Случайный ребенок босса - Мария Манич

вы ещё здесь? Услышала ваш голос, подойдите, пожалуйста, – из соседнего кабинета выглядывает женщина и выжидающе смотрит на Богдана, держа в руках какие документы.

– Опять? – Сын Полянского с каким-то обреченным стоном присаживается рядом на диван. – Сколько можно?

Он вытягивает вперед ноги и, продолжая прижимать к себе руку, сосредотачивается на телефоне. Я вижу, что он загружает заставку онлайн-игры, игнорируя предупреждающий взгляд отца.

– Подожди минуту, – говорит ему Полянский.

– Мы уже должны были выехать!

– Успеем.

Мне становится любопытно, какой Богдан отец. Я наблюдала его в роли любовника, друга семьи и своего босса. Но я мало что знаю о его личной жизни. Реальной. Не о той, что пишут в гугле, или о которой в обеденный перерыв болтают девочки-коллеги. О его отношениях с сыном, о том, где женщина, которая этого самого сына родила. Любил ли он её? Был ли счастлив? Я ничего не знаю о его отношениях с Илоной Шпак.

Я и о самом Полянском знаю очень мало. Зато теперь ношу под сердцем его ребёнка. Если я рожу этого малыша, наши жизни плотно переплетутся друг с другом. Намного плотнее, чем они переплелись уже.

Наше случайное ночное приключение и так слишком далеко зашло, а планировалось, что оно останется лишь ярким необдуманным поступком в моей памяти. Приключением.

Теперь я смотрю на взрослого сына Полянского и сжимаю между ладоней фотографию нашего малыша.

Меня наконец приглашают пройти в кабинет. Я сдаю несколько колб крови и выхожу в коридор через несколько минут, ожидая увидеть пустой холл.

– Козёл! Невозможно пройти! – рычит мальчишка, эмоционально вскидывая руки, отбрасывает телефон на диван и раздраженно трёт глаза.

Его отца нигде не видно.

Мне нужно идти на работу. Терпение Левского не вечно, Айсейль уже успела написать, что он спрашивал обо мне. Только почему-то, вместо того чтобы двигаться в сторону выхода, я присаживаюсь рядом с парнем и беру в руки его мобильный.

– Можно? – спрашиваю осторожно. – Это же пабг мобайл*?

Мальчик косится на меня, а потом на свой телефон.

– Откуда знаешь? – спрашивает он с вызовом.

Пожимаю плечами.

– Ну так можно?

– Бери. Хуже всё равно не сделаешь. Я постоянно проигрываю.

– Отец разрешает тебе в такое играть? – Загружаю игру и откидываюсь на диванную спинку рядом с мальчиком.

Это не совсем детская игра. Там нужно стрелять и убивать противника. Толик, мой младший брат, подсел на неё год назад и рубится с одноклассниками на переменах. Маму несколько раз вызывали в школу. Но Толику тринадцать, а не десять. Может, я и ошиблась в возрасте мальчишки, но не на много. Ему плюс-минус год.

Я бы не хотела, чтобы мой ребёнок играл в такие игры. Но если детям что-то слишком категорично запрещают, это влечет их ещё больше.

– Ему по фигу. Главное, чтобы домашка была сделана, и тренер ему не звонил. Ты с ним работаешь?

– Да. В “Полян-групп”. Бывал у нас в офисе?

– Да, но там скучно. Папа постоянно работает и просит вести себя тише.

– Да? А ты знаешь, у нас есть комната отдыха, в которой стоит игровая приставка. А ещё автомат, выдающий газировку бесплатно, только для своих. Не знал?

– Гонишь… – тянет мальчишка, недоверчиво поглядывая на меня.

– Отвечаю.

Пока мы болтаем, прохожу сложный игровой уровень. Возвращаю телефон его владельцу и не могу сдержать смеха от того, как округляются его глаза.

Он рывком садится и, приоткрыв рот, смотрит на экран.

– Ни фига! – восклицает мальчик.

– Ловкость рук и тренировка. У меня есть младший брат и мы иногда играли вместе, – говорю я.

– Он умер?

– Что? – теряюсь от такого вопроса, смотря на ребенка во все глаза.

– Ты сказала “играли”… ну я и подумал, – пожимает он плечами.

– Нет, с ним всё нормально. Просто я теперь живу в другом городе.

Закидываю сумку на плечо и собираюсь встать.

– Аааа… Посмотришь, как я играю? Или ты торопишься?

Я правда тороплюсь и уже несколько раз украдкой взглянула на часы. Пора возвращаться в офис. Только Полянского всё нет, а оставить мальчишку одного я не могу. Он так смотрит на меня… словно уже знает, что я собираюсь ему отказать.

– Ладно. А твой папа где?

– Да всё у той врачихи. Кардиолога.

Мы сидим вдвоём с мальчиком в пустынном коридоре частной клиники. Моё плечо касается его, и он иногда даёт мне свой телефон, болея за меня, когда я берусь за дело. Ребёнок радуется и смеётся. От него исходит потрясающая энергетика. Такая, что я успеваю забыть о части своих проблем и тоже смеюсь, и по-доброму подкалываю его.

В какой-то момент я понимаю, что мы не одни. Поднимаю глаза и встречаюсь с серьёзным взглядом Богдана. Он стоит в нескольких метрах, засунув руки в карманы своих джинсов, и пристально смотрит на нас с его сыном.

Лицо начинает покалывать и пылать от его взгляда. Я вскакиваю как ужаленная и нервно оправляю блузку.

Я перешла черту, да? Не нужно было устанавливать контакт с его сыном. Это лишнее. Пока лишнее.

– Ну, приятно было познакомиться.

– Пока, – рассеянно, не отрываясь от игры, произносит мальчик.

– До свидания, – произношу тихо, проходя мимо Полянского.

Неожиданно он преграждает мне путь так, что я почти врезаюсь в него. Делаю шаг назад, отступая.

– Мы можем тебя отвезти, – говорит мой босс, чуть склонив голову.

– Не нужно, здесь совсем недалеко.

В моей сумке лежит снимок УЗИ его ребенка. У меня внутри его ребенок! Я безбожно опоздала в его офис и только что играла и веселилась с его сыном. Если ещё добавится поездка на его машине. Втроём. Это будет чересчур для одного дня.

Мне нужно побыть одной и подумать.

– Нам по пути.

– Я дойду сама!

– Олеся, – с нажимом произносит Богдан, теряя терпение.

– Богдан Алексеевич, – в тон ему говорю я.

– Даниил, – невозмутимо вставляет сын Полянского, приподняв руку.

Мы с его отцом одновременно поворачиваемся в сторону мальчика, и он быстро вскидывает на нас глаза, оторвавшись от своей стрелялки, где идёт ожесточенная борьба не на жизнь, а на смерть.

– Что? Я думал, у нас перекличка.

_______________

*популярная мобильная онлайн игра.

15 Глава

– Ты как? – участливо спрашивает Айсель, ставя на стол перед мной термокружку из которой идет пар.

Поднимаю голову от ноутбука и смотрю на девушку с благодарностью. Она не обязана со мной носиться, но почему-то решила взять под свое крыло. После того, как я вернулась из клиники поговорить нам не удалось, сразу загрузили делами. Левский сегодня опять пребывал в прескверном расположении духа. Скорее всего,