Блажь (СИ) - Алена Февраль

что казалось оно сейчас пробьет ребра. Моё сердце вмиг подстроилось под его бешеный темп и начался наш огненный танец. Танец слияния души и тела… Жаркий костер, полыхающий на грани боли и наслаждения… Прошлое, настоящие, будущее — вмиг всё исчезло. Его руки, губы, ласки — единстаенная ценность в данное мгновение…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 35

Я проснулась от сигнала будильника на телефоне, причём сам телефон явно был где-то далеко. Еле разлепив глаза после бессонной ночи, я приподнялась на локтях и огляделась. Максима рядом не было, наверное ушел… блин, будильник.

Быстро соскочив с дивана, я замоталась в простынь и побежала на звук будильника. Не сразу отыскав телефон, я отключила дребезжащий сигнал.

Часы показывали девять утра, а на учебы мне сегодня к одиннадцати. Я вчера будильник точно не выставляла, а кто тогда его установил? Максим?

Взяв в руки свой старенький Самсунг, я разблокировала экран. Прошлый телефон, вместе с симкартой, у меня вытащили в поезде, ещё в тот день когда я уезжала из столицы. На новый телефон и симку денег не было, а этот появился у меня лишь полгода назад и то, лишь потому, что пришлось оформлять карту, а там необходим был номер контактного телефона. Пришлось покупать поддержанный телефон и оформлять новую симкарту. Теперь мой номер был только у Деда и у фельдшера из соседней деревни. Для других вызовов в медпункте был стационарный телефон.

Порывшись в телефоне, я увидела, что сегодня в семь тридцать утра с моего телефона был произведен вызов на незнакомый номер. Причем разговора не было, а был только дозвон. Но я точно спала, а это значит, что звонил Максим. Зачем? У него что своего телефона нет? Точно есть. Вчера несколько раз звонил его телефон, но мы были слишком заняты и отвечать он не спешил… Тогда зачем ему мой?

Покрутив в руках телефон, я решила позвонить на незнакомый номер. Уже нажала на кнопку вызова, но резко передумав, сбросила. Вдруг это окажется женщина и что я ей скажу? Хотя и постороннему мужчине, мне нечего было сказать. В итоге, поставив телефон на зарядку, я пошла в душ.

Пока потоки тёплой воды смывали с меня остатки жаркой ночи, я прокручивала в голове все последние события. Эту ночь я никогда не забуду. Максим познакомил меня с миром истинного удовольствия и безграничного счастья. Такого блаженства я не испытывала никогда в своей жизни. Не было особой нежности или сентиментальности — всё было жёстко, страстно и местами даже больно, и горячо… Но все это приносило такое наслаждение, что я буквально плавилась под его руками и губами.

Ночью Максим был горяч, ненасытен, суров. В каждом его действии ощущалась сила и мощь, но всё это, словно пазл, впечатывалось в мою хрупкость, нежность, неопытность. Мы, в прямом смысле этого слова, становились одним целом — две противоположности сливались в одну жаркую, искрящуюся смесь. Он был со мной «здесь и сейчас», без отголосков прошлого.

После легкого завтрака, я отправилась в комнату, чтобы навести в ней порядок. На столике, около дивана, я увидела небольшой белый листок, на котором быстрым почерком было написано: «Я приеду около восьми. P.S. Кто такой Ваня?»

Я дернулась, словно от пощечины. Ноги вмиг налились свинцом, а к горлу подкатил ком. Неужели он всё-таки прочитал мой блокнот?

Обливаясь холодным потом, я быстро собрала сумку и, собравшись, вышла из Димкиной квартиры. Отдав ключи соседке, я тут же направилась на вокзал. Пока ехала всё время боялась, что за мной следят. Страх сковывал всё моё тело, мысленно я всё время возвращалась к записке Максима и уже раз сто про себя повторила вопрос из записки — Кто такой Ваня? Кто такой Ваня? Кто такой Ваня… Господи. Только бы он не узнал.

На вокзале я на последних минутах забежала в нужный мне поезд и он повез меня прочь из столицы. Подальше от мужчины, который вновь перевернул всю мою жизнь.

Глава 36

От станции до нашей маленькой деревни было около часа пути пешком. Погода стояла чудесная — июнь, в этом году, радовал нас то ярким солнцем, то теплым летним дождем. Раньше я дождь не любила, а сейчас радовалась любой погоде.

Проходя по широкой проселочной дороге, я попыталась переключиться от переживаний города и настроится на свою прежнюю более менее спокойную и размеренную жизнь. Ещё пять лет назад тишина и покой деревни стали для меня своего рода естественным успокоительным, на который я снова надеялась и рассчитывала. Я шла и уговаривала себя — надо просто войти в привычное русло и страсти улягутся, а яркие картинки-воспоминания поблекнут. На словах это было легко, а вот как на деле выйдет… посмотрим.

Через неделю мне исполнится двадцать пять лет. Очередная круглая дата, но… отмечать я её буду вновь без отца. Я тяжело вздохнула и посмотрела вдаль. За опушкой леса уже начиналась деревня и Дед с Ванькой уже наверняка меня встречают на окраине. Я им позвонила с поезда и сообщила, что сильно соскучилась, поэтому возвращаюсь раньше. Конечно не хотелось обманывать, но правду я никак не могла им открыть. Хотя и почти не соврала — я правда скучала. По сыну, по Деду, по работе, по нашей с Ванюшкой комнате. Как ни странно, но я ощущала её своим домом. Чужую, малюсенькую комнату, я считала домом. Может потому, что именно в ней появился на свет Ванюшка? Скорая помощь не смогла проехать из-за весенней распутицы, а вертолет из санавиации прилетел лишь тогда, когда уже с помощью бабушки-соседки, сынок появился на свет. Не смотря на своё полуобморочное состояние, я тогда была очень удивлена — вертолеты были у нас в крае большой и очень дорогостоящей редкостью. Но медики тогда мне сказали — «Ты ведь медицинский работник, вот мы из солидарности к тебе и прилетели». Я немного растерялась, но не стала вдаваться в подробности. Главное меня и малыша доставили в самую лучшую больницу в нашем районном центре и относились к нам очень хорошо.

Пройдя пролесок, я вышла на дорогу из крупного гравия и почти сразу же увидела, идущих мне на встречу, Ваньку и Деда.

Несмотря на солидный возраст, а Деду в этом году исполнилось пятьдесят восемь, Василий Иванович выглядел очень молодо — высокий, стройный мужчина с серьезными глазами и седыми висками. Военное прошлое и железная самодисциплина сделали его настоящим лидером нашей небольшой деревушки,