Хэдер Макалистер - Улыбка для милой

Но угадайте, кто там был? Дерек! И конгрессмен Гэллоуэй. Очень интересно. И еще интересней, что они разговаривали друг с другом…

На взгляд Барри, конгрессмен выглядел не лучшим образом. Даже в приглушенном свете была видна блестящая испарина на широком лбу под седыми волосами. Либо конгрессмен страдал от пищевого отравления, либо был серьезно чем-то обеспокоен. Барри склонялся ко второму варианту.

С явной неприязнью каменнолицый Дерек, похоже, пытался успокоить мужчину.

Барри как можно незаметнее вошел в зал. Чтение по губам — умение, которое он старался развить. Он не был специалистом в этой области, но мог уловить слово-другое. К счастью, у Гэллоуэя была великолепная артикуляция. Время от времени Барри улавливал даже больше, например: «Я думал, вы говорили, что беспокоиться не о чем». Дерек положил ладонь на руку собеседника. Барри не смог разобрать, что он сказал, но Гэллоуэй ответил четким «да уж постарайтесь».

Ладно. Барри улыбнулся про себя. Гэллоуэй явно напуган. Что-то пошло наперекосяк. Больше он ничего не увидел, потому что Салли и ее подружки закрыли ему обзор. Они отвлекли Дерека, и он заметил Барри. Они встретились взглядами.

Дерек совсем не обрадовался, увидев репортера. В глазах у него появилось явное предостережение: «Не суй нос куда не следует».

Барри отсалютовал ему двумя пальцами и вышел вслед за Салли в коридор.

Она прижимала к уху блестящий розовый мобильник.

— Лимузина нет у входа? Какого дьявола? Это уж слишком!

Барри подошел к ней как раз в тот момент, когда она ударилась в слезы. Ее подружки огорченно закудахтали.

— Плевать мне на макияж! Как он мог так со мной поступить? Я совершенно унижена. — Затем она увидела Барри. — О, только вас тут не хватало. Только посмейте тиснуть что-нибудь из этого в газету!

— Из чего из этого? — поинтересовался Барри. Она сердито заморгала.

— Не говорите ему! — приказала она подружкам.

— Ты имеешь в виду то, что Гас не пришел? — отчетливо прошептала одна из девушек. — Или про самолет?

— Ну, спасибо большое! — огрызнулась Салли. Она ткнула в Барри пальцем. — Если вы напечатаете хоть слово, мой отец позаботится чтобы вас уволили!

И это называется угроза? Ах, милая, тебе еще предстоит научиться притворяться получше, про себя подумал Барри.

— Вот что я вам скажу. Пусть ваш свадебный распорядитель пришлет мне пресс-релиз. Мы с Паулой и раньше вместе работали, она знает, какого рода подробности мне нужны.

— Спасибо. — Салли шмыгнула носом и оглянулась через плечо. — Где комната отдыха? Мне нужно подкраситься, прежде чем мы поедем в клуб.

— Вон туда, — указала ей одна из девушек. Барри бросил взгляд мимо подружек невесты на скамью, где Меган отлично изображала статую. Как только взгляды их встретились, она закатила глаза и проскользнула по коридору в сторону дамской комнаты раньше Салли и ее подружек.

Барри ухмыльнулся. Что за женщина! Он сел на скамью, на которой она только что сидела, и сплел пальцы на затылке.

Итак, теперь ей предстоит прятаться в кабинках уборной.

Меган было весело как никогда. Если посмотреть на это с другой стороны, ее вечер с Барри оказался просто замечательным свиданием. Она ведь может назвать это свиданием, да? Они целовались. Он угостил ее обедом. На ее взгляд, настоящее свидание.

Она начинала понимать, что двигало поступками Барри, и с облегчением обнаружила, что кое-что из того, что он делал в прошлом, было следствием скорее непонимания, чем злого умысла. Он не хотел никому, в том числе и ей, причинять неприятности или боль, просто никогда раньше он не получал обратной связи. Она дала ему эту связь и — о чудо из чудес! — он, в самом деле начинал кое-чему учиться.

Меган вполуха слушала хныканье Салли и сочувствующее кудахтанье ее подружек и думала о том, что будет, когда они с Барри вернут свою прежнюю работу. Станет ли он относиться к ней по-другому? Будет ли мягче с ней? Будет ли ожидать особого отношения? Секретных сведений?

«Нет» на все вышеперечисленное. Меган улыбнулась. А разве она хочет, чтобы было иначе?

Покидая туалетную комнату, подружки невесты рассуждали о примирительном сексе. Меган хотела бы дослушать разговор до конца, но не получилось. Убедившись, что никого нет, она вышла из кабинки, достала из сумочки карточки и отправилась на поиски Барри.

— Есть что-нибудь? — спросил он.

Она села рядом с ним на скамейку и вручила карточку.

— Даже так? — Он прочел то, что на ней было написано. — Я помню это. В тот день из тебя слова было не вытянуть.

— А ты вел себя по-свински. Пошел следом за мной к машине, чтобы подтвердить цитату, а потом заорал, что мне известно что-то еще. Прибежали другие репортеры. Я действительно ничего больше не знала, а на следующий день во всех газетах было напечатано: «Пресс-секретарь полиции Меган Истербрук отказалась от комментариев».

— Ты и отказалась.

— Но я больше ничего не знала! Что я должна была комментировать?

— Ты хочешь получить извинения?

— А ты не считаешь, что я их заслуживаю?

— Мой долг — писать правду. Я предположил, что тебе известно больше. В тот раз я ошибся.

— Это не похоже на извинение.

— Это не извинение, потому что я знаю, что ты утаиваешь сведения, когда пресса не задает правильных вопросов.

— Верно. — Меган забрала карточку и сама порвала ее.

— Итак, что ты узнала? — поинтересовался Барри.

— Что примирительный секс бывает просто потрясающим. — Она понаблюдала, как он сглотнул, и едва сдержала улыбку. — Однако Гасу придется долго ползать на коленках, прежде чем он получит прощение.

— Что-нибудь еще?

— Они не собираются назвать своего первенца в честь Дерека. В сущности, Дерека даже может не оказаться в списке рождественских гостей. Салли ужасно зла на него. Считает его виновным в том, что Гаса нет.

— Она права. Ей известно что-нибудь о бывшей профессии Гаса?

— Мне кажется, она не так глупа. Предполагаю, что она догадывается о том, чем он занимался в прошлом, но не хочет знать подробности. — Меган хмыкнула. — Да у нее у самой-то рыльце в пушку.

Барри прислонился головой к стене.

— Другими словами, ты не слышала ничего полезного.

Меган подумала, что подсказка насчет секса весьма полезна.

— Да, пожалуй, — согласилась она с нарочитой небрежностью и тоже прислонилась к стене. — Обычная болтовня о том, что Дерек пренебрегает своими обязанностями шафера и проводит все время с конгрессменом, который нудит про свой ограбленный номер в отеле. Более того, он хочет, чтобы Дерек присмотрел за его офисом на случай, если и его вздумают взломать. Салли считает, что это дело полиции, а дело Дерека — устроить холостяцкую вечеринку.