Линдсей Баффин - Тайная женитьба

— Я проголодалась еще два часа назад, — устало отозвалась она. — Я уже умираю от голода.

— Прости. Я не предполагал, что это займет столько времени.

Дэвид выглядел довольно утомленным. Не желая казаться неблагодарной, Джанет тронула его за руку.

— Громадное спасибо, Дэвид. Если бы не ты, я уехала бы из первого же магазина на спортивном автомобиле.

В ее голосе прозвучала неприкрытая грусть, и Дэвид на секунду сжал ее ладонь.

— Придет время и для спортивных автомобилей. Наберись терпения.

— Вероятно, ты прав. — Она откинулась на спинку сиденья. — Куда мы едем?

— Уже поздно, и ты устала. Я думаю, нам лучше выбрать местечко поспокойнее. Здесь неподалеку есть один тихий ресторанчик с отличной кухней и удобными стульями. Там не бывает много народа.

— Хорошо, — пробормотала Джанет и устремила сонный взгляд на мелькавшие за окном здания.

Вскоре они свернули с шоссе и подкатили по темной дороге к дому, похожему на жилой.

Его высокие окна лучились золотистым светом, освещавшим маленькую автостоянку.

— Ну вот мы и на месте, — сообщил Дэвид и, припарковавшись рядом с единственной на стоянке машиной, заглушил мотор.

Пока он обходил капот, Джанет проворно выпрыгнула из автомобиля, забыв, что Дэвид предпочитает открывать ей дверцу. К такому обращению она не привыкла. В своей преимущественно мужской семье, где с ней никто не считался, Джанет привыкла самостоятельно бороться за собственное место под солнцем.

Даже Ральф не проявлял к ней столько внимания, хотя раньше она на эту тему не задумывалась. Он не только не открывал для нее двери, но и не стал бы обременять себя заботой о покупке наиболее подходящей для нее машины.

Джанет было приятно иметь рядом обходительного молодого мужчину, который обо всем заботился и баловал ее. Она не видела в этом ничего дурного. Каждая женщина должна время от времени получать свою долю внимания.

Но тот факт, что она во всем полагалась на Дэвида, не означал, что Джанет была готова поступиться и своей независимостью. Просто он хороший друг. И все.

Эта мысль угнетала Джанет, но она постаралась ее прогнать, когда вместе с Дэвидом вошла в ресторан.

Местечко и вправду оказалось спокойным.

В углу у окна сидела только одна парочка, занятая тихой беседой. Джанет с облегчением опустилась на стул, готовая уничтожить целого быка, если его подадут:

За ужином Дэвид развлекал ее рассказами о машинах, которые сменил за свою жизнь. По пути домой Джанет вздремнула и с трудом разлепила глаза, когда «кадиллак» остановился у дома. Пошатываясь, Джанет доковыляла до лифта, а оттуда до своей квартиры, благодарная Дэвиду за то, что он поддерживал ее под локоть, иначе даже столь короткий путь не преодолела бы.

— Спасибо огромное, Дэвид, за помощь с покупкой машины, — поблагодарила она и, поборов зевок, слабо улыбнулась. — Я не приглашаю тебя, потому что жутко устала. Не знаю, что со мной такое. Обычно я могу бодрствовать ночь напролет.

— Обкрадывать свой сон вредно. — Дэвид нахмурился. — Неудивительно, что ты выглядишь вконец измотанной. Завтра я договорюсь с врачом, чтобы посмотрел тебя. Возможно, тебе нужны витамины Не забывай, что теперь ты должна заботиться не только о себе. — Он наклонился и торопливо поцеловал ее в щеку. — Спокойной ночи. Я сообщу, когда тебе назначат прием. А завтра вечером мы заберем твою машину.

Попрощавшись с Дэвидом, Джанет скрылась за дверью. Она особенно не вникала в смысл того, что сказал Дэвид после упоминания о необходимости заботиться не только о себе. Его слова глубоко ее тронули До сих пор ребенок представлялся ей нереальным. Она видела в нем лишь крохотное, беспомощное существо, требующее больше внимания, чем она могла дать.

Дэвид был прав. В ней растет настоящий живой человечек. В будущем у него будет работа, семья и своя судьба. Она несла в себе не только одну жизнь, но и жизни тех людей, которые родятся у ее ребенка. Джанет почувствовала невероятную ответственность.

Чрезмерное утомление повлекло за собой перевозбуждение, и она лежала на кровати без сна, уставившись на тени, отбрасываемые светом, проникающим в окно с улицы. Джанет попыталась представить, каким вырастет ее малыш.

Будет ли это мальчик с беспокойным духом Ральфа, его любовью к свободе и неспособностью вести оседлый образ жизни? Или девочка, которой передастся ее, Джанет, любовь к животным и мечты о наполненной событиями жизни и бесконечной любви?

Но кем бы ни стал ее младенец, он будет самостоятельным человеком, соединившим в себе черты ее и Ральфа. Интересно, гадала Джанет, Ральф вспоминает обо мне и о нашем будущем малыше? Сожалеет ли о том, что бросил меня одну?

Джанет ожидала прилива знакомой боли, обдававшей ее всякий раз, когда она представляла лицо Ральфа, но, к ее удивлению, ничего не почувствовала, хотя печаль и сожаление в ее душе оставались. В конце концов она любила его до самозабвения. А может, она заблуждалась и принимала желаемое за действительное, поклоняясь романтическому ореолу, браваде и силе, исходившей от Ральфа, когда он сидел на спине разъяренного быка.

Как это сказал Дэвид? Нет такого понятия, как любовь с первого взгляда. Возможно, он прав.

Может, она вовсе и не любила Ральфа, во всяком случае, той любовью, которая в состоянии выдержать испытание временем.

Какие бы чувства Джанет ни испытывала к Ральфу, они как-то поблекли в суете последних дней, связанных с ее переездом и обустройством на новом месте. Она выздоравливала от своей любви, и эта мысль принесла Джанет успокоение, Но оно сменилось вскоре новым беспокойством при воспоминании о бесстрастном поцелуе в щеку, которым наградил ее Дэвид при расставании, не имевшем ничего общего со страстными объятиями на пороге ее квартиры. Вероятно, ничего такого в будущем не повторится.

Плохо. Целоваться с Дэвидом ей понравилось.

Ну и черт с ним! Черт с ними со всеми!

7

Утром следующего дня Джанет проснулась поздно. Она чувствовала не свойственное ей раздражение, которое только усугубил звонок Дэвида. Дэвид сообщил, что записал ее на прием к врачу на завтра. Джанет отметила, что он тщательно подбирает слова, и предположила, что он беспокоится, не придала ли она их вчерашнему поцелую слишком большое значение.

Она хотела сказать ему, чтобы он не волновался, но передумала и только поблагодарила за заботу.

Повесив трубку, Джанет сообразила, что Дэвиду, вероятно, снова пришлось приложить определенные усилия, чтобы так быстро записать ее к врачу. Милый, добрый Дэвид. Милый, добрый, практичный, старательный Дэвид. Ей снова захотелось сделать нечто возмутительное, чтобы встряхнуть его хорошенько и вывести из привычного состояния благовоспитанной сдержанности.