Моё сводное проклятие (СИ) - Соловьева Анастасия

Звук повторяется снова и снова. Психанув, я открываю глаза и осматриваю кровать. Надо выключить телефон! Кто вообще звонит в такую рань?

Ленка.

Имя бывшей подруги подобно ледяной воде, окатившей с ног до головы.

Я вспоминаю всё: и отъезд родителей, и предательство Лены, и пьянящую ночь с Алексом. Которого рядом нет. Только смятая подушка говорит о том, что я не сошла с ума и вчера мы действительно занимались сексом.

Боже! Щёки краснеют, сердце стучит заполошно, быстро. Мы были вместе, я рассказала ему о своей влюблённости, а он дал понять, что мы ещё когда-нибудь увидимся. Может, даже сходим в винный магазин или кино. Нет, про кино Алекс не упоминал, это я уже свою фантазию вовсю подключаю.

Он рассматривал свои старые фотографии, потом комментировал мои древние снимки. Там, где я смешная и некрасивая. Мы смеялись. Затем решили перекусить, нам хватило простых бутербродов. Мы пили вино и болтали о всякой ерунде, Алекс то и дело трогал меня или пытался поцеловать. Я в долгу не оставалось, тоже к нему постоянно лезла.

Но третьего раза не было. Мы завалились в спальню и как-то быстро задрыхли, даже толком не пожелав друг другу спокойной ночи. А сейчас Алекса нет рядом. Где он? Сбежал? Уехал к себе домой? А как же попрощаться?

Ох! Хлопаю себя ладонью по лбу, чтобы не зацикливаться на дурных мыслях. Сбрасываю звонок от Ленки и с трудом встаю. Между ног еле ощутимо печёт, движения скованные, волосы превратились в воронье гнездо. И взгляд очумевший немного. Я отворачиваюсь от зеркала и включаю воду в душе.

Надо освежиться и прийти в себя. И не пороть горячку. Отсутствие Алекса ни о чём не говорит. Вдруг он мне завтрак готовит?

Смеюсь от подобного предположения. Но настроение немного улучшается.

Натянув на себя шорты и белую майку, я спускаюсь на первый этаж. Пусто. И на кухне, и в гостиной. Конечно же, я проверила комнату Алекса. Его там нет.

Как и его машины во дворе.

Горло сдавливает спазмом. Я откашливаюсь и включаю кофемашину. Изо всех сил стараюсь гнать плохие мысли. Ужасные, депрессивные, вредные. К чёрту их! Даже если Алекс уехал, невелика беда. Я выживу.

Спустя десять бесконечно долгих минут к дому подъезжает знакомая машина. Я даже за запястье себя щипаю, чтобы точно проверить — сон это или новая реальность.

Я бегу в прихожую и во все глаза смотрю на Алекса. У него в руках какой-то пакет, лицо расслабленное и довольное. Он улыбается мне, затем скользит взглядом по моим полуголым ногам. Но особое внимание уделяет груди. Я ведь без лифчика, а белая Майка ничего толком не скрывает. Ещё и соски встали, но это от прохлады, залетевшей с улицы!

— Привет, — шепчу.

— Я нам еды взял, — трясёт он бумажным пакетом, на котором написана известная фирма доставки.

— Тебе не понравились вчерашние бутерброды?

— Нет, питание должно быть полноценным, — качает он головой.

— Зануда, — улыбаюсь. А затем бегу к нему и за шею обнимаю. Целую в небритую щеку, втягиваю знакомый аромат. Алекс пахнет любовью и свободой. А ещё теплом и надеждой. — Я думала, ты ушёл по-английски.

— Нет. Я бы так не поступил, — серьёзно говорит он. Запечатлевает на моих губах лёгкий поцелуй и движется в сторону кухни.

Мужик проголодался. Что ж, простим ему это. Да и я не против что-нибудь вкусное съесть.

Алекс достаёт из пакета ещё горячие стейки, салат с морепродуктами, рамены с креветками и несколько роллов «Филадельфия».

— Не знал, что ты любишь, — объясняет он.

Тебя.

Признание вертится на языке, но я проглатываю его, подавляю с небывалой решимостью. Нет, сейчас нельзя такое говорить. Для Алекса это всё в новинку, я могу испугать его. Вообще удивительно, что он до сих пор здесь.

— Да я всеядная, — пожимаю плечами и набрасываюсь на еду.

— Я тоже.

Нашу трапезу прерывает новый звонок от Ленки. Тяжело вздыхаю и перевожу телефон на беззвучный режим. Не могу с ней разговаривать. Не сегодня. Я вообще о её предательстве думать не хочу, сразу больно становится. И тошно.

— Не ответишь? — осведомляется Алекс.

— Нет. Но это не Макар, если ты об этом подумал, — вдруг оправдываюсь я. — А Лена. Ну, моя подруга. Бывшая уже.

— Я ни о чём таком не думал, — мрачнеет Алекс. И бамбуковые палочки откладывает в сторону.

Мне больше кусок в горло не лезет. Ну вот зачем я вспомнила Макара? Кто меня вообще за язык тянул?

— Неловко получилось, — развожу руками.

— Ты сегодня другая. Немного взвинченная.

— Да потому что я впервые с мужиком завтракаю после того, как ночью занималась с ним сексом! — вспыхиваю. Ну почему он простых вещей не понимает? Для меня это утро — легендарное событие, небывалое и неспровоцированный. Конечно, я нервничаю.

— Ясно, — Алекс задумчиво трёт подбородок. — Наелась? — кивает он на нетронутый ролл.

— Угу.

— Отлично.

Он встаёт, хватает меня за руку — и в следующую секунду я уже обвиваю его бёдра ногами. Взвизгиваю от неожиданности, сильнее за Алекса цепляюсь.

— Что ты делаешь? — хрипло спрашиваю.

— Пытаюсь тебя расслабить. И отвлечь от громких мыслей.

— Нет у меня никаких мыслей! — стукаю его кулачком по плечу.

— Ага, конечно, расскажи кому-нибудь, — хмыкает Алекс. И тащит меня наверх, но только на этот раз мы оказываемся в его комнате. Не в моей.

Тело охватывает мелкая дрожь. Я пять лет мечтала побывать в его святая святых. Но не пробраться тайком, словно шпионка, а быть приглашённой в обитель Алекса.

Ещё одна мечта, которая прямо на моих глазах становится реальностью.

14.3

— Поверить не могу, что я в твоей комнате, — говорю, когда дыхание приходит в норму, а дрожь понемногу стихает.

— Что в этом особенного? — усмехается Алекс. Я кладу голову на его грудь и облизываю пересохшие губы.

Мы только что занимались сексом. Среди белого дня. И всё закончилось феерическим оргазмом. Снова. Да так просто не бывает! Я Ленке не верила, когда она подобные вещи озвучивала, потому что нельзя в первый раз получить удовольствие. Это из разряда фантастики.

Даже мимолётное воспоминание о подруге тяжестью оседает на сердце. Я кусаю Алекса в плечо и объясняю ему очевидные вещи:

— Комната парня — это что-то очень личное и важное. Словно ты становишься частью его жизнью, будто он впускает тебя в свой мир хотя бы на некоторое время.

— Звучит глупо, — хмыкает Алекс. — Тем более ты знаешь, как выглядит моя комната.

— Ага. Но ты ни разу меня сюда не приглашал. Наоборот — выгонял, когда я с тобой поговорить хотела, — дуюсь я.

— Мы снова о прошлом? — с ноткой недовольства уточняет Алекс.

— Ладно-ладно, молчу, — сдаюсь. И правда, что-то я зациклилась на своих девичьих обидах. Надо это перерасти. — Лучше расскажи мне о своих татуировках. Почему ты их стесняешься?

Я аккуратно провожу указательным пальцем по первой звезде на теле Алекса. Затем по второй. Он напрягается, дышит чаще. Ответит или нет? Впустит меня в свою реальность?

— Мою маму зовут Стелла, — сипло произносит он.

Я хмурюсь, не совсем понимая, что Алекс имеет в виду. Да, бывшую жену Василия Андреевича действительно зовут Стелла. Но я же о татуировках спрашивала… Чёрт!

— Стелла — это же в переводе звезда? — осеняет меня.

Алекс еле заметно кивает. Его челюсть напряжена, взгляд направлен вверх, на потолок. Кажется, мы отдаляемся друг от друга. Стремительно, бесповоротно. Алекс закидывает руку за голову и молчит. Но я не позволю ему отстраниться! Не после всего, что между нами было.

— Ты любил её?

Он дёргается, словно от боли. А я прижимаю ладонь к его сердцу, которое стучит быстро и громко. Как и моё.

— Нет ничего плохого в том, чтобы любить свою маму. Даже если она неидеальная.

Иду на ощупь. Точно не знаю, что чувствует Алекс, но по его взгляду, по голосу, по поведению я понимаю, в каком направлении двигаться. У него сложные отношения и с отцом, и с матерью. С этим надо что-то делать.