Измена. Месть из прошлого - Мия Герц

Зажала рукой рот. Этого просто не может быть.

— Неужели шансы настолько малы? — Терминатор смотрел в окно, его спина была напряжена, как натянутая струна. — Рождаются же недоношенные дети.

— Антон, я не смогу вложить тебе в голову свои знания в области медицины. Повторюсь, что надежда есть, но я рассматриваю все варианты развития событий.

Повисла гнетущая тишина.

— Не надо делать из меня монстра, мы не всесильны. Но в то же время сделаем всё, чтобы спасти ребёнка.

— Я услышал тебя, — Терминатор развернулся и посмотрел на него. — И я благодарен тебе.

Любимцев кивнул в ответ.

— Когда мы сможем её навестить?

— Не раньше, чем все показатели придут хотя бы в относительную норму, — развёл руками главврач. — Ей нужен покой.

Мы покидали клинику в подавленном состоянии. С одной стороны, я хотела кричать, что они обязаны сделать все, чтобы спасти ребёнка. Но в то же время понимала, что предусмотреть всего просто невозможно.

— Медик сделает всё, что в его силах, — вывел меня из раздумий Антон, когда мы сели в машину. — Пожалуй, он один из немногих, чьему слову я могу верить.

— Я верю, но по своему опыту знаю, каково это — потерять ребёнка.

Антон бросил на меня мрачный взгляд, и больше не проронив ни слова. Когда мы вернулись домой, Антонина Николаевна, встретив нас, хотела что-то сказать. Но, увидев наши мрачные лица, передумала. Молча накрыла на стол и ушла, словно ощущая эту напряжённую атмосферу.

Несколько раз хотела начать разговор, но слова комом застревали в горле. Так хорошо начавшийся вечер завершился совсем не так, как я ожидала. Мрачные мысли не давали уснуть. Забыться тревожным сном получилось лишь под утро.

Тридцать первая глава

Дальше рабочие дни проходили серой массой. Антон давал множество поручений, и часто случалось так, что домой я приезжала с одним желанием — упасть на кровать и заснуть. К пятнице я всё-таки решилась позвонить Юле и узнать, как у неё дела.

— Привет, — услышала я в трубке радостный голос. — Так здорово, что ты мне позвонила.

— Я тоже рада слышать, что у тебя всё хорошо, — на душе стало легко и светло.

— Полина, я так благодарна вам с Антоном Сергеевичем, если бы не вы… — её голос слегка поник. — Дмитрий Игоревич сказал, что вы приезжали, но он вас не пустил ко мне.

— Да, мы как узнали, сразу поехали к тебе. Кстати, может, тебе что-нибудь нужно?

— О нет, спасибо, здесь всего достаточно, — рассмеялась она.

— Как самочувствие?

— Знаешь, я так себя виню, — еле слышно сказала она. — Я ведь замечала, что очень сильно стала отекать, но так и не сходила к врачу. Думаю, ну ладно, все беременные отекают. А оказывается, это всё очень серьёзно и нужно постоянно находиться под наблюдением.

— Юля, мне было так страшно за тебя, — прошептала я.

— Знаешь, мне сразу подключили аппарат, чтобы следить за сердцебиением ребёнка. Стоило ему хоть чуть-чуть замедлиться — моё сердце замирало вместе с ним.

Я не хотела плакать, а тем более портить ей настроение, но слёзы непроизвольно бежали по моим щекам. Мы молчали. Каждая о своём. Но я очень надеялась, что у Юли однозначно будет счастливый финал.

— Я не хочу тебя лишний раз беспокоить, но можно я изредка буду тебе писать? — спросила, понимая, что ей нужно больше отдыхать.

— Конечно, обязательно пиши, — кажется, Юля снова повеселела. — Ладно, мне пора, а то медсестра зовёт, пришло время ехать на УЗИ.

— Хорошо, береги себя.

— Спасибо, Полина, — в трубке послышались короткие гудки.

После звонка мне определённо стало легче. Настроение улучшилось, и я решила сходить на обед в нашу столовую. Тем более что за эту неделю мне так и не удалось ни разу на него вырваться.

— Смотрите, какая важная птица прилетела, — Лена поднялась и обняла меня. — Совсем про нас забыла.

— И я рада вас видеть, — улыбнулась им. — Что у нас нового?

— По сравнению с прошлой неделей — тоска зелёная: все тихие и примерные, сидят и работают по своим норкам. А то, не дай бог, Терминатор и им «судный день» устроит.

— Не обращай внимания, — Алексей обнял свою жену, — на самом деле она просто очень ждала, когда ты придёшь.

— Ну конечно, ждала, я же должна узнать, на какой уровень отношений они вышли.

Подавилась, пока пила компот. Лена любезно постучала по спине.

— Спасибо, конечно, — ответила, когда смогла прокашляться. — Но ни о каких отношениях речи не идёт.

— Скучная ты, у тебя такой мужик под носом…

— Какой мужик? — среагировал Алексей.

— Ей подходящий, — выкрутилась она.

— Смотри мне, — погрозил ей пальцем, а она, рассмеявшись, поцеловала его в щеку.

— Шутки шутками, но на неделе действительно произошло кое-что серьёзное.

Из-за стола пропала вся атмосфера веселья, и на меня внимательно смотрели две пары глаз.

— Юлю госпитализировали в клинику после серьёзного кровотечения.

— Мамочки мои, — прошептала Лена.

— С ней всё в порядке? — одновременно с этим спросил Антон.

— Сейчас уже да, она под пристальным наблюдением врачей.

— Я ей звонила в начале недели, а она не ответила. Подумала, ну мало ли, занята, перезвонит, — сказала Смирнова. — Как думаешь, ей сейчас можно позвонить?

— Да, я совсем недавно с ней разговаривала, она поехала на УЗИ.

— Ну тогда попозже наберу ей.

Оставшаяся часть обеда прошла спокойно, и мы плавно разошлись каждый в свой кабинет. Во второй половине дня поручений практически не было, поэтому время для меня тянулось со скоростью улитки.

— Ты готова?

Я так обрадовалась, когда Антон наконец то предложил поехать домой, что возле машины оказалась быстрее него.

— Ты какая-то чересчур радостная.

— Я действительно рада, что рабочая неделя закончилась.

— Уже надоело работать? — улыбнулся он.

— Нет, конечно, просто… — замолчала, ведь не скажешь: «мне было скучно, и я не знала, чем себя занять». — Просто я звонила Юле, и она сказала, что у неё всё хорошо.

— Да, я тоже говорил с Медиком. Он сказал, у неё положительная динамика. Чтобы это ни означало — главное, что ей лучше.

На следующее утро, мы, предварительно заехав в магазин и купив подарочный набор чая, который очень нравился маме, направились к ней на дачу. Ехать предстояло около четырёх часов, поэтому Антонина Николаевна подготовила нам бутерброды с собой.

— Антон, я очень тебя прошу, постарайся не злиться на неё.

Он кинул на меня вопросительный взгляд и вернул всё внимание на дорогу.

— Просто она в Матвее души не чает, считает, что мне с ним очень повезло.

— Конечно, повезло, — раздражённо бросил он.

— Я ничего не говорила ей о произошедшем.