Мой профессор – мой босс (СИ) - Фави Ксения

Я поймала себя на том, что сейчас не вру. И представить не могла раньше, какой на самом деле Илья Аркадьевич Разумовский.

— Лида… — аргумент явно не убедительный. — Да он просто воспользуется тобой! А какие потом пойдут слухи? Что будет с твоей карьерой? Переезжай пока к Максиму! Или хочешь, мы пришлем денег?

Мне уже самой пора помогать родителям. Что я и собиралась делать, получив место в хорошей компании.

— Мама, у меня все хорошо. А деньги лучше потратьте на себя.

Макса я даже комментировать не стала, а насчет Разумовского… Знала бы мама, как я хочу того, чего она больше всего боится.

— Лида, держись подальше от своего начальника!

Я обняла себя рукой, меня снова окутал запах Разумовского.

— Все будет хорошо, мам. Пока.

Мама попрощалась с неохотой. Она и правда волнуется, потому что давно не позволяла себе меня поучать. Но что я могу поделать?

Внутри все равно остался осадочек, родителей я люблю. Надо после командировки все же смотаться домой.

Пока я двинулась ближе к коридору, чтобы босс меня увидел. Внезапно где-то рядом раздался гул, а мое бедро что-то защекотало. Заиграла классическая мелодия, и я поняла, звонят Разумовскому. Толком не глянула на экран, приняла вызов. Ведь босс так велел.

— Илюша!

Голос Беаты прозвучал как скрип пенопласта. Ну или стекла. В общем, меня передернуло, и кажется, микроскопические волоски на теле встали.

— Ты не перезвонил вчера.

А вот этот факт предательски поднял мне настроение. Черт, я понятия не имею, что между мной и профессором, но насчет его подружки мои чувства предельно ясны. Хотелось бы, чтобы она пропала.

— Илья Аркадьевич занят, он свяжется с вами позже.

Беата, кажется, закашляла.

— Хм, это снова домработница? Разумовский в своем особняке?

На моем лице сама собой появилась улыбка.

— Нет, это не домработница. Всего доброго.

Нажала на отбой. Точалова, а ты опасная штучка! Кстати, не думаешь ли ты, что твой босс может дорожить этой связью? Все, что случилось между тобой и профессором, ничем другим кроме порыва не назовешь. А там могут быть стабильные отношения, хоть вместе эти люди и не живут.

Я говорила внутренне сама с собой, да так и дошагала до палаты Арнольда. Решила постоять у стены, но тут распахнулась дверь. Появились генеральный и Разумовский.

— А вот и ваша очаровательная помощница, — пропел Арни.

Я глянула на толстяка-директора. Он дамский угодник? Может, на этой почве они нашли общий язык с Владленом.

Илье генеральный директор явно другом не был, а сейчас в глазах профессора вспыхнул вообще недобрый огонь. Он сделал шаг и закрыл меня спиной. Как будто и не заметил, что я здесь стою.

— Скорого выздоровления, Арнольд Петрович.

Я решила на всякий случай промолчать.

— Спасибо, Илья Аркадьич. И что заглянул. Всего хорошего, молодые люди.

Блестящие глаза генерального все же перекинулись через его плечо на меня. Я кивнула.

— До свидания.

Разумовский повернулся только, когда закрылась дверь в палату. Жестом указал мне на выход. Я натянула рукава кофты, мне стало не по себе.

Согреться смогла только в автомобиле.

— Вам звонили, — сообщила я Илье Аркадьевичу.

Ревность ревностью, а все же он мой начальник.

— Женщина.

Ох, в этом дополнении просквозили совсем не нотки подчиненной. Но Разумовский и бровью не повел, завел авто и глянул на экран смартфона.

— Беата, хм.

Мы поехали, адрес тетушки Анфисы мой босс уже знал. Он сказал, что в Италии у нас будет время и немного отдохнуть. Наверное, в тему моей одежды. Да и вообще после выхода из клиники настроение мужчины явно подскочило вверх. А вот мне спокойно не сиделось.

— Надеюсь, ничего, что я ответила?

Разумовский повернулся ко мне.

— Я же сам попросил.

— Не хотела бы, чтобы у вас были проблемы с Беатой из-за меня. Ведь это был не деловой звонок.

Ох, на самом деле я бы этого хотела. Что за вредность во мне проснулась, не знаю. Но вообще этой репликой я старалась спровоцировать босса на нужные мне слова. Не могу же я в лоб спросить — кто для вас Беата?..

Разумовский украдкой засмеялся. Я увидела это, когда решилась на него взглянуть. Считает, я ляпнула глупость? Ну хотя бы не злится.

— Да, Беата звонила не по работе, — профессор стал серьезным, — но никаких трудностей не будет. Я свободный мужчина, Лида.

А еще умный. Раскусил меня очень быстро. Мои уши вспыхнули — хорошо, они скрыты под волосами. И значит, все-таки свободный.

— Это просто отлично, — я подвела итог всего диалога.

Больше мы опасных тем не касались. Заехали в частный сектор, остановились у симпатичного белого дома. Не особняк Разумовского, конечно, но добротное жилище. Я ни в коем случае не стыдилась бы людей, которые мне помогают. Но приезжать с Разумовским в какую-то избушку не хотела. Как я теперь знаю, он привык к другому. А мне с недавних пор не плевать на его мнение о том, что касается меня.

Я думала, профессор останется в машине, но он вышел первым. Открыл дверцу и помог выбраться. Мимолетные прикосновения были чистой вежливостью, но все равно дарили какую-то эйфорию.

— Я быстро, — с улыбкой сообщила я.

Разумовский вроде бы смутился. Но потом взял себя в руки.

— Давайте, я пойду с вами, Лида. Помогу донести вещи.

Хм, пакетик? Но отказываться я не стала.

Тетя Анфисы оказалась маленькой, худенькой и чем-то похожей на нее. Она предложила чай, мы отказались. Тогда женщина настояла, чтобы я взяла баночку варенья с собой. Я же хотела быстрее выбрать платья, чтобы не задерживать босса. Но тут началось самое интересное.

— Лида, я боюсь, как бы твоя одежда не отсырела в кладовке, — сказала хозяйка усадьбы, — и дома мне ее негде разложить. Все шкафы забиты, я ничего не выбрасываю. Как-то жалко…

Ох, мои родители такие же. Но что теперь поделать? Однако ответить мне не дали.

— Мы сейчас заберем всё, — распорядился Разумовский и перехватил мой взгляд, — у меня в доме полно места.

Тетя Анфисы улыбнулась заговорщицки, прямо как ее племянница. Я потеряла дар речи. Пришла в себя, когда профессор уже схватил один баул.

— Мм… Я даже не знаю. Зачем? Ничего не случится, потом заберу в новую комнату.

Но Разумовский отнесся к моим причитаниям как к комариному писку. Я тоже взяла маленькую сумку и потрусила за ним к машине. Он открыл багажник, потом повернулся ко мне.

— Здесь и правда нет нормального места для хранения. А если вы будете съезжать, я всё перевезу по новому адресу.

Если?!

Устраивать разборки у близких Фисы я не стала. Хочет Разумовский таскать туда-сюда вещи, пускай. По нему заметно, он любит физические нагрузки.

По дороге мы заехали пообедать, а дома занялись каждый своими делами. Профессор отнес мои вещи в гардеробную и скрылся в кабинете. Наверное, перезванивал Беате. Я же поднялась в «свою» спальню. Ничего не хотелось делать, я просто упала на кровать и смотрела в потолок.

Интересная лепнина в виде мелких звезд и люстра тоже изящная — россыпь белых шариков на подвесках струится вниз. Очень нежно. Но мне сейчас не до любования на дизайнерские изыски. Что в голове у Разумовского?!

Срывается, целует, доводит до экстаза. Потом ведет себя безукоризненно вежливо. Окружает заботой, а после — раз и словно замыкается в себе.

И осторожничает все время. Хотел бы, как говорит мама, воспользоваться, давно бы сблизился со мной до самого дна. Взрослый мужчина, наверняка видит, что в его руках я теряю тормоза. В общем, тайна века!

Никаких претензий у меня к боссу быть не может. Но все равно эта линия поведения раздражает. А впереди — совместная поездка.

Командировка, кстати, смущала все меньше. Мы жили с Разумовским, часто ездили вместе в авто. Я уже привыкла к его компании. Ну, подумаешь, поспим в номерах по одному коридору. А за пределами отеля в основном работа, новые впечатления. Эх, знала бы я, что ошибаюсь по главному пункту.