Тумановская Любовь - Allegro в четыре руки. Книга первая

В течение всего следующего дня я не переставала думать о письме Алексея. Мне стоило бы, конечно, удалить это письмо, однако я не решилась сделать это. Тем не менее, просматривать фотографии строго-настрого себе запретила.

Не прошло и двух дней, как на мою почту пришло ещё одно письмо:

"Привет принцесса!

Ты наверняка получила фотографии, но почему-то не написала мне в ответ ни слова… Тебе не понравились снимки? ;-) Как ты, солнышко? Ответь мне, пожалуйста. Буду ждать от тебя весточки!

Целую! Алексей Д."

"И не подумаю, господин Дёмин, и не подумаю!" – рассержено прошептала я, закрывая окно почтового браузера.

Но, как выяснилось позже, это было только начало – проявление ко мне, его, внезапно вспыхнувших знаков внимания, отнюдь не ограничилось электронными письмами.

На следующий день в пять утра мы выехали в Донецк, где должны были принимать участие в одном важном концерте. После моего выступления, в то время, как зрители один за другим поднимались на сцену, чтобы подарить цветы, какой-то парень в чопорном чёрном костюме преподнёс мне огромную корзину роз. То, что эти цветы от Алексея, я обнаружила уже в гримёрной, когда прочла надпись на карточке, вложенной в букет. Там было написано следующее:

"Эти розы просто меркнут в свете твоей красоты, богиня…

Алексей Д.".

Вечером того же дня Алексей позвонил мне на мобильный телефон, но я показательно не взяла трубку. Это было дело принципа! Неужели, он и, правда, думал, что я не устою перед корзиной роз и строчкой лестных слов? Если так, то он сильно ошибся!

Он звонил снова и снова, но я упрямо не отвечала. После череды неудавшихся звонков, видимо, поняв, что зря только тратит своё драгоценное время, Дёмин прислал мне сообщение:

"Кира, возьми, пожалуйста, трубку! Ты опять ведёшь себя, как ребёнок!"

"Вот и хорошо, мистер Дёмин! Пусть я лучше буду ребёнком, но с вами разговаривать не стану!" – воскликнула я после прочтения его сообщения.

Через минуту снова раздался звонок, но я лишь искоса взглянула на телефон, продолжая заниматься своими делами.

"Ну и настойчивый! Видимо, не привык, чтобы его игнорировали… Ничего, всё когда-нибудь случается впервые, мачо!"

После звонка снова пришло сообщение:

"Я злюсь, малыш! Очень злюсь! Ты рада? Ведь, ты преднамеренно и открыто меня дразнишь! Думаешь, я этого не понимаю? Что ж, ладно! Придётся тебе отчитаться за неотвеченные звонки передо мной лично!"

"Что за наглость – "отчитаться?!" Да ещё и лично перед ним?! Ну и ну! – не находила я себе места. – Какого, же, вы о себе высокого мнения, господин Дёмин! И вообще, на что это вы намекаете? Если на встречу, то забудьте! О подобном не может быть и речи!"

К счастью, на этом всё прекратилось. В тот вечер Алексей больше не беспокоил меня ни звонками, ни сообщениями, ни письмами.

Я решила, что мистер "Совершенство" всерьез обиделся, не выдержав такого сильного удара по собственному самолюбию, и наконец-то от меня отстал.

На следующий день уже в десять утра я должна была быть в офисе у Клинковского, поэтому, проснувшись, я быстро собралась и отправилась на кухню заваривать кофе. У меня оставалось ещё минут десять до приезда водителя.

"Истинный почитатель чая… спортсмен… и бабник! – недовольно бормотал мне мой внутренний голос, пока я наслаждалась ароматом кофе. – А мы предпочитаем кофе! Вот так, мистер Дёмин! Как хорошо, что сегодняшнее утро началось без вашего напоминания о себе!"

Водитель появился в назначенное время. Я села в машину и уехала.

Офис Стаса находился на восемнадцатом этаже одного из высотных зданий в центре столицы. Приехав туда, я вошла в холл и направилась прямиком к одному из лифтов. Вместе со мной в лифт вошла худенькая брюнетка на высоченных шпильках в ослепительно белой блузке и короткой юбке. В одной руке она держала папку с бумагами, а в другой мобильный телефон. "Она, наверняка, секретарша…" – думала я, невольно разглядывая рюши на её блузе, хотя девяносто процентов моего внимания было сосредоточено на итальянской балладе из последнего "San Remo", звучащей у меня в наушниках.

На втором этаже лифт остановился, дверь открылась, и перед моими глазами внезапно предстал Алексей Дёмин. От неожиданности я дёрнулась и попятилась к задней стенке лифта. Наушник выпал из моего уха и нелепо повис на плече. Сообразив, что выгляжу смешно, я моментально взяла себя в руки и перестала отходить назад, дабы он вдруг не подумал, что я его боюсь… Алексей смерил меня высокомерным взглядом, не спеша вошёл в лифт и остановился прямо передо мной. Я вынула второй наушник и сглотнула слюну. Двери лифта захлопнулись. Брюнетка продолжала стоять в стороне, занятая просмотром сообщений в своём телефоне. Ей абсолютно не было до нас дела.

– Здравствуй, Виктория, – спокойно произнёс Дёмин. – Рад нашей встрече

"С каких это пор я стала для вас Викторией, мистер Дёмин?" – про себя возмутилась я.

В этот момент лифт снова остановился на этот раз на четвёртом этаже. "Секретарша" важной походкой прошла мимо нас и скрылась в длинных лабиринтах коридоров. Мы с Дёминым, словно нарочно, остались наедине. Лифт тронулся.

– Как же так, милая леди? Вы не отвечаете на мои письма и звонки, оставляете без внимания мои сообщения… Подобное поведение не к лицу принцессе… Ты согласна со мной, Виктория? – Он сократил оставшееся расстояние между нами и опёрся рукой на заднюю стенку лифта. Я очутилась в плену, хотя это случилось, наверное, отнюдь не сегодня…

– Выходит, ты откровенно меня игнорируешь… Думаешь, я позволяю кому-либо (кем бы он ни был) относиться ко мне подобным образом?

Я бросила на него рассерженный взгляд, придя в негодование от того, что он посмел предъявлять мне претензии. Тем не менее, я сознавала, что Алексей нарочно меня злит, поэтому не отреагировала на его провокацию так, как он того хотел. Более того, я даже нашла в себе силы с достоинством выстоять в дуэли взглядов, разыгравшейся между нами. Однако его божественный запах сводил меня с ума, отнимая способность говорить, думать, двигаться… Мне не хватало воздуха, а пространство вокруг меня потеряло свои границы… Переводя дыхание, я слегка приоткрыла рот. В это мгновенье Алексей прикоснулся к моим губам, легонько нажал на них, после чего медленно провёл указательным пальцем по верхней губе. Мне показалось, что моё тело подверглось беспомощному падению в никуда.

– Не промолвишь ни слова? Как хочешь… – наслаждался он моим позорным нокаутом. – Я догадываюсь о причинах такого твоего поведения и знаю, что ты можешь мне сказать…