Бог Боли (ЛП) - Кент Рина

Я надеюсь.

Поэтому вместо того, чтобы провалиться в черную дыру, которую образует мой мозг, я смеюсь, откидывая голову назад для дополнительного эффекта.

— Что на тебя нашло? — Николай смотрит на меня, как на инопланетянина. — Ты что, головой ударилась?

— Я просто смеюсь над тем, как нелепо все это звучит. — Я вытираю слезы из уголков глаз, делая вид, что прилагаю огромные усилия, чтобы перестать смеяться. — Крейтон был со мной с того момента, как я легла спать.

Гарет поднимает бровь.

— С тобой?

Я вскидываю руку в воздух.

— Ну, знаешь, со мной.

В комнате надолго воцаряется тишина, и я изо всех сил стараюсь казаться незатронутой. У меня не было достаточно времени, чтобы придумать решение, как спасти Крейтона от пыток, и это была лучшая идея, которая пришла мне в голову.

Остается надеяться, что мои навыки рассказчика смогут убедить этих троих.

Киллиан прижимает электрошокер к щеке Крейтона, не разрывая зрительного контакта со мной.

Я училась в тех же частных школах, что и эти ребята, и Киллиан всегда был самым страшным, наряду с Николаем. Но в то время как его кузен открыто рассказывает о своих методах, Килл осторожен, и единственное доказательство, которое он оставляет после себя, — это след разрушения.

В то время как Гарет подходит к людям с внешностью принца, Киллиан обладает красотой серийного убийцы с его темными волосами и мрачными голубыми глазами, которые сияют, только когда рядом Глин.

Я почти уверена, что он психопат, и поэтому его труднее всего переубедить. Не говоря уже о том, что смотреть прямо ему в глаза — все равно что препарировать заживо.

— А сейчас? — размышляет он. — Скажи на милость, как ему удалось обойти охрану? Единственный способ проникнуть на территорию — это взломать нашу систему и остановить запись с камер. Как, скажем... виновник пожара.

— Точно! — Николай соглашается со своим кузеном. — Давайте я выбью всю дурь из этого ублюдка.

Я делаю шаг вперед, чувствуя, что нервничаю все меньше и меньше.

— Зачем ему идти на такое и взламывать систему, когда я дала ему свою карту доступа?

Киллиан сильнее прижимает электрошокер к щеке Крейтона, и мне требуется все, чтобы не вздрогнуть.

— Ты пытаешься сказать нам, что пригласила парня под крышу Джереми?

— А почему бы и нет? Джер следит за каждым моим шагом, поэтому лучший способ остаться незамеченной — встретиться с Крейтоном там, где он ничего не заподозрит.

Я продолжаю крепко стоять под пристальным взглядом их бдительных глаз. Я уверена, что убедила их, или, по крайней мере, открыла их туннельное зрение.

Взгляд Николая перескакивает между мной и Крейтоном.

— Подожди минутку. Если он был в твоей комнате, почему я не видел его с тобой, когда начался пожар?

— Я сказала ему оставаться на месте, пока я не выясню ситуацию, так как не хотела, чтобы он столкнулся с вами, ребята. — Я бы похвалила себя, если бы могла. Вот это правдоподобная ложь.

— И все же... — начал Гарет.

— Что? — Я поднимаю подбородок. — Крейтон спас наши с Джереми жизни. Ты должен наградить его, а не избивать за это. Кроме того, если ты беспокоишься, что это дело рук Элиты, то угрожать Крейтону все равно не имеет смысла. Он никогда не был частью этого клуба.

— Его двоюродный брат — был, — говорит Киллиан совершенно искренне.

— Но не он. Никогда не был и никогда не будет. Время, которое ты теряешь здесь, можно было бы использовать для беспокойства о Змеях, которых ты так основательно обидел, Килл. Ты, конечно, понимаешь, что они — наиболее вероятные виновники всего этого беспорядка?

Я вижу, что до них дошло, по едва заметным изменениям в их лицах. Они, должно быть, тоже думали о том, что Змеи могут быть виноваты, но поскольку Крейтон был у них в руках, они предпочли поверить, что это Элита.

Николай отбрасывает свое оружие, выглядя подавленным тем, что его веселье было испорчено.

— Должен признать, что вся эта история звучит запутанно, — говорит Киллиан. — Тебя даже не беспокоит, что Джереми может услышать и узнает об этом инциденте?

Я сглатываю, уже не чувствуя себя такой храброй. Тем не менее, я изо всех сил стараюсь сохранить спокойство.

— Я поговорю с братом, когда он проснется. А пока отпустите Крейтона.

И Киллиан, и Николай выходят из комнаты.

Только Гарет остается и помогает мне развязать его. Засохшие следы крови выглядят ужасно на фоне его неземной красоты лица.

Недостаток света придает его чертам резкие углы, почти зловещие на вид. Его губы слегка приоткрыты, и я не могу удержаться, чтобы не протянуть руку, чтобы коснуться их или его. Но потом я вспоминаю, что он не любит, когда к нему прикасаются, и опускаю руку.

После того, как мы закончили снимать веревки, я приседаю возле его кресла.

— С ним все будет в порядке?

Гарет прислонился спиной к стене, скрестив руки, выражение лица бесстрастное, но настороженное. На его мокрой рубашке, шее и лице видны следы пожара.

— Он просто без сознания. Возможно, очнется через несколько минут.

— Я позвоню Реми и Лэну, чтобы они приехали за ним.

— Или ты можешь подождать, пока он очнется и уйдет сам.

— Я не верю, что Килл или Нико не вернутся сюда и не закончат то, что начали.

Гарет улыбается.

— Это правда. Позвони, но вместо Лэндона пусть будет Брэндон. Элите здесь не рады.

— Хорошо. Спасибо, Гарет.

— Не благодари меня пока. Джереми узнает об этом так или иначе. Пока никто другой не открыл рот, я буду единственным, кто расскажет ему обо всей этой сцене.

— Я понимаю.

Кажется, я вляпалась в худшие неприятности, чем рассчитывала.

Так что я, возможно, переоценила свои возможности справиться с последствиями пожара.

После того, как Джереми проснулся и узнал о том, что произошло с Крейтоном, он прямо-таки отправил меня под домашний арест.

Меня сопровождают туда-сюда между КЭУ и особняком. Мне даже не разрешают работать волонтером в приюте.

Его оправдание: это опасно.

И на этот раз мама на его и папиной стороне. Она даже сказала мне, что это хорошая идея — вернуться домой на некоторое время.

Это была неделя постоянной охраны, границ и дурацкой запертой тюрьмы.

Я могу общаться с девочками только по смс или иногда, когда умоляю охранников разрешить мне пообедать с ними.

Ну, не совсем умоляю. Я научилась еще и угрожать.

Плюс этой ситуации в том, что Джереми лично не пошел против Крейтона. Наверное, потому что он знает, что тот спас ему жизнь.

Но он все равно сказал мне, что будет покойником, если увидит его в моей компании.

Вот почему я держала дистанцию.

Реми и Брэн забрали его в тот день, и Реми сказал, чтобы Илай ни в коем случае не узнал об инциденте с похищением или попыткой пыток его брата.

— Если псих Илай узнает, что это случилось с Крей-Креем, он сожжет весь особняк дотла, убедившись, что на этот раз в нем находятся все язычники, — сказал Реми.

— И он позаботится о том, чтобы никто не смог спрятаться от его гнева, — сочувственным тоном продолжил Брэн. — Прими это от нас, Анни. Илай и Лэн — те люди, которых лучше избегать, и никогда, ни при каких обстоятельствах, не становиться на их плохую сторону.

Я не видела и не разговаривала с Крейтоном с тех пор, как его забрали.

Вскоре после этого он прислал мне несколько сообщений, в основном спрашивая, все ли у меня в порядке и как мне удалось его вытащить, и на этот раз именно я игнорировала его.

Может, я и приняла смелую меня, но она не может быть безрассудной. Не тогда, когда я уверена, что угрозы Джереми могут стать реальностью в мгновение ока.

И, возможно, это в любом случае к лучшему. Я никогда не прощу себе, если с ним что-то случится из-за меня.

Кроме того, после пожара между тремя клубами начались совершенно грязные отношения.

До сих пор неизвестно, кто стоял за пожаром — Змеи или Элита, или это были совместные усилия.