Чертовка для безопасника (СИ) - Зайцева Мария

Всё случилось так быстро, что я, тяжело дыша, стою в ступоре ещё некоторое время, глядя туда, куда убежала лесная хищница, принявшая меня с ветки дерева за мелкую дичь…

Может, я и есть мелкая дичь?

Немного истерично хихикаю и накидываю капюшон, чтобы не соблазнять диких кошек своей роскошной шевелюрой.

Шапки-ушанки, так хорошо выполнившей свою защитную функцию, теперь-то у меня нет!

На всякий случай, внимательно смотрю наверх к верхушкам сосен, боясь увидеть еще какого-нибудь кота.

Ничего себе, погуляла по природе. Насладилась, так сказать…

Это реально незабываемо!

И ощущения непередаваемые и очень противоречивые.

Во-первых, отходняк от жуткого события. Я ведь точно знала, что меня сейчас грохнут, готовилась сопротивляться и продать свою жизнь подороже! А оказалось всё не так трагично, больше забавно даже, если не принимать во внимание, что я могла бы оказаться без шапки, а рысь могла бы спрыгнуть удачнее, сломав мне шею.

Отходняк похож на хмель. Эйфория тёплой волной расплывается по ослабленному телу, и я чувствую приятное легкое головокружение. Уф, пронесло!

Во-вторых, я этот момент своей жизни запомню навсегда, и даже лет через десять буду прокручивать в голове, как старую киноплёнку, в надежде поймать хоть каплю того состояния, которое испытываю сейчас.

И жалко даже становится, что рысь так быстро убежала.

Я в зоопарке видела только будку, где она живёт, рыси людей не любят, на глаза появляться не хотят. И моя смылась, вместе с шапкой Кирилла. Не позволила себя толком рассмотреть.

Облегчение меня посещает ненадолго. Вдруг приходит осознание того, что в этом лесу может быть медведь, или волки рыщут…

И это уже не весело. Если волки тоже опасаются людей, то медведю всё равно. А ещё есть лоси, они тоже бывают агрессивные.

Ежусь, настороженно оглядываюсь по сторонам.

Возвращаться назад или следовать дальше?

Тропинка передо мной так таинственно заворачивает за густорастущий молодой ельник, что я решаю вначале глянуть, что же там впереди. Если дорожка упрётся в горизонт, то придётся возвращаться, потому что ушла уже на приличное расстояние, и для прогулки вполне хватило с меня приключений.

Чутко вслушиваясь в природу, спешу вперёд.

Наверно, зря я упрямлюсь и продолжаю прогулку. А вдруг, эта рысь решит, что шапка-ушанка - это невкусно, и вернется обратно? За мной?

Опять оглядываюсь, внимательно изучаю кусты и верхушки деревьев… и неожиданно налетаю на человека!

Его не было секунду назад на дорожке! Никаких звуков, никаких движений!

И сердце в пятки, я - в панику!

Отшатываюсь, оступаюсь, меня хватают за локти, кричу, пытаюсь вырваться!

Лицо мужчины высоко, передо мной только темная куртка военного образца, незнакомая!

Вот если грамотно рассудить, то ни одно животное в лесу так не пугает, как одинокий мужчина.

— Да, угомонись ты! — грубо хрипит на меня Кирилл. — Что случилось?

Ох…

Это Кирилл! Как не узнала-то? Наверно, встреча с рысью не прошла бесследно для головы, совсем я ее потеряла.

Облегчённо выдыхаю, глядя на его руки с выпуклыми венами… Где-то успел испачкать. Костюм охотничий пропах дымом и рыбой. Странный запах, вроде ещё вчера нормальная одежда была…

— Шла по тропинке, — собираюсь с духом, стараясь выглядеть независимо. Ну и что, что орала на весь лес, пытаясь дозваться его на помощь? Может, я просто так, от полноты чувств и единения с природой… Не хочу ему показывать испуг. Гордая потому что. Пусть и дурочка, которой ужасно хочется выдохнуть и разрыдаться у него на груди. — И рысь сверху упала, шапку твою утащила.

Тут я хочу увидеть его реакцию, поднимаю на него взгляд и перестаю дышать.

Потому что это - не Кирилл.

Глава 17

Глава 17

Похож, ничего не скажешь. Волосы светлые такого же оттенка, черты лица, цвет глаз…

— Ты что тут делаешь, крикунья?

И голос. Один в один. Не просто так я ошиблась же, не совсем с ума сошла с этой рысью.

— Рысь… — Считаю нужным объяснить я, не переставая разглядывать незнакомого знакомца.

Он улыбается, блестят зубы в короткой светлой бороде. Кожа вовсе не грязная, как мне показалось, когда на руки его внимание обратила, а загорелая. Активное весеннее солнце может так приукрасить, если всё время на нём проводить, что солярия не надо. Мужчина хитро щурит один глаз, рассматривая меня.

Красивый. Родственник? Кто?

— Рысь напала? — усмехается он, похоже, не веря моим словам, — она хоть живая осталась?

— Ничего смешного…

Очень обидно, на самом деле, я такого страху натерпелась, а ему шуточки… Плоские. Точно, родственник Кирилла.

И разглядывает так пристально…

— Что? — не выдерживаю я, растерянно поправляя волосы. Косметики на мне нет, лицо не грязное… Вроде. И рысь не успела поцарапать… Зачем так внимательно изучать?

Хотя… Я тоже от него не отстаю, пялюсь, прикидывая, к кому в руки угодила.

Определенно, родня. И очень близкая. Лицо-то, словно под копирку, и борода этого не скрывает.

Но отличия есть все же, помимо растительности на лице.

Глаза. Нет, цвет и разрез глаз тоже как у Кирилла, но… Этот незнакомец как-то шельмовски их прищуривает, с насмешкой что ли, а Кирилл совсем по-другому смотрит. Обычно так, будто сканирует, проверяет, уточняет, запоминает.

Но хватит, пожалуй, изучения. Ситуация совсем глупой получается.

— Я…

Он кивает, словно одобряет мой смелый порыв поговорить с ним. И это я принимаю за издёвку, отступаю от него, потому что мужчина одну свою руку продолжает держать у меня на талии.

Я, блин, ему ещё и в объятия кинулась…

Когда успела?

Вот дура, теперь терплю этот усмешливый взгляд.

— Я Кирилла искала, — решительно заявляю я и смело смотрю мужчине в глаза.

— Ну, пошли, — подмигивает мне незнакомец и мотает головой, приглашая следовать за ним.

Разворачивается и спокойно шагает дальше по тропинке, не интересуясь совершенно, иду я следом, или нет.

Самоуверенность фамильная, да.

Никаких сомнений, что подчинюсь…

Все это я раздраженно перевариваю в голове… Топая следом за незнакомцем по тропинке.

Ну и кто после этого ведомая дурочка?

Может, надо просто молча развернуться и пойти в дом?

В конце концов, никто меня не заставлял выходить оттуда, это чисто моя глупая инициатива… Чуть не стоившая жизни или здоровья, что бы по этому поводу ни думали грубиян Кирилл и его такой же неприятный родственник.

Я смотрю в его широкую спину и думаю, что совсем не умею разбираться в людях.

Вот сейчас - иду куда-то, руководствуясь только внешним сходством с моим любовником…

Это хорошо? Плохо.

Но и просто так уйти… Истеричный, глупый поступок. Он даже не представился… А я не спросила. И теперь как-то глупо догонять и уточнять его имя и степень родства с Кириллом.

Боже, как я с таким ведомым характером до тридцати лет дожила? Права Светка, дурочка я…

Все на мне катаются…

И Кирилл, вон, тоже не упустил возможность…

Вот, спрашивается, как себя повела бы любая нормальная женщина на моем месте? Уж точно не бросалась бы в лапы первому встреченному в лесу мужику… И вообще… Поскромнее бы… Не позволяла с собой делать того, что я позволила... И, будем честны, еще бы позволила, если б кое-кто грубый и нахальный остался утром со мной, а не свалил в непонятном направлении…

Да, приходится в очередной раз признавать, что очень плохо разбираюсь в людях… Это все потому, что обычно приходилось общаться именно в своей среде, а художники - люди странные… Мне чужие странности более привычны, чем кажущаяся нормальность. Я тихонько варилась в своей области, и чужие сферы жизни не затрагивались.

Вот честно, иногда, сталкиваясь с грубостью на улице или в магазинах, я не могла понять, что происходит.

Светка говорит, “не от мира сего”. Так и есть, так и есть… Как она там, бедняга? И ее полкаша? Или он уже не полкаша? Подставила я их, жестко так…