Анджела Дрейк - Пленница сновидений

Улыбаясь этой внезапной застенчивости, Франсуа накрыл ее руку своей и дернул «молнию».

К его разочарованию, Зоя ахнула и напряглась. В ее глазах зажглась тревога. Франсуа застыл на месте. Она напоминала животное, почуявшее опасность; одно неосторожное движение, и лань обратится в бегство.

Он лег на спину, медленно протянул руку к ее белоснежной шее и нежно улыбнулся.

— Не бойся, милая. В этом нет ничего страшного.

Зоя наклонилась и поцеловала его. Ее теплые губы дрожали от страха.

— Я очень хочу тебя, — прошептала она. На ее ресницах блестели слезы. — Но… понимаешь… раньше… когда все вышло из-под контроля… я испугалась. Ужасно испугалась боли.

Ее глаза расширились от желания и страха, и Франсуа проклял неведомого мужлана, которому не хватило чуткости.

— О Боже, Зоя, счастье мое… Я не сделаю тебе больно.

Он бережно взял ее руку и привлек к своему животу. Когда пальцы девушки коснулись его возбужденной плоти, Франсуа едва не застонал от острого наслаждения. Он внутренне напрягся, сдерживаясь из последних сил, чтобы не спугнуть Зою.

В ее глазах мелькнуло понимание. Он не спешил овладеть ею, сдерживал свои инстинкты, дожидаясь, пока она будет готова, был бесконечно терпелив и бережен.

— Ох, Франсуа… — простонала она и вдруг поняла, что всю жизнь любила этого человека и будет любить вечно. В прошлом и в будущем. Только его.

Ее глаза стали огромными. Груди и живот горели от вновь возникшего желания.

Франсуа следил за ней. Он был опытным мужчиной. Зоя ощутила магнетизм его чувственности, и ее страх постепенно утих.

Она спустила с его бедер джинсы, потянула их вниз и наконец сняла вместе с туфлями, оставив обнаженным. Ноги у него были длинные, стройные и такие же прекрасные, как все остальное.

Франсуа во все глаза следил за тем, как она склоняется над ним, целует его колени и бедра. Она снова подняла голову и посмотрела на него с изумлением. А затем, поражаясь собственной дерзости, протянула руку и стала ласкать его тугую плоть, обтянутую шелковистой кожей.

— Да… — выдохнул он, сгорая от желания.

На Зое все еще оставалась коротенькая шелковая юбочка. Франсуа приподнял ее и стащил крошечные кружевные трусики. Глаза Зои вспыхнули. Она села на Франсуа верхом и ощутила, как он медленно, но уверенно и властно вошел в нее. Оба испустили долгий блаженный вздох.

Он сразу понял, что Зоя совершенно неопытна. Она не умела плавно двигаться, менять ритм и постепенно приближать конечное наслаждение. Ну что ж, он позволит ей узнать, что такое настоящее удовлетворение.

Он бережно поднял ее и положил на ковер. Потом подсунул под ягодицы Зои подушку, раздвинул девушке ноги и снова вошел в нее.

— Медленнее, — прошептал он. — Медленнее, медленнее. Двигайся вместе со мной, милая. Мы танцуем, поднимаемся, летим…

Теперь Зоя была готова. Ее тело и душа изнывали от ожидания. Франсуа проникал все глубже и глубже, пока она не затрепетала и не вскрикнула в экстазе.

Франсуа тоже был готов кончить, но приказал себе подождать. По ее лицу разливалась блаженная слабость; это зрелище напоминало долину, постепенно озаряющуюся солнечным светом.

Зоя смотрела на него с изумлением. Ее поразительные аквамариновые глаза сияли и лучились. Она потянулась к Франсуа; он обхватил ладонью ее затылок, прижал голову к себе и прильнул губами к губам. Их языки переплелись, добавив обоим остроты ощущений, и Франсуа почувствовал, что нежная складка между ее ног вновь затрепетала от наслаждения.

Теперь можно было не сдерживаться. Франсуа еще раз глубоко вонзился в нее, застонал и погрузился в блаженство, которое длилось целую вечность.

Он лежал навзничь, постепенно приходя в себя, и чувствовал, что его душа разрывается от нежности.

Зоя не сводила с него глаз. Ее переполняла благодарность, граничившая с преклонением. Она бы не смогла скрыть своих чувств даже если бы очень постаралась.

Он целовал ее волосы и глаза. Целовал влажное лицо, груди и чуть выпуклый живот. На ее бедрах запекались липкие струйки крови, похожие на окалину. Франсуа провел по ним пальцем и показал Зое ржавый след.

Зоя улыбнулась и покачала головой.

— Ты не сделал мне больно. О нет! — Она благоговейно прикоснулась губами к его щеке. — Ты показал мне, что такое настоящая жизнь.

— Почему ты ничего не сказала? — с мягким укором спросил он.

— Что я девушка? — Она вздохнула и уныло улыбнулась. — Стыдно было признаться в своей неопытности.

Франсуа недоверчиво покачал головой. Неужели она не понимает, что вручила ему драгоценный дар? Он наклонил голову и очень нежно поцеловал Зою в губы. Снова захотелось задать ей множество вопросов, но он сдержался, уважая ее право молчать о том, чем ей было трудно поделиться… даже с ним.

Она взяла его руку и положила к себе на грудь.

— Человек, о котором я тебе говорила… — тихо сказала она, безошибочно поняв, что именно он хочет знать. — Мне казалось, что я люблю его, и что он любит меня. Понимаешь, Франсуа, тогда я была очень наивна. Лишь потом я поняла, что он видел во мне легкую добычу. Несчастную одинокую богатую девицу, которую нужно просветить, уложив в постель.

Франсуа отвел с ее лба влажную прядь волос.

— И что же?

— Я не легла!

Черты Зои озарила лукавая улыбка, и Франсуа, испытавший новый порыв любви, провел пальцем по ее губам.

— Сейчас ты шутишь. Но ведь он напугал тебя, правда?

Зоя закрыла глаза, и на ее виске запульсировала жилка.

— Он был слишком пылок и слишком торопился. Это было похоже на нападение.

— Моя бедная девочка! Разве можно было так с тобой обращаться?

Франсуа привлек ее к себе и поцеловал в щеки, в лоб и в макушку.

— Нас обоих пригласили провести уик-энд в деревне. Я позволила ему прийти в мою спальню… Я была такой дурой! Как говорится, сама заманила, а когда он начал терять голову, струсила. Ударила его и сказала, что, если он не отпустит меня, я подниму такой крик, что крыша рухнет. — Она протяжно вздохнула. — При одной мысли об этом я сгораю от стыда.

— Почему? Ты поступила правильно.

— Да. Но я чувствовала себя потаскушкой. Заманить мужчину, заставить его загореться, а потом позвать на помощь пожарную команду, потому что сама не можешь справиться с пламенем.

— Нет, chйrie [3], ты вела себя храбро. Поразительно!

— Но он думал по-другому. Он называл меня сучкой и динамисткой.

— Ублюдок!

— Может быть.

— А что было потом?

— Я начала избегать мужчин.

Франсуа ничего не сказал, просто крепко обнял ее. Его душа разрывалась от любви и сочувствия. Он ощущал биение ее сердца, теплое дыхание Зои касалось его груди. А потом ее руки начали медленно гладить его грудь, руки, живот… Затем по пути, проложенному руками, двинулись губы. Они проникли между бедер Франсуа и ласкали его восставшую плоть, пока он не задохнулся от наслаждения. Он больше не мог сдерживаться и в ту же минуту вновь овладел ею.