Лягушонок для Миллионера - Юлия Валериевна Рябинина

касается, — мгновенно реагирует, скрещивает руки на груди.

— Ань, я хочу просто понять, с чем мне придется бороться, — повышаю голос, мне не нравится то что она опять начинает морозиться, отгораживаться.

— Вы ничего не понимаете, — сбавляет тон, до полушепота.

— Так объясни. Ведь именно этого прошу! — взрываюсь.

— Мне придется вернуться домой, — слышу в голосе ничем не прикрытое обречение.

Смотрю на нее расширенными глазами.

— Ты это серьезно? — спрашиваю недоверчиво таким тоном, как будто она сумасшедшая.

Аня кидает на меня злой взгляд.

— Вы просто не понимаете. Он меня все равно не оставит в покое. Не даст спокойно жить. А тем более после того, как видел нас… — она делает выразительную паузу, — … вместе.

Недобрая ухмылка растягивает губы. Мне не раз приходилось ломать подобных экземпляров, но это было связано больше с бизнесом, а не личными отношениями. И то как царевна боится его меня просто убивает. Вымораживает.

— Ань, он бил тебя? Ну, когда вы были женаты? — зачем-то спрашиваю, и только после того как задаю вопрос, осознаю, что для меня важно услышать на него ответ.

— Нет, — поспешно отвечает Аня, но в ее тоне слышу досаду.

— А почему тогда ты его боишься? Вы разведены? — еще один вопрос на который мне важно услышать ответ.

И когда девушка медлит с ответом, ошарашенно смотрю на нее. Девушка косится на меня, но когда замечает мой взгляд тут же отводит глаза в сторону.

— Почти, — еле шевеля губами отвечает.

— Почти?! — переспрашиваю. — Это как?

— Мы не успели развестись. Его посадили, — нехотя отвечает.

— А в процессе? Почему не развелась с ним, в то время когда сидел? — не унимаюсь, хочу докопаться до истины.

— Слишком много вопросов Владимир Романович, на которые я не хочу отвечать, — сжимает губы и обнимает себя еще крепче.

Я больше мучать ее не стал. Понял, что если продолжу, она закроется от меня совсем, как ракушка, черт бы ее побрал.

Оставшийся путь до дома едим молча. У каждого в голове свои мысли. Я поглядываю на Аню. И что интересное подмечаю, как на ее лице отражаются все эмоции, которые она переживает в мыслях. И то что происходит в ее голове мне не нравится. Уже поднимаясь на парковку, я понял, чего стоит ожидать, когда мы окажемся в квартире.

И моя интуиция меня не обманывает. Аня, как только за нашими спинами захлопнулась входная дверь, направилась в спальню, и через секунду оттуда вышла домработница.

— Я больше не нужна? — ровным голосом спрашивает женщина, совершенно без каких либо эмоций.

— Видимо да, — улыбаюсь, — спасибо Надежда Ивановна, что выручили. Завтра можете еще помочь? Няню не успели найти, — приклеил на губы улыбку, а у самого так и подгорает зайти к Ане и осадить ее. Ведь сто процентов вещи собирает.

— Да, — женщина подхватив свою сумку, обувается, — как уточните у Ани, сообщите. Мне кажется, она не в настроении, — с пониманием смотрит на меня Надежда Ивановна. — Я пойду.

— Угу. Спасибо, — киваю ей и женщина выходит за дверь, тихо ее прикрывает.

Я, скинув обувь сразу же направляюсь в спальню. Толкаю дверь, застываю на месте.

— Ань, — окликаю девушку неподвижно сидящую с ребенком на руках.

— Я боюсь, — слышу душу леденящий голос. — Боюсь возвращаться.

В голове будто предохранитель щелкает и я наконец-то в полном объеме могу понять всю ситуацию которая сейчас происходит: без права на ошибку. Смотрю на Аню и ее сына и от осознания того, что если сейчас сделаю шаг к ней, то возьму на себя ответственность не только за девушку, но и за ее ребенка. Готов ли я к этому? Готов ли принять столь серьезное решение не подумав?

Но стоит лягушонку повернуть голову в мою сторону и посмотреть на меня, сердце тут же приняло решение за меня.

Я в один миг оказываюсь возле Ани. Присаживаюсь перед ней на корточки. Обхватываю пальцами икры сжимаю.

— Ань, доверься мне. Я смогу тебя защитить. Смогу помочь, — я говорю это искренне, от всего сердца.

Да, я принял решение. Глядя в ее глаза: сделал выбор. И по тому как сердце колотиться в груди, выбор сделан был уже давно.

— Владимир Романович, — глухим, болезненным голосом произносит девушка. — Я не имею права подставлять вас под удар. А вдруг с вами что-то случится? Я себе этого не прощу, — поджимает губы и в ее глазах застывает такая тоска, что душа наизнанку выворачивается.

Не сдерживая эмоций резко встаю и скользнув на кровать, порывисто обнимаю Аню с сыном со спины. Девушка застывает на мгновение, в недоумении от того, что я делаю, а Гриша, недовольный тем, что приходится делить маму с кем-то, закопошился на ее руках.

— Владимир Романович, — передергивает плечиками Аня, пытается сбросить руки. — Это лишнее.

Мне приходится разжать объятия. Отпустить ее. Вижу, что пока не готова принять меня. Но ничего я упорный. Не отступлюсь. Подожду.

Аня стремительно встает. Отходит на несколько шагов дальше от кровати. Поворачивается ко мне лицом, но в глаза не смотрит.

— Я сегодня хотела уехать к Лене, но ввиду того, что объявился Женя не смогу, — она замолкает, я не перебиваю, жду что она скажет, — я наверное трусиха? Но вы же видели его? Он не захочет со мной говорить?

Взгляд девушки наполняется страхом. И я замечаю, как она стискивает сына в объятиях сильнее.

— Ань, я тебя не гоню. Ты можешь здесь жить столько сколько будет нужно, — поднимаюсь с кровати, встаю перед ней. — И не беспокойся. Здесь и ты и Гриша в безопасности.

Аня невольно пятиться.

Ладно, останавливаю себя. Не стоит на нее наседать. Она пока сама не понимает до конца что происходит. И моя настойчивость по отношению к ней, может сыграть со мной злую шутку. Поэтому не долго думая я покидаю спальню.

— Если ты не против я закажу еду из ресторана. Готовить настроения совсем нет, — не спрашиваю, а скорее высказываю мысли вслух. — Может есть пожелание?

— Нет, — бросает коротко.

И я закрывая дверь, приваливаюсь к ней спиной. Что творит эта девчонка со мной? Чувствую себя тряпкой, готовой в любой момент под нее расстелиться.

Черт!

Сжимаю кулаки и со злостью делаю серию ударов в пустоту, вкладывая в них все свое неудовлетворение. Чувствую, что меня надолго не хватит. Головой-то я много всего понимаю, вот только инстинкты вопят во всю глотку напоминая о том, что я мужик и не хера не каблук. И препятствия которые возникают у меня на пути я привык решать по другому. Но почему-то все что касается или связанно с Аней автоматом перекочевывает