Извращённое Королевство (ЛП) - Кент Рина

— Кинг! — Ронан постукивает по месту рядом с ним. — Viens par ici — Иди сюда.

Он даже не замечает его, все его внимание сосредоточено на моем лице.

— Пойдем со мной.

Я перестаю притворяться, что меня волнует еда, и смотрю на него. На то, как его форма облегает мускулистые руки и бедра. На то, как расстегнута первая пуговица, обнажая намек на его загорелую кожу.

Качая головой, я спрашиваю:

— Пойти с тобой?

— Ты поймешь по пути.

— Хэй? — Ронан вскакивает на ноги и машет в сторону Эйдена. — Я здесь.

— Двигай своей хорошенькой попкой, милая.

Я хватаю рюкзак и встаю.

Может, из-за того, что я снова услышала, как он называет меня милой.

Может, из-за его чертовски властного тона, от которого у меня внутри все плавится.

Может и то, и другое.

Эйден некоторое время остается неподвижным. Он, вероятно, не ожидал, что я добровольно соглашусь. Я тоже удивлена, но больше не могу с этим бороться.

По крайней мере, не сейчас.

Пауза Эйдена длится всего секунду, прежде чем он берет меня за руку и выводит из кафетерия.

— Хороший разговор! — Ронан кричит нам вслед.

Я смотрю на руку Эйдена, сжимающую мою. Это навевает воспоминания о том времени, когда мы были детьми.

Тогда я всегда была той, кто держала его за руку и обнимала его. Я также бесстыдно прижималась к нему и клала голову на плечо.

Кто знал, что настанет день, когда наши роли поменяются?

Мы садимся в Феррари Эйдена и вылетаем со школьной парковки.

— Куда мы едем? — наконец спрашиваю я, прижимая рюкзак к груди.

Эйден сосредотачивается на дороге.

— В The Meet Up.

— Зачем?

— Нэш попросил встретиться там.

Ох.

Я пытаюсь побороть волну разочарования, но проигрываю. Мы едем за город только из-за Коула. Не то чтобы я должна была быть разочарована.

Я не должна.

— Почему ты пошла со мной добровольно? — спрашивает он ни с того ни с сего.

— Я... не знаю.

И я действительно не знаю. Я была не в том состоянии духа.

Возможно, это потому, что я беспокоилась о нем и вспоминала прошлое.

Или, возможно, это потому, что я скучаю по нему. Я как нищий человек, умоляющий о крошках и его проблесках, чтобы утолить жажду и жажду внутри.

Я ненавижу себя за то, что скучаю по нему. Почему невозможно не скучать по нему?

Склонившись набок, я внимательно наблюдаю за ним, за его черными волосами и неотразимыми глазами, которые могли бы рассказать тысячу историй. За его телосложением и за его легкой уверенностью.

Должно быть, в его крови есть что-то чужеродное. Нет. Я уверена, что есть. Иначе, как получилось, что он так легко втягивает меня в себя?

— Помнишь время, которое мы провели вместе десять лет назад? — спрашиваю я, прежде чем успеваю остановиться.

Он кивает, его глаза темнеют.

— А ты нет.

Мое сердце замирает. Он ненавидит это. Ой, Боже мой. Он ненавидит, что я не помню его с тех пор. Должно быть, поэтому он был таким придурком все это время, называя меня Холодным Сердцем и бессердечной.

Но могу ли я винить его за это? Я была бы так убита горем, если бы он забыл обо мне.

— Это не по собственному выбору. — я заправляю прядь волос за ухо. — Кроме того, я кое-что помню.

— Хм. Например, что?

— Например, проведённое с тобой время и разговоры. Не думаю, что ты когда-либо называл мне свое имя, потому что я продолжала думать о тебе как о мальчике с серыми глазами.

— Ты проводила со мной всю ночь, — он слегка улыбается. — Ты не ушла бы, даже когда я тебе сказал.

— Я бы не ушла! — мои щеки пылают от смущения.

— Я тот, у кого есть воспоминания, не забыла? — его губы кривятся в ухмылке. — Ты вытерла мое лицо влажным платком, а затем накрыла меня одеялом, просто чтобы могла скользнуть под него вместе со мной. Ох, ты также держала меня за руку и целовала в щеку. Малышка Эльза была приверженцем пятой стадии.

Есть ли какая-нибудь яма, в которую я могла бы зарыться?

И все же я вздергиваю подбородок.

— Ты говоришь это только потому, что я не помню.

Он берет мою руку и подносит ее к своему лицу. Он прижимает мою ладонь к своим губам и целует ее так нежно, что по всему телу пробегает дрожь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Жар разливается по коже, как быстрый огонь, и пробирает до костей.

О, Боже.

Я могу справиться с напряженной, грязной стороной Эйдена — иногда — но я совершенно беспомощна перед его мягкой стороной.

— Ты выглядишь чертовски очаровательно, когда стесняешься.

Он опускает мою руку и держит ее на своем бедре, прижав к себе, будто это его самая ценная собственность.

Наши пальцы переплетаются. Моя маленькая рука в его большой. Мои женские пальцы против его длинных, мужских.

Меня так и подмывает вырваться, но я слишком люблю тепло. Кроме того, я все еще в шоке от того, как он поцеловал мою ладонь.

Я подумываю надавить на него, чтобы расшевелить его уродливую сторону, просто чтобы доказать, что его жесткая часть всегда побеждает. Что его мягкая сторона это иллюзия и обман ума. — Раньше ты не была застенчивой. — он наклоняет голову набок. — Ты брала и брала, не раздумывая.

— Нет.

— Да. Я говорю тебе, малышка Эльза была жесткой.

— Боже. Не могу поверить, что у тебя грязные мысли о маленькой девочке.

— Ты больше не маленькая девочка.

— И ты не маленький мальчик.

— Верно. Вот почему я трахаю тебя.

— Ты когда-нибудь перестанешь говорить грязные вещи?

— Только когда я трахаю тебя грязно.

Грохот его голоса посылает искры по всей моей коже и вниз, к сердцевине.

В его голосе есть что-то совершенно мужское, грубое, глубокое и... грязное.

Да, грязное. Такое чертовски грязное.

Я сгораю, почти закипаю при виде этого голоса, грохочущего рядом с моими чувствительными частями, когда он шепчет мне грубые вещи.

Неправильный образ для твоей решимости, Эльза.

— Ты не можешь остановиться? — шепчу я.

— Не тогда, когда дело касается тебя.

— Да. Вини в этом меня.

— Я виню в этом малышку Эльзу. Она заставила меня думать о вещах, о которых я никогда раньше не думал.

— Например, что?

— Например, взрослые вещи. Я же говорил, она была жесткой.

— Ты вкладываешь мне в рот слова только потому, что я не помню.

— Ох, ты будешь помнить. Не могу дождаться, чтобы увидеть выражение твоего лица, когда ты вспомнишь.

— Мечтай дальше, придурок.

Он усмехается, и звук эхом разносится вокруг нас, как мелодия. Я хочу дотянуться до этого звука, упаковать его куда-нибудь и сохранить.

На мгновение я просто сижу, загипнотизированная, как в ловушке, когда его черты смягчаются, а плечи расслабляются.

Теперь, думая об этом, Эйден часто расслаблялся рядом со мной. Будь то его сексуальная напряженность, его сводящее с ума собственничество или его редкие улыбки и смех.

Ему легко со мной.

И если быть честной с самой собой, то с ним мне тоже легко.

Прежде чем я успеваю насытиться его смехом, мы приезжаем.

Почему расстояние не может быть больше?

Джип Коула уже припаркован на подъездной дорожке. Я оставляю свой рюкзак в машине и следую за Эйденом вверх по ступенькам.

— Почему Коул попросил встретиться здесь?

— Не знаю.

Я прищуриваюсь.

— Ты хочешь сказать, что приехал без плана?

— У меня был план. — он наклоняет голову в мою сторону. — Все, что связано с тем, что ты рядом со мной, это идеальный план.

Моя температура становится на десять градусов выше, но я прочищаю горло.

— Ты провел утро с Коулом? Вот почему ты не пришел в школу?

— У меня была встреча с моим консультантом по поводу Оксфорда.

Ох.

Верно.

Эйден поступит в Оксфорд. Эта информация всегда была спрятана в глубине моего сознания, но, услышав ее вслух, она становится реальной и... окончательной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В конце года мы с Эйденом пойдем разными путями, нравится нам это или нет.