Люсинда Эдмондз - Зачарованная

Себастиан? Известно, что квартира его тетушки недостаточно велика, чтобы вместить еще и кошек с их хозяйкой. Так что и этот вариант отпадает.

И чем дольше сидела Мадди на сырой скамейке и думала о своей несчастной жизни, тем холоднее ей становилось, и тем сильнее охватывало ее чувство отчаяния. Похоже, не оставалось другой перспективы для всех четверых, кроме как взять и замерзнуть прямо тут насмерть.

– Вот тогда папа пожалеет! – всхлипнув, мстительно пробормотала девушка. Мысль о том, чтобы униженно вернуться и быть разлученной со своими любимцами, казалась просто нестерпимой. Но Мадди почти уже не чувствовала своих рук. Шехерезада старалась распушить свой мех, чтобы согреться. Становилось совершенно ясно, что Иветта победила.

– А! Вот ты где!

Голос за спиной вывел Мадди из задумчивости. Она оглянулась и увидела Глэдис, экономку Иветты, которая стояла у нее за спиной, дружелюбно улыбаясь.

– Я слышала весь этот переполох из-за твоих котят.

Мадди пожала плечами.

– Я не собираюсь возвращаться до тех пор, пока Шехерезаде не позволят вернуться вместе со мной.

– Знаешь, – успокаивая ее, сказала Глэдис, – я только что заходила к соседям повидаться с подругой. Думаю, мы сможем найти приют для твоих крошек хотя бы на некоторое время.

– А кто эта подруга? – Мадди почувствовала, что говорит, словно капризный ребенок, но ничего не могла с собой поделать.

– Она служит в одной арабской семье. Они живут вон там. – Глэдис указала на большой белый дом по соседству с домом Иветты. – Моя подруга любит животных, а дом у арабов большой, так что твои кошки смело смогут жить внизу, в комнате для прислуги, в полном довольстве. А за домом есть большой сад.

– А владельцы не будут против?

– Да там и живет сейчас только один молодой человек, а он вообще редко внизу появляется. Может, это и не выход, но пока это лучшее, что я могу тебе предложить. Бриджит, моя подруга, говорит, что ты сможешь навещать своих любимцев, когда захочешь. Пойдем, тебе нужно выпить чего-нибудь горячего, да и котята, по-моему, голодные и нуждаются в тепле.

Последнее замечание Глэдис окончательно убедило Мадди, и все-таки по инерции она еще упрямилась.

– О'кей, – не слишком любезно произнесла девушка, передернув плечами. – Но, если мне не понравится там, котята у нее не останутся.

Глэдис кивнула:

– Конечно.

Мадди проследовала за ней в соседний дом. Они подошли к двери, ведущей на первый этаж, и постучали. Им тотчас открыла высокая женщина средних лет.

– Привет, Бриджит. Это снова я, а это Мадди и ее бедные бездомные кошки.

Бриджит улыбнулась.

– Заходите, заходите.

Мадди прошла вслед за женщинами через коридор и большую, роскошно обставленную комнату, затем – в прекрасную современную кухню.

– Поставь туда свою корзину и давайте посмотрим на твоих малюток, – Бриджит указала на большой сосновый стол в центре кухни.

Когда Мадди открывала корзину, чтобы достать животных, внезапно дверь в кухню распахнулась, и вошел невысокий черноволосый человек.

– Бриджит, я все звоню, а вы не отвечаете, вот я и… – он остановился, увидев Мадди, и подошел к столу.

– Кто она? – властным тоном спросил вошедший, кивнув в сторону Мадди. Девушка увидела, что лицо Бриджит стало покрываться пунцовыми пятнами.

– Видите ли, сэр, ну… дело в том…

– А тут что, внутри? – не дожидаясь объяснений, молодой человек подошел к корзине и подозрительно посмотрел на нее.

Мадди, словно пытаясь защитить, схватила свою горькую ношу и проговорила:

– Это мои котята. Мы собирались уходить.

Лицо хозяина дома смягчилось.

– А-а, я люблю кошек. Можно на них взглянуть?

Мадди неохотно кивнула:

– О'кей.

Затем поставила корзину на стол и открыла крышку. Молодой человек, улыбаясь, заглянул внутрь и запустил туда руки.

– Ну-ка, ну-ка, вот… вот умница. Я тебя не обижу, – нежно приговаривая, он достал взъерошенную, расстроенную дневными неурядицами Шехерезаду и погладил ее.

– Ну, не красавица ли? Как ее зовут?

– Шехерезада.

К удивлению Мадди, ее киска начала мурлыкать, а внимание молодого человека тем временем привлекли два котенка, чьи обеспокоенные мордочки уже высовывались из временного убежища.

– А это, надо полагать, ее детишки? – спросил он, взглянув на Мадди.

– Да.

– Могу я поинтересоваться, что вы делали с ними на моей кухне?

– Видите ли, я только что переехала в дом по соседству, а моя мачеха…

– Очевидно, для объяснений потребуется некоторое время, – сказал хозяин, опустил Шехерезаду на стол и взял в руки котят.

– Бриджит, приготовьте нам, пожалуйста, чаю и чего-нибудь поесть и принесите все это наверх в гостиную, пожалуйста. Ах, да, и найдите какой-нибудь еды для этой троицы. Они, похоже, крепко проголодались.

Он положил котят в корзину и повернулся к своей гостье, жестом указывая ей, куда идти.

– Сюда, пожалуйста.

Мадди оглянулась на Глэдис, которая все это время держалась у выхода, та кивнула и дала понять жестом, что сейчас уходит.

Девушка решила, что она, по крайней мере, сможет объяснить молодому человеку, что привело ее сюда, в его дом. Пожав плечами, она вышла из кухни и поднялась вслед за ним по лестнице. Просторный холл наверху был таким роскошным, что даже убранство дома Иветты по сравнению с ним казалось бедным. На стенах висели большие дорогие картины.

– Не обращайте внимания на мой музей. Пойдемте наверх, в гостиную. – Молодой араб продолжал свой путь по роскошной лестнице, откуда они с Мадди прошли в длинный коридор. Там, на столиках, стоящих вдоль стен, Мадди увидела огромное количество еще более дорогих сокровищ и ювелирных украшений, ваз и других предметов, благодаря которым казалось, что они действительно идут по музейным залам.

– Присаживайтесь у камина. Вы, кажется, замерзли. – Молодой человек закрыл дверь, а Мадди в это время изумленно озиралась по сторонам, пораженная убранством комнаты. Большие окна были задрапированы алой материей с красивыми золотыми узорами, гармонировавшими с накидками на диванах и креслах. В богато украшенном витиеватой резьбой камине ярко горел огонь, а тяжелые китайские светильники с абажурами бледного цвета лили мягкий рассеянный свет. Вся обстановка создавала ощущение роскоши и уюта.

– Итак, – произнес молодой человек, усаживаясь в кресло напротив Мадди, – прежде всего, позвольте представиться. Меня зовут Хассан Калиль. А вас?

– Мадлен Винсент, но все зовут меня просто Мадди, – она наклонилась ближе к камину и протянула к огню замерзшие руки.