Патриция Хилсбург - Изгнание из Эдема. Книга 2

— Хорошо бы! Тогда бы я смог что-то доказать своей матери. А то она не верит в то, что можно жить не по ее законам.

— Слушай, Деннис, мы обязательно выиграем в этой гонке и о нас будут говорить все.

— Послушай, Роберт, может быть выпьем еще? У меня ведь есть в чемодане еще виски.

— Выпьем еще? А почему бы и нет? Ведь у нас такой хороший вечер, мы так хорошо с тобой говорим. Давай!

Деннис потянулся к своему чемодану, открыл его и вытащил граненую бутылку виски.

— Смотри, это хороший напиток. Я берег его для очень торжественного случая, я думал, что мы разопьем ее после того, как я пролечу под мостом. Но чертовы туристы! Понимаешь, Роберт, я бы конечно, мог пролететь! Мог! Но тогда кто-то из этих туристов мог погибнуть. Понимаешь? Я вписывался в пролет, я это видел. Я шел абсолютно точно, шел, как стрела идет к центру мишени… Но когда я увидел этих людей, их яркие панамки, мне даже стало дурно. Я своей жизнью рисковать не боюсь. Но вот чужие жизни… Понимаешь, для меня это очень страшно, когда от меня зависят другие люди.

— Я понимаю, понимаю тебя, Деннис, успокойся. На, возьми, я налил тебе почти полный стакан.

— Спасибо, Роберт!

Деннис поднес стакан к губам и выпил его почти до половины.

— Ух, чертовски крепкий напиток! Но и мы с тобой, Роберт, не слабаки!

— Конечно, Деннис. Смотри, я сейчас выпью целый стакан.

— Ну-ну, попробуй!

— Смотри!

Роберт поднял стакан, запрокинул голову и буквально влил себе в рот стакан виски.

— Да, я бы так не смог. Это потруднее, чем пролететь под пролетом моста…

— Дай-ка мне бутылку, — сказал Деннис, потянувшись рукой.

Роберт неохотно передал ему бутылку. Деннис наполнил стакан до краев, поднес стакан ко рту и не отрываясь выпил.

— Видишь, Роберт, видишь? И я кое-чего стою в этой жизни.

— Деннис, я в этом и не сомневался. Мы с тобой молодцы. Мы с тобой классные парни! И мы еще такого наворотим, что все изумятся!

— Обязательно наворотим!

— Послушай, а у нас нет еще одной бутылки?

Роберт почему-то пощупал свои карманы.

— Знаешь, по-моему третьей бутылки у нас нет. А у тебя в чемодане нету?

Деннис вывернул содержимое чемодана на пол.

— Здесь вот дипломы, черт бы их побрал, — разгребая содержимое ногой, бурчал он, — вот мой комбинезон, шлем, что здесь еще интересного? А-а… Вот мои документы… Но, видишь, бутылки нет…

— Плохо. Может сядем и отскочим к бару?

— Пожалуй, можно и сесть. Только знаешь, Роберт, я и встать не могу, не то что сесть.

— Я тебя подниму. Давай руку.

Роберт протянул Деннису свою руку. Но, когда он попытался поднять Денниса, то они вместе рухнули на тахту.

Мужчины захохотали и обнялись.

— Ну мы и напились с тобой!

— Да ну, мы с тобой совершенно трезвые. Мы можем хоть сейчас полететь под арку моста.

— Под арку моста? Это замечательная идея. Только ночью ничего не удастся снять. Да и камеру ты разбил.

— Да ну ее к черту, эту камеру! Полетим вслепую. Там же есть какие-нибудь фонари, да и звезды на небе есть. Так что, я думаю, мы сможем прорваться.

— Конечно, конечно сможем! А знаешь, Денни, где-то у меня там, в гараже, есть еще бутылка вина. Правда, она начата, но для нас сойдет…

— Почему ты так поздно о ней вспомнил? Пойдем и найдем ее!

Мужчины, пошатываясь, направились к гаражу. Они цеплялись за все, что попадалось на пути, опрокинули верстак… Но, когда подошли к пульту, Роберт как бы отрезвел и предупредил:

— Деннис! Здесь, пожалуйста, осторожнее, здесь бутылки нет. Не подходи к машине…

— А я уже, и так, честно говоря, еле хожу. По-моему, меня уже не держат ноги…

Глава 7

— Тягостные раздумья Сильвии Бертран о своей жизни. — Недолгие сборы для похода в казино. — Целый вечер неудач. — Попытка вернуться в прошлое. — Простой бар «Утконос» и незнакомые молодые люди. — Встреча с Гарольдом через семь лет. — Холодная вода снимает опьянение. — Медленный танец в центре зала. — Ночной Сидней за стеклами шикарного автомобиля. — Как всегда, остановиться негде. — Птичка дрон и мелкие зверюшки. — За пятьдесят долларов не очень-то и разгуляешься.

Сильвия решительно не могла найти себе места в этот день. За что бы она ни бралась, все валилось из рук. Ее страшно угнетала неудача Денниса. До самого вечера Сильвия бесцельно бродила по улицам. Она не понимала, куда идет: останавливалась перед витринами, разглядывая в них свое отражение, иногда заходила в магазин, чтобы купить совершенно не нужную безделушку…

Наконец, настал прозрачный, теплый вечер… Не смотря на жару, в Сиднее было свежо. Ветер дул с океана и приносил пропахший солью воздух.

Сильвия дошла до дома, но заходить в квартиру ей не хотелось. Она уселась на скамейку, стоящую у входа, и закурила. Ей казалось, что сигарета тлеет слишком быстро. Она затягивалась дымом и смотрела, как он исчезает, поднимаясь к ночному небу.

«Я решительная идиотка, — подумала Сильвия, — разве можно такое делать — пробовать встрять между двух мужчин, между двух друзей? А Роберт и Деннис — друзья. А я ведь знаю их только пару дней. Я же видела, что они начинают ссориться из-за меня, к чему мне все это? Что, мне негде работать? Что, их гараж — это единственное спасение для меня? Работала же я раньше и без них…»

На небе горели крупные звезды, ветер шелестел листьями огромного эвкалипта, росшего прямо перед окнами… Сильвия докурила сигарету и, тяжело вздохнув, поднялась на крыльцо. Квартира Сильвии была расположена в старом, еще прошлого столетия, доме. Конечно, девушка могла снять и более просторную квартиру, но ей всегда нравилось жить в самом центре города, а тут она могла себе позволить только небольшую мансарду.

Девушка отперла дверь и вошла в свою квартиру. Вся квартира представляла собой одно большое помещение — это была одновременно и кухня, и столовая, и спальня.

Сильвия недовольно скривилась. Она уже начинала ненавидеть саму себя: как всегда немытая посуда горкой лежала в раковине, на столе лежал неубранный хлеб и стояла недопитая бутылка вина, на спинках кресел и даже на столе валялись ее вещи. Девушка решительно собрала одежду и, не складывая ее, забросила в шкаф… Тишина казалась невыносимой. Сильвия подошла к телевизору и включила его. Шел информационный выпуск. Диктор рассказывал о войне. Сообщение о чужих смертях и бедствиях никак не могло успокоить Сильвию, и она зло выключила аппарат.

Ей вновь захотелось курить. «Э, нет, дорогая, — сказала она себе, — научись не поддаваться первому порыву, учись сдерживать себя!» Сильвия села за стол и налила себе из термоса горячий чай. Напиток слегка успокоил ее — главное, что было чем заняться. Она медленно, глоток за глотком, отпивала из чашки…