Терри Лоренс - Только для влюбленных

Глава 7

На следующий вечер Гвен лежала в гамаке, когда Дейв направился к ней.

— Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе?

Он подтащил шезлонг, уселся, его длинные ноги неловко поддерживали балансирующую на коленях тарелку.

— Читаешь?

— Заполняю прогал между фактами и цифрами. Думала, ты одобришь.

Гвен скатала комикс, который держала в руке. Дейв привез их полдюжины, когда ездил в городок Блю Джей за продуктами.

— Ты прозанималась весь день?

— Пока тебя не было.

У нее зашевелились волосы на шее. Казалось, каждая гора наблюдала и ждала какого-то прорыва в тишине и напряжении, окружавших их.

— Я достану тарелку.

Дейв покачал головой, слизывая с пальца сок от поджаренного цыпленка.

— Я принес достаточно для двоих. На. Он протянул Гвен кусок цыпленка, вытащив из-под тарелки салфетку. Гвен оперлась локтем, сетка гамака прогнулась под ней. Она взяла крылышко из его пальцев.

— Сочное.

Дейв протянул ей пиво. Его пиво. Ей неудобно было отказаться, пришлось или стереть следы его губ с холодного стакана, или не обращать внимания на капельки влаги, смочившие ее ладони, когда она пила.

— Спасибо.

Не сказав ни слова, он принял у нее стакан, охватил губами его край и откинул голову так, что напряглись мышцы на шее.

Гвен надкусила крылышко и постаралась не думать ни о чем.

— Похоже, ты занимаешься давно, — Дейв кивнул на книги, лежащие на полу веранды, стол, тетрадки, ручки, калькулятор, подушку и одеяло.

— Обещай мне, что войдешь в дом, когда станет холодно. Не то медведи захотят утащить тебя ночью.

— Раз Шарлотты нет, хозяйская спальня безопасна, — пошутила Гвен.

Ее улыбка увяла, как только она увидела его взгляд, услышала вызов в тоне его односложного ответа:

— Да?

— Конечно, — мисс Стикерт кивнула на тарелку, балансировавшую на его коленях. — Могучая причина для того, чтобы совершить налет на холодильник, что мне придется сделать, если цыплячье крылышко — это все, что мне досталось на обед.

— Поешь спаржи.

Дейв подцепил ее вилкой и протянул Гвен.

У нее было два выхода — либо съесть ее с протянутой вилки, либо взять вилку из его согнутых пальцев, а значит, коснуться его руки. Гвен нагнулась и откусила кусочек. Дейв держал вилку, пока она жевала, глотала и откусывала еще.

Оказалось так сложно есть под взглядом Дейва — все равно, что жевать древесную кору. Ее горло сжалось, язык пересох, а пиво находилось вне пределов досягаемости.

— Кормежка с рук, — протянула Гвен, стянув с вилки последний кусок. Она грызла кусочек спаржи, словно это было вяленое мясо.

— Дейв, прости меня за последнюю пару дней и за все, что произошло между нами.

— И за все, что не произошло? — спросил он с улыбкой. — Так же и я. По сравнению со спаньем на воздухе, спальни — самые опасные комнаты в доме. Ты знаешь об этом?

Гвен взглянула на него с сомнением.

— Будет лучше, если мы будем напрочь избегать спальни. Как словесно, так и физически.

Дейв поболтал стебельком по тарелке, пока с кончика не упала золотая капля масла.

— Гамаки опасны тоже.

Ей-то не знать об этом. Если бы Гвен хоть на минутку подумала, то смогла бы выползти из этого хитрого устройства, не сломав шеи или распластавшись на полу, давно бы уж выбралась.

— Особенно для патентованных неловких неумех.

— Я этого не говорил.

Он многого не говорил.

Гвен сделала неудачную попытку перекинуть ногу. Комикс шлепнулся на веранду. Дейв подобрал его.

— Один из моих. Тебе нравится?

— Да. По-настоящему.

— Я не выпытываю.

Мисс Стикерт потянулась за книгой и чуть не перевернула гамак.

— Герой очень убедительный.

— «Рагнар, Тан викингов». Его торс выточен из ледников. Его замороженные кости и ледяной взгляд ужасают как женщин, так и воинов. И как он неистовствует по всему северному миру в одиночку.

— С горячим сердцем и бешеным характером.

— Только для тех, кто его хорошо знает. Гвен нашла страницу с портретом Рагнара у костра, небо над ним было расцвечено фантастическими красками.

— Не знаю никого, кто изображал бы небо таким образом. Так раскованно, так смело. Странно, но кажется правдоподобно.

— Северные отсветы. Они тоже завораживают. Поешь.

Дейв протянул ей цыплячью ножку. Гвен запустила в нее зубы, внезапно ощутив дикий голод.

— Что-то он мне напоминает, — намекнула она.

Дейв кивнул.

— На нем лежит великая ответственность, множество тяжелых обязанностей, но он рвется к свободе. Почти, как ты.

— А я думала о тебе, ведь его независимость слишком часто означает одиночество. Иногда те, кому ничего не остается, кроме бегства, тоскуют по ответственности. Дейв допил пиво.

— Как говорил Конфуций: «Будь проклята прямота».

Гвен рассмеялась. После двух дней настороженности она заметила, как расчетливо Дейв перешел к шутке. Может быть, она вступала на чувствительную территорию.

— А как ты? Хотел бы ответственности? Дейв твердо покачал головой.

— Ее и так крутом полно, и даже чересчур. Как азиатский грипп. Вы, миледи, хороший пример. Посиди.

Он наблюдал, как Гвен аккуратно сложила цыплячьи кости на тарелку, обтерла пальцем край пивной бутылки, из которой он пил.

— Отдыхай, — скомандовал он. — Я тебя накормил, я тебя и обогрею.

Имелась сотня способов, какими Дейв мог бы это осуществить. Ни один из них не учитывал возможности. Поэтому он всего лишь поднял край одеяла и подоткнул его в том месте, где у обладательницы янтарных волос от холода появилась на руке гусиная кожа.

Гвен свернулась калачиком. Молодой человек бросил комикс на стопку учебников, потом вытер ей губы салфеткой и, смяв, выбросил белый комочек в мусорное ведро.

Беззаботно Гвен думала о Дейве, но не о самом важном для нее. Она слизнула с губ остатки цыплячьего сока.

Положив руку на веревочный край гамака, молодой человек покачал ее, подтягивая к себе перед тем, как отпустить.

— Теперь споешь мне колыбельную. — Гвен закрыла глаза, легко коснулась его руки. — Это так…

— Чшш. Нечего оправдываться, что засыпаешь после долгого дня.

— Ммм… — было бы прекрасно, во всяком случае, на мгновенье, переложить на него всю ответственность. Гвен продолжала лениво покачиваться. Заходящее солнце окрасило небо в пурпурные и аквамариновые тона. Поразительный закат чем-то напоминал один из рисунков Дейва.

— Они очень хороши, — промурлыкала она. — Я имею в виду твои иллюстрации.

— Благодарю.

— Крупные планы, панорамы, проходы. Вся страница, где Рагнар пробирается по коридорам замка, представляет собой, по сути, единое целое.