Сара О'Брайен - Горячая собственность

— Привет, детка, давай посмотрим на эту шину. Так это и есть та знаменитая розовая машина, о которой мне говорила мама? — спросил он, беря у меня ключи, чтобы открыть багажник. Вот где у них запасное колесо — в багажнике. — Я слышал все об Анжеле. Она сегодня позвонила маме из больницы по мобильному телефону, — приговаривал он, поднимая домкратом машину, чтобы сменить колесо.

— Она была сердита на меня?

— Кто? Анжела? Вовсе нет, как раз наоборот. Она не могла на тебя нахвалиться.

— Я не об Анжеле, а о маме. Она злится на меня за то, что я не позвонила? Я была занята, а Анжела сказала, что сама позвонит. Она сказала, что не любит шокировать людей, а мама поднимет большой шум.

Отец на минуту перестал возиться с колесом и взглянул на меня.

— Тебе незачем говорить мне. Я знаю твою маму, — сказал он и вернулся к колесу. Я наблюдала за тем, как проезжавшие машины забрызгивали его грязью.

— Ну вот и все! — удовлетворенно воскликнул он, вытирая руки большим белым платком. — Знаешь что, Эллен, мне нравится эта розовая машина. Она подходит тебе намного больше старых «фиест» или «пунтосов» — они такие унылые. А в этой чувствуется жизнь.

Он погладил крышу машины, как гладят хорошую собаку. Я обняла его.

— За мной ужин в ресторане.

— Ловлю тебя на слове. Я бы пошел куда-нибудь вроде «Максима». Ты можешь это себе позволить?

— Мне сначала придется продать несколько домов, но смогу. Я позвоню тебе, папа, и мы устроим это. Во всяком случае, увидимся на выходные. Ты знаешь, что из Дублина приезжает королевское семейство? — спросила я, залезая в машину.

— Еще бы, твоя мать наводит такую чистоту, что Букингемскому дворцу и не снилось.

Я засмеялась и помахала ему рукой, отъезжая.

Приехав домой, я бросила в духовку огромную пиццу — четырехслойную, с двойным слоем сыра и сверху приправленную чесноком. Джоя нигде не было видно, так что я обыскивала квартиру, одновременно переодеваясь. Я осмотрела все его любимые уголки, но он как сквозь землю провалился. Войдя в гостиную, я услышала слабое мяуканье, доносившееся с балкона. Я открыла раздвигающуюся стеклянную дверь, и в комнату крадучись вошел мокрый Джой. Это было очень странно. Я никогда не выпускала Джоя на балкон, когда уходила на работу. Должно быть, сегодня он проскользнул туда незаметно, но я помню, что он был на кухне, когда я уходила. Я проверила замок на двери — он был в порядке.

Я съела пиццу, держа на коленях Джоя, и не могла отделаться от ощущения, что в квартире что-то было не так. Я огляделась по сторонам и увидела, что мелкие предметы стояли не на месте. Как будто кто-то передвигал их. Ничего не пропало, но у меня было такое чувство, что здесь кто-то был. Произошли едва заметные перемены, например, казалось, что кто-то рылся в коробках в гостиной или не так задернул занавески на балконной двери. Чуть-чуть не так. Возможно, это было только мое воображение, но в любом случае… что я могла сделать? Не могла же я позвонить в полицию и сказать: «Послушайте, мне кажется, что кто-то проник в мой дом, передвинул все вещи на один дюйм, но ничего не украл». Они просто посмеются.

Готовясь навестить Анжелу в больнице, я постаралась выкинуть это из головы. Я проверила автоответчик. Был звонок от Индии.

«Эллен, ты так и не позвонила. Как прошел вчерашний вечер? Ты надевала закрытый свитер? Поговорим позднее».

И звонок от Руфь.

«Сука. Я дала тебе мой лучший совет кутюрье. А ты даже не отблагодарила меня, не позвонив и не сообщив сногшибательные подробности. Я сегодня вечером на работе. Умри, но позвони мне».

Потом звонок от Анжелы Маунселл:

«Эллен, дорогая, как поживаешь? Это Анжела. Анжела Маунселл. Я хочу просто поблагодарить тебя за то, что вчера ты спасла мне жизнь. Ты сказала, что заедешь в больницу, и я хотела тебя попросить привезти несколько мелочей, дорогая Эллен, конечно, если тебя не затруднит. Так, дай-ка подумать. Привези, пожалуйста, мою краску для волос — она на полочке в ванной. Бигуди. Колоду карт. Пять ночнушек — глаженых. Четыре халата. Мои библиотечные книги и журналы причесок. О да! И еще воск для бикини. До свидания».

Воск для бикини? Я никогда не пойму мою ближайшую соседку. Я собрала вещи Анжелы и отправилась в больницу. Когда я приехала, было уже время посещений. Анжела сидела на кровати и болтала с медсестрой.

— Вот она, молодая леди, которая спасла мне жизнь! — воскликнула она, увидев меня.

— О Анжела, прекрати! Ты преувеличиваешь, — возразила я.

— А этот мужчина, кто он? Он мне что, приснился, Эллен?

Я начала думать, не приснился ли он мне самой.

— Он мой друг, его зовут Тони Джордан.

— Джордан, Джордан, как имя его отца? Он не один из Джорданов из Голливуда? Нет, те Джорданы не такие красавцы. Откуда он, Эллен? — допытывалась она, пока я убирала ее вещи в шкафчик. Она схватила воск для бикини.

— Хммм, — промычала я, продолжая убирать вещи.

— Он твой бойфренд? Я прервала нечто-то важное вчера вечером?.. Надеюсь, что я не погубила твое свидание.

Она и представить себе не могла, насколько погубила его.

— Не глупи, Анжела. Я его едва знаю, мы просто пили кофе, когда прозвучала твоя тревога.

Она прищурилась.

— Кофе, говоришь?

— Кофе.

— Я могу придумать намного лучшее занятие с ним, чем распитие кофе, — сказала она и засмеялась. Я выдавила из себя улыбку.

Мы сыграли с ней в покер на маленьком подносе, поставив его на кровать. На этот раз азарта не было, так как мы играли только на фруктовые пастилки.

Я хотела уйти до того, как Анжела предложит сыграть на деньги, когда в дверях палаты появилась моя мать, держа в руках огромный букет цветов из своего сада.

— Ты никогда не говорила мне о нем! — воскликнула она.

— О ком? — спросила я, беря у нее цветы. От ее корзинки пахло чем-то, напомнившим мне детство. Я узнала этот запах. Булочки с корицей.

— Я только что встретила его в вестибюле, он спрашивал, где палата Анжелы, так естественно, что я заговорила с ним. Он идет сюда — остановился у киоска купить что-нибудь для Анжелы, — пояснила моя мать, подвигая стул к кровати. Она села и поставила корзинку с булочками на пол.

— Мам, о ком ты говоришь?

Она кокетливо улыбнулась мне и Анжеле, наклонив голову так, словно мы играли с ней в какую-то игру.

И тут в палату вошел Тони.

— Я… я как раз проходил мимо и решил заглянуть… просто проведать нашу больную, — сказал он и улыбнулся Анжеле.

— Еще раз здравствуйте, Энтони, — приветствовала его мама.

Господи, Энтони! Она уже звала его по имени. Я взглянула на нее, и она мне ласково улыбнулась.