Хочу тебя за долги (СИ) - Пивоварова Александра

Глава 21

Я растеряна, я ничего не понимаю, мне страшно, меня колотит от ожидания того, что он сделает. В чем он меня винит? Я знаю его чуть больше недели, за это время я видела его всего несколько раз на несколько часов и все, когда я успела что-то сделать, когда успела изменить его? Почему он ненавидит? Почему все они в чем-то винят меня?

Сейчас два варианта, или я сплю с ним, или с его людьми. Эта база кишит бандитами, даже если я смогу как-то нейтрализовать Паука — взгляд упал на его пистолет — я не смогу сбежать и справится с остальными, рано или поздно он придет в себя и мне придется ответить за свой поступок. Нельзя так рисковать. Значит остается принять свое положение и подчиниться. Дрожащими руками избавляюсь от куртки, стараюсь не смотреть на него, чтобы не сделать себе еще хуже. В голове крутятся его слова, он отпустит меня только когда удовлетворит свою ненависть, что если это затянется на года? Я должна жить и бояться его? Что если он сорвется и убьет меня или просто соврет? Я не знаю, чего от него ждать. Следом за курткой на пол падает толстовка, мне с трудом удается контролировать свои пальцы.

− Стоп. − джинсы соскальзывают, и я остаюсь в одном спортивном белье. Его взгляд прикован к моим ногам.

Мои бедра покрыты шрамами и пятнами, я никогда этого не стеснялась, могла спокойно надеть купальник и привыкла к странным взглядам, как сейчас помню растерянный взгляд Валеры, когда он увидел это первый раз, но от взгляда Паука хотелось скрыться, натянуть обратно джинсы и бежать. Слишком пристально, он словно рассматривает каждое пятно. Мне было десять, когда со мной случился этот кошмар, родители до сих пор не хотят вспоминать тот день, тогда я чудом осталась жива, провела почти полгода в больнице, перенесла двухдневную кому и больше пяти операций. Это был страшный пожар, я мало что помню из-за страха и стресса, психолог, который работал со мной на протяжении года убедила никогда не возвращаться в этот ад. И я старалась не вспоминать, главное, что со мной все хорошо.

− Это шрамы от ожогов. − в тишине комнаты мой голос прозвучал как-то пугающе, во рту пересохло и сейчас он был похож больше на скрип.

Он молчал, но так сильно сжимал кресло, что его костяшки побелели. Казалось, что он не моргает. Холодно, в этой комнате нет отопление, моя кожа превращается в гусиную. Неожиданно Паук хватается за голову и зажмуривается, я слышу стон, словно ему больно. Он точно ненормальный. Его дыхание стало прерывистым, громким, но это продолжалось не долго, мгновение и его глаза снова смотрят на меня, его лицо искривилось от злости, я думала, что видела оскал у Медведя, но это была еще улыбка, а сейчас на меня смотрел настоящий зверь. Он не встал, он словно подпрыгнул, ему хватило пары больших шагов, чтобы оказаться рядом со мной.

− Ты не представляешь, как сильно я тебя ненавижу. − я вскрикнула, когда он снова схватил меня за волосы. − Ты сделала ошибку приехав в этот город, у тебя были все шансы жить спокойно подальше от меня. − толчок в сторону стола. − Твоя вина, только твоя. − еще один толчок, я упираюсь животом в ребро стола.

Он слишком сильный, я не могу ему сопротивляться. Паук стоит за мной, его рука сжимает талию, но нас все еще отделяет расстояние.

− Нет! − я выкрикнула это слово, когда он грубо нагнул меня заставляя лечь животом на стол, но ему плевать, он продолжает надавливать на мою голову впечатывая щекой в холодное дерево.

Как бы я не пыталась успокоить себя в такой ситуации — это невозможно, я машинально пытаюсь сопротивляться, пытаюсь оттолкнуть его, убрать его руку, но получается лишь сделать себе больнее. Я обещала сдержать истерику, но я слишком эмоциональна для этого, я понимала, что произойдет что-то страшное, пыталась подготовить себя, но сейчас все оказалось куда хуже. По лицу стекают слезы, они попадают в приоткрытый рот, капают на стол, а я продолжаю брыкаться, пока он сжимает мои руки на спине. Я попросила помощи для Валеры, но не подумала о себе, я и правда дура.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

− Ты думала, что обойдешься без боли?

До уха донесся звук расстёгивающейся ширинки, у меня началась настоящая истерика, я не плачу, я рыдаю, моля отпустить меня, но он непреклонен. Горячее, обжигающее, большое коснулось моего бедра, я попыталась сжать ноги, но он ударил меня по ягодицам просовывая свое колено и заставляя развести их для него. Моих сил недостаточно, пару надавливаний и дрожащие ноги поддаются.

− Не надо. − мои слезы никак не влияют на него, он словно не слышит меня или не хочет слышать.

Я вскрикнула, когда он отодвинул мои трусики и уперся в меня. Надавливание, еще одно, но ничего не получается, я не хочу, я не даюсь, но разве это может остановить его. Он резко подтягивает меня на себя закидывая ногу на стол и фиксируя ее рукой. Время остановилось, я не чувствовала ничего кроме боли, душевной боли, физической было много, и она смешалась, лишая меня вообще какой-либо чувствительности. Его рука на мой шее, ему ничего не мешает нажать сильнее и сломать кости. Я снова почувствовала горячее прикосновение, но он остановился, по телу прошла рожь, но не моя, его. Его руки стали дрожать.

− Одевайся и проваливай, я найду тебя позже, и мы обязательно закончим начатое. − он ослабил хватку и убрал от меня свои руки, его голос прозвучал так, словно провели острием ножа по стали.

Я слышала его, но не смогла повернутся, я словно не контролирую свое тело. Шаги, снова звук замка, какие-то шорохи, а дальше сильный удар и тишина, он ушел, он оставил меня одну. У меня нет времени, но я не могу успокоится, я медленно сползла на пол пытаясь унять истерику и слезы, которые превратились в водопад. Он почти сделал это, почти надругался, он монстр, псих, от которого я должна сбежать любой ценой. Я с трудом стояла на дрожащих ногах, но он мог вернутся в любую секунду, передумать и продолжить прямо сейчас, я быстро натянула на себя вещи и вылетела из его кабинета вытирая слезы. Сейчас на улицы будут его люди, каждый из них знает на что способен их начальник и что он мог сделать со мной, мерзко, не хочу, чтобы они видели меня, но я не знаю другого выхода. Я не могу успокоится, слезы продолжают стекать по щекам. На улице всего три мужчины, они не сводят с меня взгляд, я слышу смех, плевать, я, не думая, побежала. Сейчас важно лишь убраться подальше от этого места, но я успела заметить, что машины Паука нет. Грязь, огромные лужи, которые я перескакиваю, больная нога, которая и без того опухла и непрекращающаяся истерика, мне хочется кричать, хочется выплеснуть всю боль. В глазах пелена, несколько раз я чуть не упала, споткнувшись об камни. Вот эти железные ворота, дальше начинается дорога. Фигура мужчины впереди заставила меня остановится. Его только не хватало, я перешла на шаг, сил бежать больше нет, не думала, что такая слабая.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍− Садись в машину. − я попыталась пройти, но мужчина перегородил мне дорогу.

Я не хотела, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии. Он попытался дотронутся до руки, но я одёрнула ее прижимая к груди. Рукав куртки промок от слез. Он поднял руки вверх и сделал три шага назад.

− Я отвезу тебя к Даше. Сегодня Ник не появится.

− Нет. − я подняла голову вверх, пытаясь хоть как-то сдержать слезы. − Она. Не должна. Меня видеть. Такой.

− Хорошо, согласен.

«Мы обязательно закончим начатое» — эти слова не выходят из головы, я должна успокоится, я не хочу возвращаться в его квартиру, не хочу появляться перед Дашей такой, мне нужно место где он не найдет меня хотя бы этой ночью. Кого я обманываю, если ему будет нужно он найдет меня где угодно в этом чертовом городе. Тем более все мои документы остались в его квартире, без них я не сниму даже номер в отеле.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

− Отвези меня на квартиру, пожалуйста.

Дмитрий подошел к авто и открыл дверь со стороны пассажира. В салоне уютно, мужчина не лезет ко мне с разговорами, не бросает на меня взглядов, я благодарна ему за это. Зима прошла, но день еще намного короче ночи, на город понемногу опускается темнота. Я не хочу сегодня думать, не хочу разбираться в этой проблеме, мне нужен просто здоровый сон и чашка ароматного кофе. В подростковом возрасте я не раз перечитывала роман Маргарет Митчелл «Унесённые ветром» и мне навсегда запомнилась фраза Скарлетт, которая сейчас подходит как никогда: «Я подумаю об этом завтра». На небе, которое каких-то пару часов назад было светлым стали быстро собираться грозовые тучи, словно подпевая моему настроению. Машина остановилась на парковке в тот самый момент, как раздался раскат грома и на землю стали падать огромные капли. Сейчас я рада подобной погоде.