Непокорная для хулигана - Соня Мармеладова

прогиб засчитан. И ножкой по его ноге так оп… плавно скользнуть вниз и резко наверх, поворот, волна. О, да…

Глаза Громова зажглись азартным лихорадочным блеском, взгляд стал острее, губы приоткрылись, а дыхание участилось. Скользнула ладонями по его плечам, вдоль рук до самых кончиков пальцев и, вильнув бёдрами, прогнулась в спине, касаясь волосами пола. Глаза в глаза, а в ушах бешеное биение сердца. Казалось вот-вот и выпрыгнет…

– Ты… – Громов попытался что-то сказать, но голос хрипло смолк и только в тёмной бездне глаз бушевали эмоции. Такие яркие, живые, что я невольно испытала восторг. Ведь они предназначаются мне…

– Василиса, – раздался грозный голос брата, заставив вздрогнуть. – Мы уходим, – сухо произнёс он.

– Но… – протянула обессужено, выпрямляясь. – Что-то случилось? Как всё прошло?

– Дома поговорим, – отрезал он и мотнул головой, чтобы направлялась на выход.

– Клатч только заберу, – произнесла и кисло улыбнулась Громову. – Бывай, – махнула рукой и направилась к стойке, чувствуя лопатками его обжигающий взгляд…

Глава двенадцатая

Брат умотал с самого утра, ещё до моего пробуждения. А я долго ленилась в кроватке, не желая ни о чём думать, хотя тревога за родного человека всё же подняла меня на ноги.

Поскребла плечо, влезла в тапки и потащилась в ванную.

Паразит вчера так и не рассказал, что случилось.

Выдавила на щётку пасту и оскалилась своему отражению.

Неужели было так сложно объяснить?

«Ты не должна общаться с братом Коршуна…» – что это вообще значило? Почему я не могу общаться с тем, с кем мне нравится? Вот чую одним местом, без этого поганца дело не обошлось.

Сплюнула в раковину и умылась. Привела волосы в относительный порядок, вышла в кухню и выглянула в окно. Байка на стоянке не было. Сходила в комнату брата, убедилась, что спортивной защиты тоже нет и пошла готовить себе завтрак.

Выходит, Андрей отправился на трек? Но зачем? До соревнований ещё долго, тренировки начнутся через пару месяцев, не раньше. Что же он, чёрт возьми, скрывает?

Приготовила бутерброды с чиабаттой, творожным сыром и авокадо, налила себе зелёный чай и села у окна. Читать и кушать. Любимое занятие.

Погрузившись в чтение, не сразу поняла, что звонит домофон. Вышла в прихожую и нажала кнопку камеры, на дисплее показалась рожа Громова. Твою… мать.

«Что ему понадобилось в воскресенье?!»

Притвориться, что дома никого? А вдруг что-то важное? Что-то с Андреем, а наших номеров он не знает, вот и приехал.

Тяжело вздохнула и впустила незваного гостя. Критично оценила свои пижамные штаны в крупную клетку, поправила футболку с изображённым на ней героем аниме и открыла входную дверь. В подъезде звякнули двери лифта. Поднялся…

Прислонилась к стене, чуть склонив голову набок и, когда Громов показался, вопросительно вскинула бровь.

– И? Чего понадобилось?

Громов скользнул по моему лицу озадаченным взглядом и спустился ниже.

– Золушка превратилась в тыкву? – поинтересовался насмешливо.

– О, да ты шутник, я смотрю, – оскалилась, собираясь захлопнуть дверь перед его наглым носом, но Громов сунул ногу в проём.

– Погоди, – попросил серьёзно. – Я хотел поговорить с Андреем.

– Его нет, – сообщила, отпустив дверь. – Уехал рано утром. Полагаю, на трек.

Громов нахмурился, а я могла оценить его внешний вид и, признаться, мне безумно понравилось то, что увидела. Бело-чёрный мотокомбинезон идеально подходил к его наглому дерзкому выражению лица и к тёмным гипнотическим глазам. Про спортивные ботинки вообще молчу.

– Он что-нибудь говорил, о… ну, о том, что произошло вчера?

– О том, что случилось с Гелей? – поправила иронично, скрещивая руки на груди. – Нет. Не говорил. Почему бы тебе не узнать у неё? Мне только запретили общаться с Матвеем и это жутко бесит, – поделилась своими мыслями, не сильно понимая зачем вообще.

– Одевайся, – внезапно велел Громов, вполне себе серьёзно.

– Что? – недоумённо моргнула.

– Одевайся, поедем к Геле вместе. Или тебе совсем не интересно, что скрывает от тебя твой парень? – хитро поинтересовался этот гад, прищурившись.

– Он мне не… – начала было и махнула рукой. Вот ещё, объяснять ему, велика честь. Но пробудить моё любопытство у Громова всё же получилось. Как легко меня купить, оказывается. – Заходи тогда, не стой на пороге.

Впустила парня и закрыла дверь на защёлку.

– Кухня там, на столе ещё остались бутерброды, кофе сам нальёшь. Я пошла собираться.

Громов усмехнулся и расстегнул молнию комбинезона наполовину. А я вдруг вспомнила, как вчера прижималась к этому сильному мускулистому телу… Тряхнула головой и скрылась в своей комнате.

Ну хоть на Евсееву эту посмотрю. Может, действительно, что толковое расскажет?..

Когда вышла, Громов реально пил кофе и умял два бутерброда. Кажется, они даже пришлись ему по вкусу. Хотя это странно, обычно кроме меня, подобное никто из моих знакомых не ест. Даже Андрей. Они предпочитает классику: с колбасой.

– Слушай, – села напротив, уперев локти в стол. – А тебе это вообще зачем? Какая разница, что там произошло? Или так за любовь свою переживаешь?

Громов поставил кружку на стол, мою кружку, между прочим. Как он её вычислил среди прочих?.. в шкафу дофига же чашек.

– Дело не в Геле, – произнёс ровно. – Я думаю, тут как-то Коршунов замешен, хочу уберечь Андрея от ошибки. Чем быстрее всё узнаем, тем лучше.

– Логично, – согласилась я и поднялась. – Поехали тогда?

– Спасибо за кофе, – сыто улыбнулся гад и отнёс кружку в мойку. – И надень куртку потеплее, сегодня прохладно.

– Да, мамочка, – покривлялась и направилась в прихожую. – А далеко Геля живёт? Вообще есть гарантия, что она сейчас дома и захочет с нами говорить?

Громов пожал плечами.

– Попробовать стоит. Только… я сам с ней поговорю, потом поедем искать Андрея. У меня не так много предположений, где он может быть.

– Не проще его дождаться дома? – предположила, одеваясь.

– Думаешь, он сам что-то расскажет? – скептически поинтересовался Громов и стал надевать ботинки.

В чём-то он прав, но вот странно,