Алена Любимова - Так просто сказать люблю

– Что вы имеете в виду?

Я произнесла это несколько смущенно, поняв, что действительно хватила через край, а Игорь-то, по сути, прав. У меня и впрямь в душе полный разгром.

– Я имел в виду… – он чуть помолчал. – Понимаете, я не хочу ничего разрушать, чтобы вы потом горько не пожалели. Вы должны сами решить…

– Что вы имеете в виду? – машинально, как попугай, повторила я.

– Да прекрасно ты все понимаешь.

Он схватил меня за плечи и крепко сжал. У меня снова поплыло перед глазами.

– Тебе нужно решить, нужен тебе этот проклятый замечательный муж или ты все-таки совершила ошибку, выйдя за него? Потому что если это так, ты должна в этом себе признаться, пока не поздно.

Не зная, что ответить, я лишь растерянно лепетала:

– Вы… ты…

– Я подожду. Я умею ждать. И давай сразу условимся: никакого отношения к нашей совместной работе это не имеет. Если я тебе не нужен, действительно просто продашь права, и никакой необходимости в наших встречах больше не будет.

К нам подлетел озабоченный Феликс Салаватович.

– Игорь, я все же хотел бы у вас…

– Не переживайте, – Игорь похлопал его по плечу. – Свершилось чудо: Таисия Никитична меня уговорила, и я все-таки решил заняться ее проектом. А сейчас вынужден извиниться и откланяться. Теперь я и впрямь опаздываю.

Последовала немая сцена.

Глава VIII

Дома я никак не могла успокоиться. Первым моим побуждением было сразу по возвращении устроить Виталию допрос с пристрастием по поводу игр за моей спиной. До сих пор он такого себе не позволял и подробно делился всеми своими планами. Даже такими, которые, вроде, впрямую меня не касались. Кажется, я опять что-то в нем проворонила. Виталий и в этом плане изменился. Я ничего не имела против его намерения что-то написать и опубликовать. Наоборот, замечательно. Он человек талантливый, известный в своей области, физику обожает и преподает замечательно. Кому как не ему такой проект поднять. Я нисколько в нем не сомневалась. И то, что Виталий предложил осуществить свой замысел в «Атлантиде», вполне логично. Там его знают. Пусть даже в качестве моего мужа, но он ведь со всей верхушкой знаком. Естественно, он предпочел пойти к ним, а не к каким-нибудь посторонним. Но почему мне-то ни словом не обмолвился? В какое положение он меня поставил? Я сегодня чуть со стыда не сгорела! И еще неприятнее, что Виталий явно попросил Феликса ничего мне не говорить. Тот ляпнул лишнее, а как потом юлил! Даже от одного воспоминания мне стало противно. Я живо вообразила, как в «Атлантиде» все это обсуждали. Мол, вот вам и идеальная семья. Мужик-то тихоня тихоней, а в свою сторону одеяло тянет. Может, вопрос в деньгах? Виталию для чего-нибудь потребовалась крупная сумма, а одалживаться у меня не захотел? Но для чего? Наши траты мне вроде были известны. Большую часть своих заработков Виталий по-прежнему отдавал первой жене и сыну, а жить мы продолжали в основном на мои гонорары. Каких-то кардинальных приобретений на ближайшее время у нас вроде бы не планировалось. Может, кольцо к свадьбе? Оно было дорогим, и Виталий купил его сам…

Мне сделалось очень стыдно. Как я могла! Деньги Виталию понадобились на меня. Ему было неловко делать мне предложение без кольца, а обычных заработков не хватало. Вот он и проделал все тайком. Какое счастье, что Виталия еще нет дома, и я с порога, в запале, не наговорила ему кучу гадостей. Человек для меня старался, а я, не разобравшись, облила бы его грязью. Нет, я вообще по этому поводу ничего ему не скажу. Когда захочет, скажет сам. Полагаю, он дожидается выхода первой книги, чтоб сделать мне сюрприз.

С другой стороны, Феликс-то наверняка сообщит ему, что проговорился. Мог и уже сообщить. Позвонил Виталию на мобильный. Если так, а я стану прикидываться, будто ничего не знаю, выйдет еще хуже. Значит, придется сказать. Ну и ладно. Мне вдруг стало легко. Объявлю ему, что узнала и очень за него рада.

Успокоившись на этот счет, я расстроилась по другому поводу. Почему этот Игорь так на меня действует? Стоит ему появиться, и я, полностью потеряв голову, начинаю творить глупости. Ну просто гипнотическое воздействие. Что со мной происходит? Почему я фактически поддержала издевательства постороннего незнакомого человека над моим мужем? Как он вообще посмел? Какое его дело? И что ему вообще от меня надо?

Никакой лишней прибыли от более тесного знакомства со мной ему ведь не светит. Значит, я все-таки интересую его как женщина. Тут я вспомнила, что этот нахал мне посоветовал в первую очередь разобраться в себе. Иными словами, решил, что я в него влюблена, но мучаюсь из-за наличия мужа. Самого Игоря, видимо, наличие у меня мужа совершенно не смущает. С другой стороны, известие о моей свадьбе его не обрадовало. Однако и после этого у него явно не возникло сомнений в моем к нему расположении. Это что же выходит? На роже у меня написано, что он мне по ночам снится?

Щеки мои пылали. Хорошо еще, что я одна, и никто меня не видит! Нет, эту историю надо как-то завершать. Иначе добром не кончится. Если Виталий узнает… Мне даже страшно было вообразить последствия. Что я делаю? У меня муж, который так обо мне заботится. Из кожи вон ради меня лезет. Что мне еще нужно от жизни? Что за характер у меня дурацкий! Ну почему, когда у меня наконец по всем направлениям все наладилось, меня немедленно потянуло в опасную авантюру? Кто он такой, этот Игорь? Свалился как снег на голову и хочет испортить все, ради чего я так старалась! Из-за него я последний месяц даже писать не могу. А вдруг вообще больше не смогу? Вдруг я «исписалась»?

Из жара меня резко бросило в холод. Если я исписалась, это конец! Я ведь больше ничего не умею. Не идти же опять лаборанткой на кафедру. Я живо вообразила себе ехидную физиономию Эммы Никифоровны. Это будет часом ее торжества. В моих ушах почти наяву зазвучал голос матери: «Процветание не вечно!» С другой стороны, я уже написала столько, сколько иные классики сделали за всю жизнь. Неудивительно, что у меня кризис жанра. Да. Но я-то не классик. Их будут издавать и издавать, а меня, если я перестану делать хотя бы по новой книге в полгода, тут же забудут. И старое переиздавать перестанут. Свято место пусто не бывает. Кумиры меняются быстро. Сошел с дистанции – с глаз долой, из сердца вон. Заклюют, затопчут, забудут. А я уже не могу по-другому. Вот сейчас возьму себя в руки, сяду и напишу следующую главу. Назло всем!

Виталия все еще не было. Я включила компьютер. Экран укоряюще мерцал, но я не могла придумать ни фразы. Перечитала главу, на которой застопорилась. Не помогло. Разрыдавшись, я упала на кровать и уткнулась лицом в подушку.

Там меня и нашел вернувшийся наконец муж.