Во всем виновата текила (ЛП) - Фиона Коул

― Потому что ты не уснешь, если так поздно будешь пить кофе.

― Мятный, ― тихо призналась она.

― Твой любимый.

На линии воцарилась тишина, и я искренне надеялся, что она вспоминает о том, как хорошо я ее знаю и как близки мы были. Возможно, если она вспомнит об этом, то сможет забыть все плохое и согласится встретиться со мной.

― Угадай, где я буду в следующем месяце? ― спросил я

От волнения я сполз на край кровати.

― Где? ― спросила она не менее взволнованно. ― Лондон? Париж? Тимбукту? (прим. пер.: Тимбукту ― синоним выражения «черт знает где» — на самом деле находится в государстве Мали ― бедной изолированной стране в Западной Африке).

Я рассмеялся над ее предположениями.

― Нет. В Нью-Йорке, ― воскликнул я. ― В канун Нового годы мы играем две завершающие песни.

― Твою ж мать, ― вздохнула она, прикрывая рот рукой.

― Ага, что-то в этом роде.

― Паркер, это потрясающе.

Ее лицо расплылось в улыбке, которую я знал лучше, чем свою собственную, ее ямочки стали глубже. В ее зеленых глазах искрилась та же радость, которая пронизывала меня каждый раз, когда я думал о выступлении на Таймс-сквер.

― Ведь правда? Мы охрененно рады.

― Дело меня не касается, но я так взволнована за вас.

Что-то словно сместилось в моей груди, какая-то часть, о которой я не подозревал, встала на место. У нашей группы было много успехов, и мы всегда разделяли их между собой, но я не мог отрицать, что постоянно думаю о Нове и тянусь к телефону, чтобы позвонить ей. Мне хотелось поделиться нашими победами с кем-то вне группы, с кем-то, кто искренне поддерживает меня. За этой потребностью сразу же последовало резкое напоминание о том, как она вычеркнула меня из своей жизни.

Поэтому я научился блокировать потребность в ней. Но мне не удалось полностью избавиться от мыслей о ней, потому что ее образ постоянно всплывал в моей голове, и радость от общения с ней переполняла меня.

― Я скучаю по тебе, ― прошептал я, боясь, что, если скажу это слишком громко, то спугну ее.

Она, как всегда, опустила голову, но я все равно сказал это. С каждым днем я скучал по ней все больше и больше. Черт, с тех пор, как она бросила меня, я скучал по ней каждый день и даже не осознавал этого, пока не увидел ее снова. Так чертовски сильно, что это распространялось, словно капля крови в воде, неосознанно меняя меня.

Каждый день я искал ее среди людей. На каждом шоу я гадал, не находится ли она в толпе. Каждый раз, когда видел рыжеволосую девушку, это посылало разряд электричества по телу, но, когда понимал, что это не она, на меня словно выливали ушат холодной воды до того, как я начинал предаваться фантазиям.

Я и раньше мимоходом говорил ей, что скучаю... в шутку... но она отмалчивалась. В этот раз, когда она подняла глаза, что-то изменилось.

Может быть, она менялась.

― Я тоже скучаю по тебе.

Возможно, мне предоставился шанс, чтобы уговорить ее встретиться со мной. Возможно...

Я открыл рот.

― Не спрашивай, ― сказала она, оборвав меня прежде, чем я успел вымолвить хоть слово.

― Нова, я...

― Спой, ― потребовала она.

Вместо слов, которые я хотел сказать, вырвался выдох.

― Пожалуйста.

Разве я мог отказать?

Не мог.

Я сел, прислонил телефон к лампе на тумбочке и взял акустическую гитару, которая всегда была со мной.

― Чего желает моя леди?

Она сделала вид, что размышляет, постукивая пальцами по сжатым губам, затем, пожав плечами, сказала:

― Удиви меня.

Сначала я хотел выбрать песню, которая имела для нас значение, но, подумав, выбрал мелодию, зародившуюся в глубине моего сознания с тех пор, как я снова увидел ее. К сожалению, у меня не было текста к ней. Возможно, какая-то часть меня надеялась, что, услышав ее, она, как и раньше, придумает слова, которые мне нужны.

Я начал играть, время от времени закрывая глаза в поисках слов, ускользающих от меня. Но как только обнаруживал их, они исчезали. Я снова открыл глаза и увидел, что Нова наблюдает за мной с чашкой чая, зажатой между ладонями. Она сидела, прислонившись спиной к дивану, за ее спиной была небольшая кухня. Зеленые глаза, которых мне не хватало на присланной ранее фотографии, сияли от счастья.

Когда я заканчивал одну песню, она требовала другую, пока в итоге я не сыграл ей мини-концерт. Я исполнил песню Baby Got Back, под которую она танцевала, сидя на диване и смеясь над тем, что я танцую вместе с ней.

Ночь была идеальной.

Такой же, как и мы когда-то.

Но, как и раньше... мы не зашли достаточно далеко, чтобы сохранить это совершенство.

Мог бы и догадаться.

ВОСЕМЬ

НОВА

― Нервничаешь? ― спрашивает Вера.

― Да, ― честно призналась я.

Нервозность — это не то, чем можно описать волнение, в котором я прибывала. Я сделала еще один глоток шампанского, оглядывая людей, перемешавшихся по залу.

Рэй привела нас на шикарную вечеринку в самом сердце Таймс-сквер ― идеальное место, чтобы насладиться ночью без сумасшедшего столпотворения.

Все блистали в новогодних облачениях, смеялись и пили, собираясь начать новый год с чистого листа. Подносы с шампанским и закусками разносили по залу, в то время пока все говорили о проблемах и планах на будущее.

И я ― одна их них.

Обычно я не верю в то, что можно начать с чистого листа. Первое января ― обычный день, точно такой же, как и все предыдущие. Вот только не в этот раз. На этот раз первого января произойдет наша первая встреча с Паркером Каллаханом. Возможно, это начало чего-то большего.

Никаких родителей, заставляющих нас играть роли сводных брата и сестры. Никто не говорит нам, что наши отношения ― ошибка. Больше никаких тайных ночей и запретных прикосновений. Не надо прятаться и отрицать чувств. Не нужно сдерживаться.

Нет, сегодня в полночь я почувствую себя новой женщиной. Надеюсь, в объятиях мужчины, которого всегда хотела.

Этот план пришел мне в голову где-то около двух часов ночи после того, как он спел для меня. Наблюдение за его пением, даже через экран телефона, пробудило больше чувств, чем я предполагала. Я избегала разговоров с