Бездушные. Искупление (СИ) - Данина Дарья

...

- Охренеть... - Выпаливает мулат, вдыхая холодный воздух, который тут же превращается в белый пар. – Я чуть всё не проспал.

Наблюдаю за тем, как он прикуривает себе сигарету, и мажет по ветру серым дымом.

- Я и сама заметила случайно. – Пожимаю плечами, зарываясь носом в шарф. Выглядываю из-под капюшона, следя за его пальцами, что сжимали сигарету. За губами, что крепко обхватывали фильтр и напрягались при каждой затяжке. – Чуть не заснула.

- Я ревнивый, Агата. Очень. – Тихо смеётся Нико, и встречает мой любопытствующий взгляд. – Я, конечно, понимаю, что не конкурент Сене... но всё же... я хочу засыпать с тобой.

Он проводит ладонью по заснеженным перилам и сжимает в кулаке маленький сугроб. Его тёмные пальцы смотрятся крайне необычно на фоне сливочного снега.

- О чем ты думаешь, Агата? – Прерывает мои раздумья и выбрасывает снежок, отряхивая руку. – Поделись со мной. Я голову ломаю каждый раз, глядя на тебя.

- Что ты хочешь, чтобы я тебе рассказала? – Его же словами... затем повторяю за ним его движение и морщусь от того, как леденеет моя ладонь.

- Ты ведь не сбежишь от меня?

Он не смотрел на меня. Он пронзал насквозь. Мучительно больно разрывая каждый нерв.

- Нет. – Перехожу на шёпот, не в силах отвести взгляд. – Не сбегу.

Конечно же, не сбегу. Да и куда? Он сам обмолвился, что Хесус будет меня искать. И я, кстати, давно о нем ничего не слышала.

- Ты клянёшься? – Мне показалось, или я на миг заметила мольбу в его глазах?

- Просто защити меня... хорошо?

...

Посторонние грубые голоса вырвали меня из нашего ночного диалога. Оглядываюсь на двери и тут же сцепляю пальцы на всё ещё горячей чашке.

- Ссс! – Шиплю, прижимая обожжённые ладони к металлической маслёнке рядом. Но это не спасает. Печёт.

- Значит, решили. – Подбираюсь вся, когда узнаю голос Ромы. – Как только фура прибудет на пост, таможенники отвлекут всё внимание на подставную лошадку. Никто даже не подумает. Там вас встретит...

Дверь в кухню открывается, впуская в светлое просторное помещение двух мужчин. И здесь становится нестерпимо душно и тесно. Как в клетке с толстенными прутьями.

- Уже проснулась? Что-то ты рано, Снежок. – Николас по-хозяйски обвивает мою талию рукой, и склоняется надо мной. Быстро мажет тёплыми губами по моей щеке. – Доброе утро. – Обжигает кожу свежим дыханием.

- И тебе. – Стараюсь выглядеть непринуждённо под тёмным взглядом раннего посетителя. – Доброе утро. – Киваю Роману и тут же отворачиваюсь. Мне кажется, он меня ненавидит.

Тот отвечает тихим приветствием, а мне кусок в горло теперь не лезет.

- Снежок, - Шепчет Николас мне на ухо. Ласково проводит пальцами по моей руке, и рисует на моем запястье замысловатые узоры. – Не могла бы ты сварить нам кофе? М?

...

Твёрдыми и уверенными движениями я варила самый отвратительный кофе в своей жизни. Я бы ещё вместо сахара добавила соли, но к сожалению, солонку не нашла. Каждым позвонком ощущала тяжесть мужских взглядов. Они заставляли мой пульс то учащаться, то замедляться. Так, что кончики пальцев леденели.

Пока они в пол голоса обсуждали свои чёрные дела, как я поняла, речь шла о контрабанде оружия, я краем глаза наблюдала за тем, как Рома нервозно постукивает носом туфли по соседнему стулу. Его руки то и дело поправляли рубашку, трогали воротник и манжеты. Сплетались в замок на столешнице, и снова искали себе место.

А Нико? Он был невозмутим. Ни один мускул на лице не дрогнул. Руки сложены на груди, а одна нога вальяжно закинута на другую.

Из-за чего Роман так нервничает? Это Николас так на него действует? Или моё присутствие?

Или же он что-то скрывает...

«Это моя работа». Вспоминаю его бешеный взгляд, когда он выцепил меня на третьем этаже. Правда это была или же отвлекающий манёвр, ясно не было.

Наконец, разливаю напиток по небольшим чашками, и ставлю перед мужчинами. Выставляю перед ними сливки и сахар. Сами разберутся.

- Спасибо. – Рокотит Нико, придвигая к себе кофе.

- На здоровье. – Скольжу взглядом по Роману, и тот тут же отводит глаза в сторону. – Приятного аппетита.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ни без удовольствия слежу за тем, как мулат, проигнорировав сахар и сливки, поднёс чашку к губам. Вытянул один глоток и замер, сжав смуглые губы в тонкую полосу. Не опуская посудину, поднял на меня ядовитые зелёные глаза и пристально посмотрел.

Не долгая пауза показалась мне бесконечностью.

- Estб deliciosa*, Агата. – Не понимаю, что он говорит, но натягиваю на губы учтивую улыбку и складываю руки на груди, подобно ему пару минут назад.

- Что-то ещё? – Перевожу взгляд на Романа.

- Нет, спасибо за кофе. – Отпирается тот, глядя на то, как Нико опускает руку и ставит чашку с кофе на стол. Он проводит под губами языком по передним зубам и бросает на меня хищный взгляд. А мне уже не страшно.

Небольшая шалость мне пришлась по душе.

Зачем он это делает? Для чего просит варить кофе для Романа? Чтобы в очередной раз обмокнуть носом в грязную правду? Чтобы продемонстрировать Роману свою власть надо мной? Это глупо...

Но, раз уж ты захотел хлебнуть кофейку, то, пожалуйста. Кто вообще сказал, что я умею готовить?

- Я могу идти? – Вскидываю брови, стараясь не перейти черту.

- Ты здесь не служанка, Агата. – Его брови так же изогнулись, как и мои. Кажется, эта игра жестов и мимики становится для нас нормой. – Ты можешь делать всё, что пожелаешь.

Даже так?

***

Николас

- Зачем ты это делаешь? – Поворачиваю к ней голову и не сдерживаю ухмылку, глядя на то, как она злится.

- Что именно? – Мне нравится. Мне очень нравится, когда она злится. Не кричит, не бросается вещами, не истерит и не машет руками. А вот так... по-детски. Смотрит непонимающим злючим взглядом. Того и смотри, укусит. Её ноздри смешно дёргаются, а губы сжимаются от негодования и гнева.

- Ты знаешь. – Рвано дёргает за ремень безопасности и щёлкает замком. – Я про Рому. Ты ведь изначально знал?

- Что именно? – Прикусываю губы, чтобы не рассмеяться.

- Нико! – Жалит светлыми глазами. – Прекрати! Зачем ты пригласил его в свой дом? Почему работаешь с ним? Для чего демонстрируешь ему свою личную жизнь?! – Выпаливает, как на духу.

- Знаешь... - Опускаю руку на её бедро, и набираю скорость. – Уверен, что ты слышала. Друзей держи близко, а врагов ещё ближе. А тебя это так сильно волнует?

Бросаю на девушку быстрый взгляд и сворачиваю с трассы.

- Что?

- Что?! – Передразниваю Снежка. – Волнуешься за него? Что он нашептывал тебе там, в тёмном коридоре?

Да, красавица, конечно же Руслан мне обо всем рассказал.

Агата багровеет на глазах, и это мне нравится ещё больше. Если честно, то уже представляю, как разложу её вечером на свежих простынях. Как войду в мягкое и податливое тело. Аромат её духов окутывает и манит. Визит парфюмера не прошёл даром. Я и без этого сходил с ума от её запаха. А теперь окончательно крышу ведёт.

- Ничего такого. – Машет головой и грива светлых волос рассекает воздух внутри салона автомобиля. Длинные густые ресницы чуть заметно дрожат. – Тебя это не касается.

Что?!

Её ответ настолько меня огорошил, вывел из равновесия, что нога сама собой вдавливает в пол педаль тормоза, а левая рука выворачивает руль, и уводит машину на обочину. Чуть поотдаль от нас останавливается внедорожник с охраной.

- Что? – Задаю вопрос вслух и отстегиваю свой ремень, чтобы повернуться к нахалке всем корпусом. – Меня это не касается?! Ты стала кусачей, Агата...

Снежок слегка мешкается, но при этом заносчиво задирает свой носик и снова взмахивает волосами, перебрасывая их с лицам за спину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- От жизни собачьей! – Фыркает и тут же виновато осекается. - Нико, он и правда не сказал ничего такого! – Таращит на меня свои бездонные голубые глаза.

- Рассказывай. – Давлю на неё, переходя на рычание. Она расскажет. Даже если там и в самом деле "ничего такого".