Наоми Хортон - Экзамен любви

Конн снова глубоко вздохнул. Ему нужна женщина. Почти восемнадцать месяцев без секса доконали его.

«Оливия, — почему-то разочарованно подумал он. — После возвращения в Сиэтл надо будет ей позвонить».

Энди наблюдала за ним, слегка сдвинув свои очаровательные брови. Она пыталась заглянуть Конну прямо в глаза, словно хотела сказать что-то, но никак не решалась.

И Конн понял ее. Если он не возьмет себя в руки, то останется без помощника и без лучшего друга.

— Сделаем вид, что уже ночь, — тихо сказал он. — Бек никуда не денется. И отчет Чарнеки можно обсудить утром.

Энди кивнула, засунув руки в карманы халата. Она так хотела предложить ему попить еще чаю, но искушение было слишком велико. В Сиэтле, в офисе, работа помогала Энди держать себя в руках. Но здесь... Лунный свет, одиночество, огонь в камине... Весь мир словно договорился подразнить ее сегодня. Заставить желать невозможного.

Энди проводила Конна до дверей.

— Ты никогда не мог допить свой чай.

— Все равно, запиши на мой счет. — Конн ухмыльнулся, прислонился широким плечом к дверному косяку, как будто отрезая себе путь к отступлению. — Знаешь, — осторожно произнес он, как-то загадочно посмотрев на нее, — мы могли бы... вспомнить юность...

— По-моему, ты опять пристаешь ко мне, Коннор Девлин. — Энди, рассмеявшись, прислонилась к стене.

— Ну... — он широко улыбнулся, — пожалуй.

Энди снова рассмеялась. Какое-то мгновение ей безумно хотелось согласиться, просто чтобы проследить за его реакцией. Вместо этого она наклонилась к нему и потянула за свитер.

— Поцелуй меня, идиот, а потом прими холодный душ и ложись спать.

— С удовольствием, мэм. — Конн обнял ее теплой сильной рукой за шею и прижался ртом к ее губам куда сильнее, чем она ожидала.

Энди рассчитывала на обычный дружеский поцелуй перед сном, но она ошиблась. Конн целовал ее медленно и глубоко, наслаждаясь каждой чудесной секундой.

Через минуту Энди тихо вскрикнула и оттолкнула его. Ее рука все еще лежала на груди Конна, глаза изумленно расширились. Казалось, она не совсем отдает себе отчет в происходящем.

— Что это было? — едва дыша, спросила она.

— Понятия не имею, — усмехнулся Конн и погладил ее шелковистые волосы. Провел рукой по шее, наслаждаясь мягкостью кожи. — Можно повторить эксперимент и разобраться получше.

— Нет. — Энди глубоко вздохнула, отступила назад и покачала головой. — Это неудачная мысль.

Конн неожиданно подумал, что если бы он всерьез захотел, то мог бы затащить Энди в постель. Он внимательно смотрел на нее сверху вниз, борясь с нахлынувшим желанием.

Только вот завтра утром придется объяснять ей, что произошло. А еще хуже — придется объяснять это самому себе.

Их отношения слишком сильно изменились бы, а меньше всего на свете Конн хотел отказаться от дружбы с Энди.

— Боюсь, ты снова права, — тихо проговорил он, наклонился и слегка коснулся губами ее лица. — У нас прекрасные отношения, правда? Было бы непростительной слабостью сводить их до уровня секса, пускай даже великолепного секса.

Конн снова взглянул на нее, втайне надеясь, что Энди рассмеется и ответит что-нибудь вроде «Да здравствует великолепный секс!» или «Пошли в постель, парень. Философствовать будем с утра!».

Мало того, казалось, Энди и в самом деле колеблется. Ее губы были полуоткрыты, она словно не могла отвести от него взгляд. Так они и стояли, затаив дыхание, не в силах вымолвить ни слова, и время перестало для них существовать. Потом Конн вдруг протянул к ней руку, но Энди отступила назад, чуть улыбнулась и весело взглянула на него.

— Да, Коннор. Слишком трудно переступить через дружбу.

Конн с улыбкой кивнул, откинул с ее лба непослушную шелковистую темную прядь.

— С другой стороны, людям свойственно ошибаться...

Энди задумалась, потом с печальной улыбкой вскинула глаза.

— Но мы не ошиблись. Хотя ты очень хорош в постели.

— Вот уж не знаю. Я так давно не занимался любовью, что даже пробовать страшно. — Он горько ухмыльнулся.

— По-моему, тебе нечего бояться, — пробормотала она, едва заметно улыбаясь. Мягко подтолкнула Конна к дверям. — Спокойной ночи, Коннор. И приятных снов.

— Если вдруг не сможешь заснуть, загляни ко мне. — Снова ухмыльнувшись, Конн многозначительно подмигнул ей. Повернулся и аккуратно прикрыл за собой дверь. Он ушел ради нее, не ради себя. Медленно подошел к кровати, прекрасно понимая, что не уснет до утра...

К собственному удивлению, Конн почти сразу уснул. В жизни не видел таких красочных снов.

С утра, глядя на яркий экран портативного компьютера, Конн улыбался собственным мыслям. Знай Энди, что они вытворяли в его снах этой ночью, она бы замуровала вход в его комнату. Или схватила бы со стола тяжелый серебряный нож для разрезания бумаги и отрезала некоторые очень важные с медицинской точки зрения части его тела.

Конн повел плечами, откинулся на спинку стула и загрузил в компьютер новую программу. Сегодня выдалось свободное утро: позвонил Бек и сообщил, что он с двумя главными консультантами срочно вылетает в Сиэтл. Необходимо уточнить кое-какие детали. Вряд ли они вернутся до вечера.

«Значит, дело близится к развязке», — удовлетворенно подумал Конн. Что ж, он будет только рад. Конн ненавидел бесконечные переговоры, выработку общих планов, обсуждения контрактов, торговлю по мелочам. Он всегда хотел делать дело, а не болтать. Все эти изысканные дипломатические игры никогда не заменят чистой радости эксперимента. Радости, с которой Конн наблюдал за работой своих инженеров. Радости от создания нового образца, от запуска этого образца в серийное производство.

Слава Богу, Энди прекрасно понимала его. За девять лет их совместной работы Энди приучилась брать на себя всю текучку, и Конн целиком погружался в мир инженерных проектов и решений.

Если он потеряет ее...

Он слегка прищурился. Может, все-таки имеет смысл звякнуть сегодня Дерошеру. С простым дружеским советом — оставить Энди в покое. Если Энди узнает, она, конечно, убьет его, но игра стоит свеч. Энди не любит Дерошера. Она и не сможет его полюбить. Да он вообще ей не пара. Слишком старый, слишком нудный, слишком... Не подходит, и все тут!

А Марк Бек? Тем более.

В том-то и беда. Да ни один мужчина не стоит Энди. Энди нужен человек, способный в полной мере оценить ее личность. Человек, умеющий рассмешить одним взглядом. Человек, знающий, что ее любимые цветы — львиный зев, а любимый фильм — «Касабланка». Человек, умеющий правильно массировать ей спину, знающий, сколько добавить текилы в ее любимый коктейль. Человек, готовый часами таскаться за ней по затхлым букинистическим лавкам в поисках томиков романтической поэзии, которую она обожала.