Инесса Клюшина - Работа над ошибками (СИ)

Жужик цокает коготками по полу, идет за мной на кухню. Я ухожу оттуда, и собака — следом. Он так и будет ходить хвостиком, ничего не понимая, но верно и преданно пойдет за мной куда угодно.

Вновь забираюсь в постель, подхватываю с пола подушку, и Жужик прыгает следом. Не буду его прогонять.

Постепенно успокаиваюсь, но продолжаю думать о кознях Стаса. Решил подловить на могу-не могу? Эти слова не просто так были сказаны, Стас вообще просто так редко что говорит. Общались, знаем. Глупее всего повестись на его подстрекательства, а потом краснеть, понимая, что у тебя есть определенные границы в общении, а у Стаса их вроде как нет.

Поставить Стаса на место. На какое? Ума не приложу.

Бросить эти турниры? Сердце тут же заныло. Прикипела душой к его резной кухне с маленькими ящичками и барной стойкой под старину, так там уютно вечерами, и Стас уж не совсем плохой собеседник. Интересно, он хоть что-нибудь кладет в эти ящички? Эх, была бы у меня такая кухня, как бы я развернулась…

Наконец решаю спокойно реагировать на подобные комментарии и стараться не показывать эмоций. В любом случае, слова — это только слова, что бы за ними не стояло. Всегда можешь подумать о хорошем и пропустить сказанное мимо ушей. А в это время помечтать о встрече с достойным мужчиной, который поймет и оценит, и который точно не посмеется над тобой. Ну только где же его найти, где же? А он вообще есть?

Глава 9

— Ну и как проходят обычно эти твои свидания?

Время — поздний субботний вечер. За окном темно и льет дождь. «Да посиди, пока не пройдет. Торопишься куда?» А дождь все не заканчивается. Бежать мне под дождем домой, потому что у Стаса нет зонтика («Блин, дорогая. Одолжил кому-то и с концами».), а свой я, естественно, не захватила, решив, что дождь не начнется. Все как обычно.

Вот и завела беседа нас в те дебри, о которых с мужчинами лучше не разговаривать.

— То есть это как понять? Нормально проходят, — надо было бежать под дождем. И зря я осталась. А все опять началось с веселеньких подколов на нужную тему.

— А как нормально? Ты объясни непонятливому Стасику. Мож я чего не понял в жизни…

— Как у всех.

— А как у всех? У всех — по-разному, — Стас щурит холодные серые глаза и готовится подловить меня на вранье.

— Стас, давай оставим эту тему. Все у меня хорошо, а будет еще лучше, — мантра для тех, кто одинок и вообще пребывает в грусти. Я ее замылила до жути, но по факту со мной действительно все хорошо. Жива, здорова, ноги-руки есть. Работа и жилье имеются, и если сравнить меня с негритянкой из республики Чад…

— Как скажешь.

Мы уже давно не играем. На столе стоят две чашки кофе: сегодня Стас продемонстрировал мне способности своей новой кофеварки. Кофе очень вкусный, у Стаса даже корица оказалась. Я пью уже третью чашку и не боюсь, что случится бессонница: она мне и так обеспечена. Сегодня на Стасе нет обтягивающей майки, зато имеется незастегнутая рубашка. Периодически я незаметно кошусь на шрамы, рассекающие грудь Стаса, хотя спросить о них не решаюсь. Скажет еще, чего я туда смотрю и прочее. А если Стас решит развить тему, то будет просто песня. И где их такими злобными в армии делают?

Дождь не перестает. Стас вглядывается в темноту за окном.

— А зачем тебе узнавать о моих свиданиях, Стас? — надоел со своими вопросами. Мне кажется иногда, что я ему интересна, что хоть немножко нравлюсь — хотя бы как противник по шахматам…

— Скучно, — просто отвечает Стас.

А иногда я понимаю, что это просто твердолобый вояка, в обществе которого теряю драгоценное время, которое могу потратить на поиски любимого человека. Толку-то мне от брутальности и мужественности Стаса.

— В смысле — скучно? — осторожно уточняю я.

— Да без всяких смыслов. Просто скучно. И все.

— Это тебе-то? Сейчас? Ну я могу уйти…

— Да сиди ты. Вообще.

— Но у тебя и тренировки, и девушка такая красивая, и деньги есть. Живи — не хочу. Эх, мне бы твои проблемы…

— Не знаешь — не говори, — привычно отрезает Стас.

— Извини. Не знаю, это верно, — зря я так. Ведь действительно о Стасе мало что знаю. Располагаю сведениями, что он воевал, что некоторое время участвовал в соревнованиях «по чему-то там» (Стас не распространялся, а я не выяснила вовремя), что занимается бизнесами (какими — опять белое пятно), и довольно успешно, даже наладил продажу социального хлеба для бабушек. Рассказал он мне также и про свою дачу, и еще немного по мелочи. О прошедших браках и детях Стас вообще не говорит, но сейчас не женат, это точно. Есть Алиса. Чем она занимается по жизни, кроме как является любовницей Стаса, до сих пор не ясно. Во как-то так.

Обо мне Стас тоже мало знает — особо не распространялась о прошлом. Но мое настоящее говорит, увы, само за себя.

— Так может, познакомимся как-то получше, чтобы я не задавала дурацких вопросов, которые тебе не нравятся? — вежливо говорю я и тут же обалдеваю от того, что сказала. Совсем не подумала. Случается же иногда так неудачно построить фразу. Я же хотела как лучше: посочувствовать, внимательно послушать. Мне ведь правда очень интересны рассказы успешного Стаса о его жизни.

Ну, а о том, что я действительно мечтаю познакомиться с ним поближе, никому не надо объяснять.

Вообще-то эту фразу можно было бы понять по-разному. Роберт Евгеньевич, например, правильно бы ее понял, как раз то, что я имела в виду.

А Стас, естественно, услышал то, чего я совсем не вкладывала в свои слова. Или не хотела бы вложить, но получилось. Он хохочет во все горло и бьет большой сильной ладонью по столу.

— Вероничка, ну ты прелесть просто. У меня в комнате кровать, пошли знакомиться.

— Дурак, — бросаю я, отодвигаясь, — я вообще не это…

— Заливай. Что, не нравлюсь ни капельки? — Стас прищуривает очень уж веселые глаза и с насмешкой смотрит на меня. Чувствую под его взглядом, будто по мне ползут муравьи. Сама виновата, Вероника. Этому палец в рот не клади. Выражения надо выбирать.

— Конечно, нравишься, — крайне дипломатично начинаю я. Отрицать глупо, — ты нравишься очень многим. Внешность, рост, очень…э-э…мужественный.

— Знаю. Дальше. — Веселье Стаса не заканчивается.

— Если знаешь, что спрашиваешь?

— Не пойму, в чем дело. Отвечаю: давай познакомимся поближе. Кровать у меня клевая. Ну. Я готов.

— Что ты все об одном? Да, ты внешне очень привлекательный. На улице много ходят привлекательных мужчин, но то не значит, что я готова с ними спать.

— Но сидишь ты на кухне Стаса, — мои руки лежат на столе, и его большой лапище ничего не стоит накрыть сверху одну из них. Я ошарашенно наблюдаю, как его пальцы осторожно, будто лаская, сжимают мое запястье, перемещаются вверх, а я почему-то не могу отдернуть руку…все, получилось.