Фиона Уолкер - Среди самцов

— Вот уж не думала тебя здесь встретить, — искренне удивилась Эльза. — Ты ведь терпеть не можешь все эти праздники плоти.

— Я пришел сюда только п-потому, что мне нужно переговорить с Калумом Форрестером, — слегка заикаясь, произнес Спайк, играя, словно с телефонным шнуром, ее выбившейся из прически волнистой прядкой.

— Какое совпадение! Мне тоже необходимо перекинуться с ним словом, — сказала Эльза со все возрастающим удивлением.

— Этот маленький говнюк — настоящий неуловимый Джо. Вот и приходится тащиться в его притон, чтобы с ним пообщаться. Ну так как: ты идешь или нет?

— А меня никто не приглашал, — сказала Эльза, кокетливо улыбаясь и поправляя свои пышные волосы.

— Я тебя приглашаю! — воскликнул Спайк, схватил ее за руку и втащил за собой в дверь.

В ресторане знакомые лица попадались Эльзе буквально на каждом шагу. Это были все больше знаменитости, норовившие встать поближе к тем немногим репортерам и телевизионщикам, которые были допущены на этот праздник избранных. Интерьер «Клиники» сверкал и искрился, словно царство Снежной королевы. Все здесь было белоснежным — полы, потолки, стены, столы, стулья, даже цветы. Обслуживающий персонал обоего пола — в безукоризненно белых, с иголочки костюмах и платьях.

К ним подлетела официантка и предложила шампанское в белых керамических бокалах. Спайк покачал головой.

— Мне бы п-пива, а моей спутнице что-нибудь безалкогольное.

Входившая в моду молодая и настырная репортерша Фенелла Раш с местного телевидения набросилась на Спайка. Эльза, чтобы не мешаться, отошла в сторону, оглядела холл и сразу же увидела Калума. Он стоял в обнимку с высоким, худощавым молодым человеком с одухотворенным лицом музыканта.

Эльза хотела уже было к нему подойти, но ее оттерла в сторону Фенелла Раш, устремившаяся к Калуму с микрофоном наперевес.

— Калум, я только что встретила в холле Спайка Чемберса. Насколько я знаю, вы друг друга терпеть не можете, а потому странно видеть его здесь.

«Что эта девица о себе воображает?» — с неприязнью подумала о Фенелле Эльза, потирая предплечье. В следующую минуту, однако, Калум сказал такое, что она мигом забыла о своих мелких обидах и даже приоткрыла от изумления рот:

— Если что-то такое и было, то это в прошлом. Теперь мы со Спайком добрые приятели и собираемся вместе заниматься бизнесом. Верно, Спайк?

Эльза перевела округлившиеся от удивления глаза на Спайка.

— Ну… — проблеял тот, откашлявшись, — в общем и целом что-то такое намечается…

— Боюсь, впрочем, что о затеянном нами совместном проекте мне придется помалкивать, потому что это пока тайна. Поэтому я могу только сказать, что сегодня мы оба пришли сюда для того, чтобы отпраздновать первый год успешной работы этого ресторана, который пользуется у публики неизменной популярностью…

Эльза слушала Калума с мрачным выражением: все думала, упомянет ли он, хотя бы вскользь, о приеме по случаю открытия «РО» или нет? Похоже, он напрочь позабыл о своем общем с Одеттой детище, и Эльза никак не могла понять, в чем тут дело. Исследуя критическим взглядом внешность Форрестера, она не могла не признать, что он сильно изменился, и, надо сказать, в лучшую сторону. Сегодня вечером он сменил свой клоунский наряд и кожаную шляпу на безукоризненный черный костюм от Армани и выглядел почти элегантно. От него исходили неведомые ей прежде обаяние, сила и даже, что при его некрасивости было особенно удивительно, некий чувственный посыл, апеллировавший непосредственно к прекрасной половине человечества. Все это, вместе взятое, пугало и притягивало одновременно.

Эльза неожиданно для себя поняла, почему у Одетты с самого начала не заладилось с ее рестораном. Убаюканная обещаниями Калума, она расслабилась и в значительной степени пустила дело на самотек.

Поговорив со Спайком и Калумом еще несколько минут, показавшихся Эльзе вечностью, Фенелла поблагодарила их за интервью и отправилась на поиски новой жертвы. Спайк повернулся к Калуму, но тот, бросив: «Позже поговорим, приятель», удалился. Пыхтя от негодования и смущения, Спайк вернулся к Эльзе.

— Что-нибудь не так? — осведомилась Эльза, заметив, что у ее приятеля дрожат руки.

— Я всегда нервничаю, когда даю интервью, — сказал Спайк, неопределенно пожав плечами. — Черт, как же я все-таки н-ненавижу этого Калума Форрестера!

— Забавно, особенно если взять во внимание, что вы затеяли совместный проект, — хмыкнула Эльза. — Кстати, что это за проект такой?

Спайк с минуту пристально на нее смотрел, словно готовясь сделать какое-то важное признание, но, судя по всему, передумал и ограничился тем, что, кивнув в сторону двери, за которой только что скрылся Калум, сказал:

— Теперь твоя очередь попытаться его разговорить, детка. Это вход в хозяйские апартаменты и помещение для охраны. Код — пять-девять-один-два. Как-то раз я видел, как он его набирал. Похоже, Калум решил, что пришло время малость развлечься и понаблюдать за гостями.

— Как это — «понаблюдать»? — спросила Эльза.

Спайк огляделся и, никого в непосредственной от них близости не обнаружив, прошептал:

— Ты что — ничего не знаешь? Да весь этот гребаный ресторан просто напичкан скрытыми видеокамерами. С их помощью Калум может видеть все, что здесь происходит. Но это — строго между нами, ладно?

— А вот в «РО» никаких видеокамер нет, — будто рассуждая сама с собой, сказала Эльза, шаря глазами по стенам и потолку в надежде высмотреть замаскированный объектив. Так ничего и не высмотрев, она разочарованно вздохнула. В который уже раз приходилось признать, что уж если в «Клинике» что-то делалось, то делалось на совесть.

— Что это — «РО»? — спросил Спайк, но потом, хлопнув ладонью себя по лбу, рассмеялся и сказал: — Ах да! Это же клуб-ресторан твоей приятельницы в Айлингтоне. Кстати, он откроется когда-нибудь или нет?

— Он открывается сегодня. Разве ты не в курсе? — удивилась Эльза.

— Но сегодня я получил факс, в котором говорилось, что праздник по случаю открытия «РО» откладывается на неопределенное время.

— Никто ничего не откладывал! — в гневе выкрикнула Эльза. — Праздник уже начался, но, между прочим, большинство гостей, которые обещали приехать на открытие, почему-то находится здесь!

Оставив Спайка, Эльза несколько раз прошла вдоль стены, в которую была врезана потайная дверь. Она никак не могла отделаться от ощущения, что за ней следят, отчего сердце у нее колотилось как сумасшедшее. Помотав головой, чтобы избавиться от наваждения, она стала торопливо набирать на панели замка код. Дверь распахнулась — так быстро и неожиданно, что Эльза, потеряв равновесие, в прямом смысле ввалилась в находившееся за дверью помещение.