Игрушка для олигарха (СИ) - Попова Елена

Его руки были сжаты в кулак, губы поджаты, в глазах плясали черти.

― Я знал, знал, что ты жива, ― запыхавшись, сказал Давид и, остановившись напротив Вики, загородил широкими плечами солнце. ― Вставай, милая. Нам пора ехать домой. ― Он зловеще улыбнулся и протянул ей руку.

― Умоляю тебя, не надо… ― всхлипнула Вика. ― Отпусти меня… Я больше не выдержу. Я… я не хочу возвращаться в твою тюрьму…

― Мария… М-а-а-ш-а-а… ― Вика почувствовала, как кто-то дотронулся до ее плеча, и в голову снова проник тихий женской голос. ― Маша, все хорошо, ты в безопасности.

Распахнув глаза, Вика увидела перед собой встревоженное лицо женщины. А затем резко вскочила с дивана и огляделась по сторонам.

Вокруг было только синее море. А где-то вдалеке виднелся пляж, усыпанный людьми.

― Ты плакала во сне, ― снова коснулась ее плеча женщина, и ее глаза заблестели от слез. ― Господи, бедная моя девочка, что с тобой сделали?

― В какой порт мы плывем? Кто владелец этой яхты? ― задыхаясь от страха, спросила Вика.

― Через полчаса мы приплывем в порт Геленджика. Владелица яхты очень милая молодая особа. Мы каждый год арендуем у нее яхты, ― пожала плечами женщина. ― Что тебя так напугало?

Вика судорожно выдохнула, села обратно на диван и, ничего не объясняя, попросила воды.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍А оставшись одна, закрыв глаза и массируя виски, твердила:

― Это сон… Это всего лишь страшный сон…

Давид преследовал ее не только во снах, но и наяву. Пока они добирались до дома, в котором остановилась эта семейная пара, ей постоянно казалось, что этот деспот где-то рядом. Что его люди прочесывают все близлежащие к Сочи города и вот-вот вычислят, где она находится.

― Ты уверена, что нам не нужно обращаться в полицию? ― во второй раз спросила женщина.

― Если вы хотите, чтобы я осталась жива, то очень прошу вас никому обо мне не рассказывать. Даже полиции. Даже самым близким людям.1

Глава 34. Билет в свободную жизнь

«Это очень странное и ни с чем несравнимое ощущение: тебя никто не бьет и не насилует. И ты в любой момент можешь выйти из комнаты», — думала Вика, лежа на кровати в спальне.

Семейная пара, Николай Викторович и Илона Борисовна отнеслись к ней хорошо и внимательно. Привезли в гостевой домик, накормили. Илона Борисовна дала Вике свою одежду, так как, кроме грязного платья, у Вики ничего больше не было.

Глядя на Илону Борисовну, Вика пришла к выводу: эта женщина совершенно точно отказывалась стареть. Об этом говорила ее довольно-таки подтянутая фигура, стильная, можно даже сказать, молодежная одежда и сияющая кожа лица. В общем, она явно выглядела моложе своих пятидесяти лет.

Ее одежда была велика Вике на размер, однако бледно-розовые спортивные штаны и футболка того же цвета сидели на ней отлично.

Она давно отвыкла от подобной одежды. После обтягивающих платьев, которые ей приходилось носить два с половиной года и узких туфель на каблуке, этот свободный спортивный костюм показался Вике маленьким раем.

Сегодня Николай Викторович и Илона Борисовна отмечали серебряную свадьбу. В честь этого события они и арендовали круизную яхту, чтобы отпраздновать знаменательную дату в открытом море. Так сказать, перед отъездом насладиться морем подальше от городского пляжа и всей суеты, которая царствовала на берегу с утра и до позднего вечера.

Их романтическая поездка сорвалась, но зато стала для Вики настоящим спасением.

Она до сих пор покрывалась мурашками, представляя, что с ней могло случиться, если б они не проплыли мимо так вовремя.

— Ты хочешь поговорить о том, что с тобой произошло, Мария? — осторожно спросила Илона Борисовна и поставила на стол поднос с чайником и двумя фарфоровыми чашечками.

Вика расплакалась и помотала головой. Еще с борделя твердо усвоила урок: не трепать языком, чтобы все сказанное потом не обернулось против нее.

— Бедняжка… Ты стала жертвой насилия, я правильно понимаю?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вика кивнула и дрожащей рукой вытерла слезы.

— Я не могу рассказать вам всего, что мне пришлось пережить, простите. И буду очень благодарна, если вы поможете мне вернуться в Москву. Я не была дома больше двух с половиной лет.

— Сегодня вечером мы улетаем в Архангельск. Пересадка будет как раз в Москве… — вздохнула Илона Борисовна. — Могли бы взять тебе билет на тот же рейс, но у тебя нет документов…

— Варианты с поездом и самолетом отпадают, ― проронил Николай Викторович. ― Если только отправить ее на трансфере или попутках.

— Да, точно! Там не требуют документов, — поддержала идею Илона Борисовна. — Коль, ты пока займись этим вопросом, а мы с Марией поговорим тут, ладно? — улыбнулась она мужу и, как только тот вышел из комнаты, вмиг стала очень серьезной.

— Маш, этот человек точно не станет искать тебя? Он на сто процентов уверен в том, что ты мертва?

Вика вспомнила все свои неудачные попытки побега и задумалась:

«Я всегда думала, что перехитрила его. И всегда ошибалась…»

Она помотала головой.

— Тогда до отъезда мы должны успеть кое-что сделать.

Илона Борисовна поставила на стол чашку с недопитым чаем и вскочила с дивана.

― Жди меня здесь. Я скоро!

Больше ничего не объяснив, она быстро сунула ноги в резиновые шлепки и выскочила из дома.

Вика даже не успела подумать, что пришло в голову ее новой знакомой, как в комнату вошел ее супруг.

― Вот, есть один подходящий вариант, ― сказал Николай Викторович, глядя в экран телефона. ― Сегодня в девять вечера в Москву поедет микроавтобус. Там как раз есть одно свободное место, и я забронировал его для тебя. ― Мужчина хлопнул Вику по плечу и добавил: ― Все будет хорошо. Сегодня ты отправишься домой.

После этих заветных слов состояние Вики сложно было сравнить с чем либо. Наверное, примерно то же самое испытывают люди, которые много лет не могли зачать ребенка и вдруг увидели на тесте две полоски. Или безнадежно больные люди, которые в какой-то момент узнают, что полностью излечились.

«Неужели после всех мучительных испытаний судьба надо мной сжалилась?» ― вытирая рукавом уголки глаз, подумала Вика.

«На, держи, это твой билет в свободную жизнь. Ты вырвала его из моих цепких рук. А теперь проваливай в свою Москву. Вот только кому ты там теперь нужна?» ― Вика словно услышала демонический смех ее коварной спутницы, судьбы, которая так отчаянно кидала ее в руки смерти.

Она понятия не имела, куда ей отправиться с вокзала. Наверное, в ее квартире давно хозяйничала Оксана. Поэтому оставался всего лишь один вариант: поехать к Лере.

Спустя десять минут вернулась Илона Борисовна.

Она держала в руках две коробки: одну ― с краской для волос с изображением жгучей брюнетки, и вторую ― с телефоном.

― Идем со мной в ванную комнату! ― бодро улыбнулась Илона Борисовна. ― Сейчас мы сделаем так, что тебя и мать родная не узнает!

***

Без пятнадцати девять Вика, Илона Борисовна и Николай Викторович стояли на остановке, куда вскоре должен был подъехать трансфер.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вика уже раз пять смотрела на себя в маленькое зеркальце. Никак не могла привыкнуть к новому образу: темные волосы длиной до плеч, густая челка, спадающая на глаза, ни грамма косметики.

Непривычно, но ей невероятно шло. А главное, в таком виде Давид действительно вряд ли узнал бы ее в толпе.

Оказалось, Илона Борисовна почти всю жизнь проработала парикмахером. И за два часа она сумела сделать из Вики совсем другого человека. С новой прической, с рюкзаком за спиной и в спортивном костюме, Вика смахивала на путешественника-одиночку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Этой легенды она и собиралась придерживаться, если вдруг с ней захотят познакомиться попутчики.

― Я записала в телефон свой номер и номер Николая, ― говорила Илона Борисовна. ― Если возникнут какие-то трудности, обязательно звони в любое время дня и ночи. ― Она протянула Вике несколько купюр. ― Здесь тебе хватит на то, чтобы перекусить в дороге и добраться на такси до дома.