Четвертый поцелуй (СИ) - Алешкина Ольга

Подбежала к окну, прижалась спиной к прогретой на солнце стене дома и тут же отпрянула. Мне казалось, от стука моего сердца завибрирует весь дом, так оно колотило. Все эти шпионские страсти, должна заметить, действуют возбуждающе. Я изо всех сил прислушивалась — никаких разговоров. Но это скорее плюс, чем минус, раз я планирую попасть в дом через данное окно.

«Господи, ты вправду туда залезешь? — спросила себя». Похоже, полезу. Мысленно возблагодарив человека, проектировавшего дом Помещика, за выступающий цоколь, я поднялась на него и сдвинула в сторону москитную сетку. Она легко поддалась и главное не свалилась вниз. Подтянуться и забраться на подоконник оказалось проще некуда, опять же, спас цоколь, без него ровным счётом ничего бы не получилось. Я тихонько отодвинула штору и заглянула — кабинет. Годится. Москитку вернула на место, спустилась и на цыпочках добралась до двери. Долго не решалась опустить дверную ручку — а ну, как скрипнет! — отпустив и чуть приоткрыв, услышала голоса мужчин.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍«Мамочки, я это сделала! Я пробралась в чужой дом украдкой!» Голова шла кругом от моей наглости.

Троица, как я и предполагала, находилась в гостиной. Если дверь в кабинет держать приоткрытой, можно спокойно подслушивать разговор. Риск? Безусловно. Но я уже влезла, назад пути нет. Ноги отказывались держать. Я присела на пол, опершись плечом в стену и увеличила щель, ещё немного приоткрыв дверь. Нижний угол двери придержала ногой во избежание сквозняка — открытым оставалось ещё одно окно, как минимум, значит дуновение возможно, даже в такой погожий денёк. Расположившись почти с удобствами я вся обратилась в слух. И сразу услышала шаги… Лестница! Некто спускался по лестнице! Сквозь щель мелькнул темный рукав пиджака — Гришка. У Вдовина светлый, а Помещик и вовсе в футболке. «Шкаф, может забраться в шкаф? — подумала я, хотя сидела, как приклеенная, испугавшись как бы не сделать хуже.»

— Всё, осмотр закончен? Что надеялись найти? — услышала я Щурова и возликовала: я вовремя. Наверняка, второй этаж осматривали после первого, это логично.

— Ты невежлив, Дима. Груб, не воспитан, разве этому учил тебя отец?

— Давайте, не будем трогать моего отца, Игорь Леванович. И любезничать у меня нет никакого желания. Я продал вам свою долю, чтобы вы оставили меня в покое. По-моему, именно этого вы и добивались, оттого мне вдвойне непонятен ваш визит.

— Хватит! — заорал Вдовин. — Ты мне тут смятение не разыгрывай, не понимает он! Подсунул мне эту дрянь. Ты на что надеялся, дурило, что я не узнаю? Где ты её прячешь, Дима?

— Понятия не имею о чём вы, — не дрогнувшим голосом отозвался Щуров.

— Не понимает он, Гриша, слышишь, не врубается. А я тебе сейчас объясню, щенок. Жена у меня пропала, супруга моя дражайшая. И вещь с собой одну важную прихватила. Ну цацки забрала, наличности немного, тут всё понятно, а с вещью этой незадача выходит… я всё гадаю, как она сподобилась, не складывается всё у меня… И что я узнаю? А узнаю я, Дима, что со мной в загс Жанна, прямиком из твоей постели побежала. Ты мне, щенок, мстить что ли выдумал?

— Уймитесь, Игорь Леванович. За что мне вам мстить, за Жанну?

— А хоть бы и за неё. Ты посмотри какая штука получается: женушка моя сбежала, человечек мой на поиски выехал. Сунулся к ней на родину, а тут ты красавец со своим колхозом. Юрка получается о тебе раньше разнюхал, вот ты его и определил на ПМЖ, да ума не хватило подальше вывезти, а может и времени. Это уже сам расскажешь.

Обалдеть! Ни хрена себе поворот! Просто вираж какой-то. Я только что ногти грызть не начала, услышав такое. Получается, Помещик вполне может оказаться… убийцей? Прислушиваться я начала с удвоенным рвением.

— Нечего мне рассказывать, по-прежнему, нечего. Всё что вы тут наговорили, может и складно, но не про меня. Ни жены вашей, ни человека вашего я в глаза не видел. Да и с вами делить мне нечего, давно всё поделено.

— Давай так, мальчик мой. Ты мне сейчас всё предельно честно рассказываешь, а я, так и быть, в память о твоем отце башку твою откручивать не стану. Но это при условии, что моя вещь вернется ко мне сиюминутно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я не понимаю о какой вещи идёт речь.

— Гриша, — произнёс Вдовин, следом я услышала удар. Господи, они его там бьют что ли! Может полицию вызвать?

— И сейчас не понимаю, — настаивал Помещик. — Вы ошибаетесь и зря тратите на меня своё время. В день приезда вашего человека я находился в городе, чему есть уйма свидетелей. Справиться можете по адресу Восстания 54, там я готовлю ресторан к открытию.

— Так значит день визита моего человека ты знаешь? — с подначкой заметил Леванович.

— Интересовался. Обычное любопытство, в этих местах такие события редкость. Мой вам совет — ищите в другом месте. Я своей жизнью доволен, меня всё устраивает и никаких претензий к вам не имею. Пока, — добавил Дима, а Вдовин опять завопил:

— Ты мне грозить что ли вздумал!?

— Предупреждаю. Разговор окончен. Больше мне добавить нечего, господа.

— Ну, смотри, Дима, узнаю — обманул, шкуру с живого спущу и про отца не вспомню.

Гости готовились отчалить, я максимально бесшумно прикрыла дверь — могут заметить из холла — и сильнее прижалась к стене. Покидать своё укрытие мне сейчас не с руки. Дожидаясь, когда уедет «БМВ», я пыталась собрать мысли в порядок. Визитёров Помещик, похоже, убедил. А меня?

Глава 21

Я выждала минут пять, бросилась к отрытому окну и прислушалась в надежде различить звук работающего двигателя. Ничего подобного не прослушивалось. Или «БМВ» работал бесшумно, или слышимость ни к черту, оттого что окно кабинета с торца. А может я всё пропустила, сидючи на полу у стены? В этот момент на меня снизошло озарение, я подскочила на месте, вытащила телефон из кармана и набрала нужный номер. Мама пожелала ответить после третьего сигнала.

— Мам, — зашептала я в трубку, — прямо сейчас пойди и запри дверь. Телевизор выключить, на пианино не играть! Жанкин муж в поселке, не вздумайте ему открыть дверь. Слушай, нет! — озарило меня. — Лучше ступайте прямо сейчас к баб Тасе и сидите у неё мышками до моего приезда. Ты поняла меня?

Я дождалась утвердительного ответа, нажала отбой и сдвинула в сторону москитную сетку. «И как ты только сюда забралась? — подумала я, распластавшись на подоконнике». Свесилась в окно, осмотрелась по сторонам и глянула вниз. Выбираться придётся вперед ногами, что само по себе печально — хотелось бы видеть, куда ползти.

— Боже, какой прелестный вид, — услышала за спиной и вздрогнула. — А выходить через дверь гораздо удобнее.

Повинуясь инстинктам, я втянула голову в плечи и скосилась через плечо. Помещик стоял в дверях и с таинственной улыбкой на устах, пялился на мою задницу. Я резво развернулась, пряча от него объект пристального внимания, перед этим успев пожалеть, что я не каскадёр: навык покинуть дом в один прыжок и сгруппироваться при приземлении, мне бы сейчас ой как пригодился. Тоже попыталась выдавить улыбку и брякнула:

— Не хотела тебя беспокоить.

— Нашла о чём переживать, — беспечно отмахнулся он, словно благословлял: да, пожалуйста, можешь внедряться в мой дом хоть в окна, хоть в двери, причём, в любое время суток. — Хочешь, провожу?

Я согласно покивала, размышляя, как умудрилась «засыпаться» и пропустить шаги. Складывался только один вариант: Щуров услышал мой тревожный шепот в трубку и подкрался.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Чувствую себя суперзвездой, — хмыкнул Дмитрий. Стоило мне подойти, он упёрся одной ладонь в косяк, преграждая мне путь, и вперился в моё лицо. Сосредоточился на глазах и зашептал: — Всего-навсего осталось понять, ты здесь в качестве фанатки или вездесущего папарацци?

— Фанатки, — порадовала его, здраво рассудив ссориться сейчас ни к чему. Да и не в том я положении. Растянула рот и добавила: — Яростной. Могу, как преданный почитатель надпись на асфальте у дома нацарапать, раз уж подъезда нема. Посуду ещё помыть, полы там протереть… А, и цветы к порогу! Но это уже в следующий раз, сегодня не захватила.