Клэр Нейлор - Любовь. Инструкция по применению

— Эми, возьми трубку, я знаю, что ты дома, — резкий тон Люсинды, — Эми, я не шучу…

Эми перешагнула через груды разбросанных вещей и потянулась за трубкой:

— Люсинда, чего ты хочешь?

— Я заеду за тобой через полчаса. Пакуй вещи, я отвезу тебя к своей матери.

— Люс… — Всхлип. Шмыг.

— Просто заткнись и собирайся.

Тридцати минут на сборы, может быть, и достаточно, когда вы ждете в гости известного актера. Но когда это ваша лучшая подруга, согласитесь, мотивация совсем не та. Особенно если она приедет для того, чтобы отвезти вас к своей матери! Какая она — мать Люсинды? Правильное оксфордское произношение и то, что в характере Люсинды было что-то от сержанта-майора, предполагало наличие военных в семье. Однако, по слухам, ее детство прошло совсем в ином русле. Ну да ладно. Эми упаковала вещи в свой маленький чемоданчик — тот самый, который брала с собой на злополучные (как ей казалось в припадке пессимизма и жалости к себе) выходные в Дорсет. Лучше бы я вообще никогда не встречала этого несчастного Орландо Рока!

На протяжении нескольких дней Эми упрямо избегала зеркал, но сейчас, забирая из ванной зубную щетку, с ужасом посмотрела в лицо реальности, простите за каламбур. Должно быть, это мое лицо, допустила она. Только сегодня глаза казались маленькими и щелеобразными, а ресницы — на порядок короче. И брови отнюдь не были соблазнительно изогнуты, как она воображала. А губы — в них совсем ничего не было от розового бутона, они скорее напоминали увядающую герань!

Проблема была в том, что все последние дни Эми провела в обнимку с журналами. Она придирчиво и скрупулезно разглядывала физиономии неправдоподобно цветущей Тиффани Свонн и бывшей жены Орландо, пытаясь отыскать на них какой-нибудь дефект, например, мимические морщинки (боюсь, тщетно). В конечном счете ей начало казаться, что она на равных с этими богинями, что все недостатки растворяются под чудотворным взглядом Орландо Рока, греческого бога. Все не так, детка. Она отступила на шаг и хотела уже было осмотреть свою фигуру, но Дух Самосохранения предостерег ее: «Даже не думай, дорогая». Поэтому Эми сердито сунула зубную щетку в косметичку и ради приличия захватила шампунь. Во всем Люсинда виновата, с обидой подумала она. Корова назойливая!

Назойливая корова позвонила в дверь. Шлеп-шлеп вниз по лестнице.

— Эми?! Ты же просто ходячий кошмар! Моя мама удивится, что за тролля я с собой привезла!

— Вот и чудно, тогда я остаюсь здесь.

Люсинда цепко схватила Эми за руку:

— Даже и думать не смей, пошли.

Несовместимая пара забралась в машину. С ее шелковистыми волосами и сочными губами, Люсинда напоминала упаковку свежих и ароматных фруктов. Эми в свою очередь выглядела, как обломок кораблекрушения. Подруги молчали большую часть пути… пути бог знает куда.

— Куда ты меня везешь?

— К моей матери.

— Где она живет?

— Норфолк.

— О!

Гениально. Наконец, в поздний вечерний час, когда в клубах начинается самое интересное, они затормозили на до безобразия грязной дороге. Вылезая из машины, Эми провалилась в лужу. По крайней мере, она имела полное право свалить все на непроглядную темень. Насколько ей было известно, это вообще мог быть бассейн. Люсинда понесла чемоданы к дому, Эми засеменила следом, и их бурно поприветствовали два привязанных Лабрадора. Пока ничего удивительного.

У некоторых они просто есть. Иногда они достойны восхищения или заслуживают порицания. Но мать Люсинды действительно превзошла все ожидания. Дешево, но с душой, пришло Эми в голову.

— Давай, проходи, дорогая, — так вот откуда это у Люсинды. — Я постелила в чулане.

Разве у людей все еще были чуланы? А что, собственно, такое чулан? И зачем там стелить? Эми была озадачена. Но сейчас все ее внимание сфокусировалось на том, что находилось непосредственно в поле ее зрения.

Мать Люсинды была блондинкой, но не натуральной, что характерно. Крашеной блондинкой грязного дешевого цвета. Начесанной и накрашенной как на показ. Она производила впечатление женщины с прошлым, и ее лицо сохранило следы былой красоты. В целом — милая, добродушная, заботливая и несколько похожая на официантку. Но совсем не похожая на мать. И уж точно не на мать Люсинды! В знакомстве с родителями есть что-то от процесса собирания пазлов, когда отдельные фрагменты начинают складываться на твоих глазах в одно целое. Этот случай под общее определение явно не попадал. Эми была в таком удивлении на протяжении следующего часа, что начисто забыла про Новую Зеландию, мистера Рока и его партнершу-потаскушку.

Обстановка дома представляла собой ошеломляющее сочетание ужасов эпохи Колониализма — таких вещей, как коврики из шкуры зебры, пепельницы из слоновой кости и атрибуты военачальника, — с вешалками, на которых сушилась одежда, и пакетами кукурузных хлопьев без искусственных добавок и красителей. И лабрадорами, Зевсом и Игги. У-у-у-у-у, подумала Эми, в какое чудное местечко меня занесло! Девочек накормили кускусом и чесночной колбасой и отправили спать.

Открыв глаза, Эми чуть не вскрикнула от испуга — прямо над ее раскладушкой нависала гигантская голова бизона. Придя в чувство, она вспомнила, что, во-первых, находится у матери Люсинды, а во-вторых, приехала сюда как жертва крушения. Ее, наверное, окружат заботой и дадут пару дельных советов. Однако все, чего Эми хотела, — это увидеть Орландо. Она разрывалась между уверенностью в том, что они никогда больше не встретятся, и отчаянным желанием его увидеть. Вот бы заново пережить тот поход в галерею, прогулку по «Ковент-Гарден», воскресный обед у него дома — все, все! Вот бы вернуться в прошлое и все переоценить, быть красивее, остроумнее и очаровательнее! Теперь шанс показать себя с лучшей стороны ей больше не представится. И что вообще за странный запах? Эми озабоченно принюхалась и ужаснулась — этот жуткий «аромат» источали ее волосы. Она медленно поднялась, проклиная холодный каменный пол. Вероятно, отличительная особенность чуланов. Накануне вечером ей объяснили, где находится ванная. Случайно заглянув в комнату, которая выглядела как бордель времен Эдуардов, но по всей вероятности была спальней матери Люсинды, Эми добралась до места назначения и занялась своими склеенными прядями.

— Боже мой, дорогая, вчера вечером я подумала, что ты растаманка, — с добродушной иронией заметила миссис Люсинда. Эми никак не могла вспомнить ее имя, но подруга поспешила прийти ей на помощь.

— Анита только что сказала мне, что в загоне жеребенок. Нам обязательно нужно пойти посмотреть на него после завтрака!