Эми Лорин - Ночной Охотник

– Я познакомился с ним в «Тэксэс Эй энд Эм», – сказал Морган, устремив куда-то взгляд сквозь дым, поднимавшийся от сигареты, зажатой в пальцах. – Я думаю, мы сошлись потому, что никто из нас не интересовался спортом. – Он усмехнулся.

– По крайней мере, в качестве спортсменов.

– Вот уж никогда бы не подумала, – произнесла Кортни, восхищенно посмотрев на загорелое мускулистое тело Моргана.

Морган негромко засмеялся:

– Ну, не совсем так. Мы, конечно, интересовались, просто на спорт у нас не хватало времени. У обоих был до того жесткий график, что той нагрузки и слон не выдержал бы. – Он затушил сигарету и откинулся назад. – Мы, как и все на нашем курсе, целыми днями торчали в аудиториях. Однажды после одной особенно скучной лекции мы зашли в бар, который находился в студенческом городке. – Улыбка тронула уголки его губ, и он замолчал.

– Морган! – вмешалась Саманта. – Что произошло после?

– Мы оба нализались, – ответил Морган, смеясь. – И скрепили нашу начавшуюся дружбу изрядной дозой «Джека Дэниэлса». Без долгих разговоров мы поняли, что у нас много общего, помимо занятий, и главное, это – земля.

То, что сказал Морган, не было новостью для Саманты. Удивленно взглянула на него Кортни, которая была не в курсе деловых интересов Моргана.

– Я прежде всего скотовод, Кортни, – ответил Морган на ее немой вопрос. – Я всегда им был. Тогда я узнал, что Рио занимается разведением лошадей. Он так же, как и я, изматывал себя учебой, чтобы побыстрей получить образование. – Улыбка тронула его губы от навеянных воспоминаний. – Можно сказать, что сблизила нас тоска по земле.

– Но как насчет прозвища Ночной Охотник? – спросила Саманта.

– Заткнись, дорогая, – мягко скомандовал Морган. – Раз уж ты вызвала меня на откровенность, то дай мне договорить.

Кортни впитывала каждое его слово. Снедаемая любопытством, она с трудом пережидала паузы, пока Морган закуривал очередную сигарету. Наконец Морган продолжил:

– Его отец, Патрик Маккорд…

– Патрик Маккорд! – воскликнула Саманта, привстав. – Тот самый Патрик Маккорд?

– Да, тот самый, – подтвердил Морган, удовлетворенно усмехнувшись при виде изумления жены.

– Я что-то не поняла, – вмешалась в разговор Кортни, посмотрев на Моргана и Саманту. – Кто такой Патрик Маккорд?

Произнеся это имя, Кортни вспомнила медальон, висевший на груди Рио, и то, как Рио засмеялся, рассказывая ей, что это подарок отца, очень суеверного ирландца.

– Извини, Кортни, – сказала Саманта. – Конечно, ты не в курсе. Имя Патрик Маккорд, можно сказать, синоним слову «нефть» в Техасе.

– А также во многих других местах, – вставил Морган. – Его также называют Огненным Ирландцем.

Отец Рио? Кортни в недоумении улыбнулась, пытаясь соотнести слово «огненный» со спокойным, выдержанным характером Рио.

Кортни воскликнула:

– Рио совсем не похож на ирландца!

– Да, это так, – засмеялся Морган. – Характером он скорее пошел в своих предков конкистадоров.

– Его мать испанка?

– Да, в ее жилах текла испанская кровь. – Губы Моргана сложились в ухмылку. – Когда она сбежала с Патриком, родные объявили ее умершей. Она не общалась с ними до самой смерти, которая оборвала ее жизнь шесть или семь лет назад. Патрик обожал ее, так же, как и Рио.

В наступившей тишине Кортни задумалась о том, какой была эта женщина, женщина, которую обожал Рио. Она пришла к выводу, что Луз была небесное создание. Голос Моргана вывел ее из раздумий.

– Луз была красавица, – улыбнувшись, сказал Морган. – Я познакомился с ней на выпускном вечере. У нее была нежная кожа и черные выразительные глаза, мягкий и ласковый голос. Но Патрик со всеми своими миллионами не мог спасти жену. – Морган вздохнул. – После похорон он ударился в двухнедельный разгул. Рио в конце концов вытащил отца, пьяного и рыдающего, из борделя в одном маленьком пыльном городишке на границе штата. – Морган печально улыбнулся. – Самое страшное было то, что, по словам одной из девиц, Патрик так ни с кем и не переспал, зато, не умолкая, всем рассказывал о Луз.

Кортни с болью в сердце подумала о том, как печально, что человек, который мог нанять для Луз дорогих специалистов, платил деньги проституткам за то, чтобы они слушали его рассказы о жене, в которых он изливал свою скорбь.

Неожиданно Кортни кольнула мысль о том, что Рио, хоть и не пошел внешне в отца, возможно, унаследовал его характер. Разница заключалась лишь в способе выражения чувств. Кортни была уверена, что Рио страдал бы от потери любимого человека так же сильно, как и отец, только Рио сделал бы это молча и с достоинством. Морган подтвердил ее предположение, продолжив свой рассказ:

– Это было ужасное время для Рио и Патрика. Я никогда не забуду, как был потрясен, когда увидел Рио на похоронах. Он состарился лет на десять. – Помолчав, Морган добавил: – Конечно, это было связано не только со смертью матери. Сказалось и то, чем он занимался, за что он получил свое прозвище.

– Ночной Охотник, – произнесла Саманта.

– Да, – подтвердил Морган, доставая сигарету.

– Хорошо, ради Бога, продолжай! – Саманта произнесла то, что было готово сорваться с губ Кортни.

– Я очень мало об этом знаю. – Увидев в глазах женщин сомнения в правдивости своих слов, Морган искренне произнес: – Я, честное слово, не знаю.

– Морган!

– Саманта, я могу только сказать, что Рио поступил на службу в одну частную фирму для выполнения секретных поручений.

– Частная фирма, секретные поручения? Я не пони…

– Это значит, – мягко прервала кузину Кортни, – что Рио зарабатывал большие деньги, оказывая помощь тем, у кого были неприятности в некоторых странах, или, – улыбнулась Кортни, – создавал сам неприятности в зависимости от того, чего хотели его наниматели. Верно?

– Примерно, – нехотя согласился Морган. – Компаньоны окрестили его Ночным Охотником.

Ночной Охотник. Кортни, мысленно прокрутив это прозвище, вспомнила, как Рио ночью ворвался в лачугу. Да, оно подходит ему…

Нет! Это не связано с работой по ночам. Но что же надо было сделать, чтобы заслужить такое мрачное прозвище? Она подозревала, что охотник выходит на охоту, не раздумывая о моральной стороне дела.

– Конечно, изготовление и пошив модной женской одежды кому-то может показаться скучным и несерьезным, – произнесла Кортни.

– Скучным и несерьезным. Кортни! – воскликнула Саманта. – Что ты сравниваешь! Может, ты хочешь стать Джеймсом Бондом в женском обличье?

Морган громко рассмеялся. Саманта, не обращая внимания, продолжала:

– Нет, ты не права. И не хмурься, – сказала она, заметив реакцию Кортни. – Ты прекрасный дизайнер!