирал такую жизнь. Я знаю, что люди будут утверждать, что наркоманы, алкоголики косвенно это выбрали, но так нельзя говорить. Никто не знает, каково это для них. Я знаю людей, я с ними общалась… Ну, если бы у них было достаточно сил, чтобы бороться со своими пристрастиями, они бы не оказались на улице. — Я слегка покраснела, поняв, что отклонилась от темы. — Во всяком случае, я, э-э… Я ела дешево. Старалась завтракать каждый день, хотя бывали дни, когда я этого не делала. Но в основном я завтракала. Обычно это были банан и булочка с беконом. Банан для белка и булочка с беконом насыщали меня до краев. И это было дешево. Обед был периодическим. В одни дни он у меня был, а в другие нет. Обычно это был бутерброд, который продавался со скидкой. Тунец, курица, все, что было. Большую часть времени я просто ждала, чтобы пораньше поужинать. В основном рыба с жареной картошкой. Бутерброд. Картошка фри. Всякий фаст-фуд. Дешевый. Но, — и тут я призналась, почему я так похудела, — в последние несколько недель я не могла переварить ее. Эта еда наполнена жиром, и я… это начало вызывать у меня тошноту.

Бренна нахмурилась.

— И именно тогда ты реально начала замечать потерю веса?

— Да. Я имею в виду, что потеряла немного, потому что, когда не пела на улице, я ходила пешком. Я путешествовала по Европе с рюкзаком и вот тогда заметила, что мои джинсы стали немного свободными. Но да, думаю, что за последние несколько месяцев превращение жира в мышцы перешло в уменьшение размера одежды.

— А привычки к выпивке?

— Никакого алкоголя, — тут же ответила я. — Мне нужно было иметь ясную голову, и это означало не напиваться и не тратить деньги на ненужное дерьмо. Я пила воду. Больше ничего.

— А воды у тебя было много?

— Два литра в день. Это было все, что я могла себе позволить.

— Это лучше, чем ничего. — Бренна кивнула, глядя прямо перед собой, и поставила кружку на стойку. — На самом деле все не так уж плохо. Я думаю, что ты тонкокостная, у тебя высокие скулы, так что любая потеря веса будет выглядеть хуже, чем есть на самом деле.

— Я… — Я запнулась, раздумывая, стоит ли мне это признавать или нет. Но это звучало у меня в голове, поэтому…

— У меня не было месячных в этом месяце. И я определенно не беременна.

Отэм напряглась рядом со мной.

Бренна кивнула.

— Ладно, в этом нет ничего необычного, и скорее всего связано с недоеданием. Это даже может быть связано со стрессом. Ты через многое прошла. Отэм сказала, что у тебя назначен медицинский осмотр, поэтому обязательно упомяни об этом, а также о том, что ты посещаешь диетолога. Как только мы получим необходимые питательные вещества обратно в твой организм, тогда и посмотрим, вернется ли все в норму.

— У меня опять начнутся месячные?

— Будем надеяться. — Бренна вытащила папку из сумки, которую принесла с собой, и открыла ее. — Итак, у меня есть несколько вопросов…

Она спросила о моей истории веса, текущей и прошлой истории болезни, семейной истории болезни, пищевой аллергии и непереносимости, моих симпатиях и антипатиях, привычках есть, спать и заниматься спортом, прошлых попытках похудеть и моих эмоциональных и социальных связях с едой. Раньше у меня никогда не было проблем с весом. Присутствовал хороший обмен веществ, и я была молода, так что это никогда не было проблемой. Кроме того, мне действительно нравилось есть здоровую пищу. И я повторила Бренне то, что сказала О'Ди — чтобы поддерживать