Альберто Альварес - Роза Дюруа

Пабло заказал еще вина.

- Твои друзья правильно сделали, заставив меня плясать без штанов румбу. Но я не об этом...Когда мама увидела меня без штанов, она всплеснула руками и воскликнула: "Роке! Мы отстали от моды!" - и стала расстегивать юбку. Мы с отцом расхохотались. Я так благодарен ей за то, что она не стала меня отчитывать, убиваться по поводу того, какой непутевый у нее сын...

- Пабло, давай чаще видеться! - воскликнула Роза. Из-за выпитого вина у нее немного заплетался язык. Она потянулась через стол, свалив некоторой своей выпуклостью бутылки, обняла брата и расплакалась:

- Пабло, не покидай меня!

Прослезился и Пабло.

- Роза! Я так рад, что ты у меня есть!

На грохот упавших бутылок прибежал бармен.

- Что вы себе позволяете! - крикнул он.

- Пошел вон! - ответил Пабло.

- Тут люди отдыхают! Пьяным здесь не место!

- А зачем вином торгуешь!

- Поговори у меня! - набычился здоровяк бармен.

- Пабло! Двинь ему! А то я сама его прибью, как таракана! - закричала Роза.

Рука Пабло была уже в пути: не раздумывая, он нанес бармену хлесткий прямой в подбородок, отчего бармен под углом в сорок пять градусов поехал задом наперед к стойке, обрушившись на нее всей тяжестью своего, по-видимому, девяностокилограммового тела.

Все это видел тот самый друг Рикардо, который однажды уже лицезрел заварушку с Розой в таверне "Твой реванш".

- Ну и паскуда же эта жена моего друга Рикардо! - сказал он своей спутнице. - Помнишь, какой скандал она тогда учинила в "Твоем реванше"?..

Пабло, схватив Розу за руку, ретировался, бросив по пути крупную ассигнацию в обалденное лицо бармена.

Они долго бродили по парку. Дождь измочил их до нитки. Они сидели у пруда и бросали камешки в воду.

Казалось, им хотелось восполнить утрату времени, в котором они могли быть вместе.

- Пабло, я вдруг представила, какой ты был маленьким, - сказала Роза. - Я бы тебя так любила! Я бы тебя с рук не спускала! Я бы тебе такие кисели-атоле варила!

- Розита, сестренка моя родная! - тихо сказал Пабло, смахивая слезу. - А я бы зубы повышибал всем, кто тебя обижал!

- Значит, и себе тоже? - воскликнула Роза, вспомнив его приставания, когда они еще не ведали, что их связывает родство.

Пабло горько усмехнулся.

- Смерть мамы примирила нас...

Теперь Роза не сомневалась - она беременна.

Счастью ее не было предела. И все же она не решалась сказать об этом Рикардо. Матушка Томаса корила ее за это:

- Этот младенец, который появился в тебе, не одной тебе принадлежит.

- Вот пойду к врачу, проверюсь и тогда скажу ему.

- Кого бы ты хотела, Роза, мальчика или девочку? По мне бы, лучше мальчик.

- Что я, магазин младенцев?! - рассердилась Роза. - Кто родится, тот и родится. Только бы не лягушка.

- Бог мой! Так ведь пора подгузники, пеленки и бельишко готовить! Время быстро пролетит. Оглянуться не успеешь, как придется рожать!

- У Кандиды детского белья на несколько детских садов хватит.

Она рассказала о том, что беременна, Рикардо.

Он сдержанно улыбнулся, и это насторожило Розу.

- Ты не рад, что у нас будет ребенок?

- Роза, конечно, рад. И это известие тем более заставляет меня серьезно поговорить с тобой.

- Снова что-нибудь примнилось?

- Ты ни в чем не хочешь мне признаться?

- Что за манера общаться с родной женой! - вспылила Роза. - Если тебя грызут какие-то сомнения, выкладывай!

- Мне не нравится этот тон, Роза!

- Хорош разговор в тот момент, когда жена рассказывает мужу о том, что забеременела от него!

- Пойми меня, для того чтобы я мог радоваться сполна, я не должен то и дело подозревать тебя!

- Что еще?

- А то, что я постоянно слышу о тебе всякие...- Рикардо замолчал.

- Говори же! Выкладывай, если не трус! - топнула ногой что было сил Роза.

- Хорошо...- сказал, помолчав, Рикардо. - Помнишь тот инцидент...В таверне у Сорайды?

- Опять! - закатила глаза Роза.

- Да, опять, - повысил голос Рикардо. - Один мой друг видел тебя там, и его версия расходится с твоей.

- Значит, слова жены для тебя тьфу! - воскликнула, закипая, Роза. - А вот россказни какого-то твоего сомнительного друга, у которого нет денег на приличный ресторан, так что ему приходится таскаться по дешевым тавернам...

- Ты не имеешь права так отзываться о моих друзьях! - крикнул, побледнев, Рикардо. - Тем более что он видел тебя пьяную с другим кавалером в парке Чапультепек!

- Ты этого дружка своего специально приставил, чтобы он за мной шпионил? - спросила с усмешкой Роза.

- Роза, я с тобой серьезно разговариваю. Как с супругой Рикардо Линареса, а не как с "Дикаркой" из "затерянного города"!

- Ну-ну, давай, выкладывай! - язвительно сказала Роза.

- И этот мой друг видел, - чуть спокойнее сказал Рикардо, - как твой...воздыхатель затеял пьяную драку с барменом, а ты подзадоривала его!

- Не сказал ли тебе твой дружок...

- В отличии от тебя у меня нет дружков, у меня есть друзья! Это понятно?!

- Не сказал ли тебе этот твой друг, что моего воздыхателя зовут Пабло? И еще! Не напел ли тебе этот твой сраный друг...

- Как ты смеешь!..

- А как ты смеешь подозревать свою жену в измене! Если ты такой ревнивый, ступай к врачу! Говорят, ревность признак шизофрении!

- Однако в каком университете тебе удалось почерпнуть столь передовые знания?

- В книге "Психология женщины"!

- Так это про вас, женщин!

- Повторяю! Ревность это твоя проблема!

- Да, моя! Поэтому что я ответствен за тебя! И...за ребенка, который...является...моим.

Нерешительность, с которой Рикардо произнес конец фразы, взбесила Розу:

- Не твой он!

Рикардо побледнел.

- Ах так...

- Этот ребенок от тебя, но не твой он! А мой! Мой! Мой...

Роза теряла сознание, она понимала это и боялась упасть. Сделала несколько шагов в сторону двери и - рухнула на ковер.

Рикардо бросился к жене, поднял ее и понес в ее комнату.

Еле слышно Роза прошептала.

- Тебе не стыдно? - И, закрыв глаза, добавила: - Этот "воздыхатель" Пабло мой брат...

- Дева Гваделупе! Что с ней? - закричала Томаса, увидев Розу на руках у Рикардо.

- Проследите за тем, как она дышит, а я вызову машину "скорой помощи.

Глава 5

Верная Леопольдина в мельчайших подробностях пересказала Дульсине жаркую ссору Розы и Рикардо.

Ее излюбленным местом для фиксирования происходивших в кабинете бесед была вторая дверь, выходившая в полутемный коридорчик, который вел к туалету.

Она всегда узнавала вовремя отпрянуть и, метнувшись в туалет, тихо запереться там, да еще спустить для отвода глаз воду.