Дженни Колган - Свадьба Аманды

— Фифа, — опять завел кокни. — С той девчоночкой вечер провела, дэ-э? На меня она уже вешалась.

— Вижу, — сладко улыбнулась я. — На тебе ее собачья косметика.

— Ха, — сказал он без малейшего веселья в голосе. — Значит, весь вечер «Жителей Ист-Энда»[15] смотрела?

— Честно говоря, да. Не знала, что ты там играл Робби Джексона.

Кокни ухмыльнулся и отстал. У Джейни, сидевшей слева, глаза опять были красные. Дело не пошло дальше дежурного вопроса, все ли у нее в порядке (хотя, к гадалке не ходи, ясно было, что не все), но она, глотая слезы, ответила, что да-да, абсолютно. Я принесла ей кофе и ничего не принесла кокнутому малому, и Джейни буквально засветилась от такого банального проявления человеческой теплоты.

В обеденный перерыв я взяла книжку и ореховый рулет и направилась в нишу, которую обнаружила за приемной. И была крайне огорчена, выяснив, что ее уже заняли. Там сидела Джейни, утиравшая слезы салфеткой омерзительного зеленого цвета. Я вздохнула и мысленно простилась со своим мирным завтраком.

— Давай-ка выкладывай, что у тебя стряслось.

Если это не помешательство всей жизни, как в случае с «Английским пациентом», то, пожалуй, еще можно хоть что-нибудь сделать. Лишь бы не рак или еще что-то по-настоящему серьезное. А вдруг у нее родители при смерти! Это действительно несчастье. Я содрогнулась при этой мысли. Я всегда считала себя добрым человеком, но сейчас поняла, что заблуждалась. Возможно даже, все было совсем наоборот. Черт! Наконец всхлипывания начали стихать. Я похлопала Джейни по плечу и ободряюще сказала:

— Не переживай!

Это вызвало новую волну слез. Я мысленно попрощалась с ореховым рулетом, уплывавшим в туманное будущее. В конце концов Джейни выдавила, запинаясь:

— Это Джеймс… Мой парень… Это… О-о-о!

Ну, такое мне по плечу. Разборки с парнями — мой конек.

— Объясни, в чем дело, — велела я. — Он что, переехал в Фулхэм к типу, которого ты ненавидишь?

— Нет. — Джейни в изумлении подняла голову.

— Ах да, это случилось с моим, — спохватилась я. — Ну так что он натворил?

— Он не ночевал вчера дома… А мне даже не позвонил… — Последние слова едва удалось разобрать за мелодраматичными рыданиями.

— Ну и что? — жизнерадостно спросила я. — Тоже мне проблема! Может, он горло промочить ходил!

Джейни громко шмыгнула:

— А позвонить трудно было?

— Вы что, женаты?

— Нет.

— Дети есть? Домашние животные? Вши?

— Нет.

— Так он и не обязан звонить. Вы оба — независимые люди. — Классная фраза. Это я хорошо сказала.

Джейни сосредоточенно высморкалась.

— Ты ему звонила?

— Да, — произнесла она уже спокойно.

— Сколько раз? Один? Больше?

— Да.

— Сколько? — Мне не хотелось слышать ответ.

— Ну… Я много раз просто…

— Всю ночь нажимала кнопку автодозвона? — перебила я.

Джейни молча кивнула.

— Уф-ф. Плохо дело. Давно вы вместе?

— Шесть недель.

В моей голове завертелась мелодия из «Психоза».

— А-а… Хорошо.

Я присела на цветочную кадку. Рассказ, похоже, предстоял долгий.

Так и оказалось — но ничего оригинального я не услышала. Жених бросил Джейни буквально накануне свадьбы, и она готова была цепляться за любой проплывающий мимо обломок кораблекрушения. Джеймс был маклером, в меру тупым и красивым, — словом, в самый раз.

— В самый раз, — проговорила я. — Звучит… неплохо. Богатый, по крайней мере.

— Знаю. — Джейни слегка надула губы. — Когда мы поженимся, думаю, мы сможем поселиться в одном из этих красивых домов в Клапаме… Если только он снова будет со мной разговаривать.

Господи, вот дурочка-то!

— А он знает, что вы поженитесь?

— Нет.

— Тогда, Джейни, ради всего святого, оставь его в покое. Все равно, плачь не плачь, а он будет поступать так, как сам сочтет нужным.

Джейни явно засобиралась разрыдаться.

— Ну-ну, хватит. Ты же знаешь, что это правда. Оставь его в покое, иначе ты его просто отпугнешь.

Джейни прохлюпала завершающий аккорд и подняла на меня глаза:

— Знаю. Извини. У меня слегка крыша съехала.

— Пустяки. Не о чем беспокоиться, — с чувством произнесла я, нашаривая свой рулет.

— А ты? — внезапно спросила Джейни. — А как у тебя с личной жизнью?

— О! — Я насмешливо вскинула брови. — Хорошо. Прекрасно. Нет, в самом деле, все замечательно. Почти.

— Ну ладно, — сказала она. — Как захочешь поговорить — дай мне знать.

Иди ты, подумала я. Или… В смысле…

— Не вопрос! — сказала я (сроду так не говорю).

Я посмотрела сквозь атриум на потоки дождя.

— Хрустики?

— Спасибо. — Джейни взяла четыре штуки.

Глава восьмая

Алекс позвонил тем же вечером.

— Привет, тыквочка.

— Сам ты привет.

— Что поделываем?

— Ничего особенного, разгуливаю по дому в черном кружевном белье — о, тут так тепло! Можно слегка расстегнуть мое неглиже.

— Так-так-так.

— Ой! Это в дверь звонят? Какой сюрприз, водопроводчик, здравствуйте! Пришли прочистить мои трубы?

— Мел, заткнись на секундочку.

— Хорошо…

— Слушай. Гм. Чарли действительно хотелось бы попасть на эту пирушку в субботу.

— Никуда он не попадет. Сам же сказал, что это полный бред.

— А когда я в воскресенье вернулся домой, он сказал, что очень хотел бы пойти, и попросил меня поговорить с тобой.

— Что это с мальчиком такое, он у нас один и всеми нелюбимый? Это что, первая вечеринка, куда его не пригласили? Или, точнее, последняя?

— Я сам не знаю, в чем дело. Просто он меня уже достал, вот я и пообещал ему, что тебе позвоню.

— Ага. А я, кажется, знаю, в чем дело.

— Что? В чем?

— Не скажу. А он пойти не может. Он зануда.

Вот тебе.

— Да ладно, Мел, пожалуйста. Пожалуйста. Ради своего спутника жизни.

— Кто это мой спутник жизни? Ты, что ли?

— Ты знаешь, о чем я.

— Ты мой спутник жизни?

— Да, — заявил Алекс. — Избранный. А теперь скажи, пожалуйста, можешь ты организовать приглашение для Чарли?

— Алекс, а он тебя вытурит, если ты его туда не протащишь?

— Э… гм… Да.

— Отлично. Нет, он определенно не может пойти.

— Я… посуду вымою.

— Я… пожалуй, этого не замечу.

— Мел, ну что тебе стоит. Это весело будет.

Я вздохнула:

— Ну ладно. Хорошо. Если это для тебя так важно.

— Фантастика! — В голосе Алекса прозвучало любопытство: — А почему ему так приспичило пойти?

Ха! Вот это Алексу знать ни к чему. Фран, видимо, уже стартовала.