Запасная жена - Лина Филимонова

Руслан… Катюхин муж.

– Остынь, – говорит он  мне.

А пацанам делает знак, чтобы играли без нас.

– А ты че лезешь вообще? – ору я.

– Я не лезу.

– Пусти меня!

– Да я-то тебя не держу. А вот тебе бы посоветовал держать.

– Чего? – не понял я.

– Друга своего в штанах.

– Да пошел ты!

Руслана с Катюхой на той гнилой вечеринке не было. У них детишки разболелись. Так что своими глазами они ничего не видели. Но уже всё знают! А я еще надеюсь утаить шило в мешке…

– Я слышал, ты с бывшей неосторожно тёрся, – выдает Руслан.

Тёрся… слово-то какое подобрал! Странное. И слишком мягкое в данной ситуации. Если только…

– Что ты слышал и от кого? – наседаю на него я.

– От Кати слышал. Ей девчонки рассказали, как ты с бывшей во время танцев обжимался.  Это сейчас главная тема сплетен. Не буду говорить, какими словами Катя тебя называла…

– Уж не страшнее, чем я сам, – бурчу я.

– Катя просто очень переживает за Нику. Они вроде как подружились. А эту твою Диану она на дух не переносит…

– Она не моя! – взвиваюсь я.

– Ну и отлично.

– И больше ты ничего обо мне не слышал? – спрашиваю я.

– А есть что-то еще?

Я невольно хватаюсь за голову.

Есть. К моему стыду и сожалению.

Но… оказывается, эти трое реально молчат. Ладно, Алекс. И даже Леха – понятно. Но как Анька еще всем не растрепала…

Значит, реально чувствует себя виноватой.

– Поговорил с Никой? – спрашивает Руслан.

– О чем?

– Не знаю, – Руслан пожимает плечами. – Тебе виднее.

– Я, вроде, советов не просил, – бурчу я.

– А я все-таки дам тебе совет: поговори. Объясни жене, что ошибся. И держись подальше от этой Дианы. Если, конечно, планируешь сохранить семью.

Советует он… Он-то не знает, насколько феерично я “ошибся”. И насколько глубоко увяз в дерьме.  По самую макушку!

Мне хочется послать Руслана. Мне всех хочется послать!

Но я лишь молча бегу на поле. И снова луплю по мячу так, что ноги горят.

* * *

Я дома.

Тишина. Какая-то непривычная. Ника не вышла меня встречать, я не слышу музыки из рабочего кабинета или стука клавиш.

Мне становится не по себе.

Я разуваюсь и пробегаюсь по комнатам. В кабинете никого нет. На кухне и в гостиной тоже.

А в спальне… стоят чемоданы. И валяется какая-то одежда.

Это… что вообще?

Зачем Ника достала чемоданы? Мы же только через неделю в отпуск едем. Она что, репетировала сборы? Думала, что брать, и смотрела, что влезет?

Разбросала все.

И уснула…

Лежит поверх одеяла, свернувшись калачиком и поджав лапки, как будто замерзла. Такая маленькая и беззащитная…

А я гад. Который втянул ее в мерзкую и отвратительную историю.

Я отгбиваю одеяло с одной стороны кровати. Беру Нику на руки, поднимаю. Она такая легкая… Такая хрупкая и нежная.

Я перекладываю ее на простыню. Устраиваю голову на подушке. Накрываю одеялом. И ложусь рядом.

Надо сходить в душ, почистить зубы… Успею. Сейчас мне просто хочется полежать рядом со спящей женой.

Не удержавшись, я глажу ее по волосам. И, в слабом свете, проникающем через открытую дверь из коридора, вижу, как она сонно открывает глаза.

– Мой любимый котенок, – улыбаюсь я.

У нее такой странный взгляд. Как будто она не до конца проснулась и ничего не понимает.

– Котенок… – шепчу я.

И тут ее взгляд вроде бы становится осмысленным. И она произносит фразу, от которой мое сердце падает в бездну.

– А ее ты как называешь?

Глава 32

Вероника

Это что-то невероятное.

Уже второй день я как будто живу в каком-то кривом Зазеркалье. И со мной происходят абсолютно нелепые вещи.

Мерзкие. Подлые. Невыносимые.

И – нелепые.

Вчера я узнала, что у моего мужа есть другая. Его бывшая. Его неземная первая любовь Диана, с которой я и близко не могу сравниться.

И у них будет ребенок…

Это меня просто убило.

Это подло. Это хуже, чем нож в спину.

Но…

Дальше идет нелепая часть.

Я уснула!

Как я могла уснуть в таком состоянии? Я не представляю. Помню, как собирала вещи. Сначала свои, потом Максима. Помню, как меня душили рыдания.

Мне кажется, я рыдала несколько часов подряд без перерыва. Я чувствовала себя совершенно обессиленной. Выжатой, как лимон.

И, видимо, уснула. Так крепко, что спала до самого утра.

Хотя… кажется, я просыпалась. И даже разговаривала с Максимом. Да нет! Скорее всего, мне это приснилось.

А он… Он уже ушел на работу!

А я проспала.

Обычно я просыпаюсь вместе с ним. А сейчас уже девять утра. Я продрыхла больше двенадцати часов. Это что, тоже последствия шока?

Это так мой организм решил защитить меня? Спрятаться от невыносимой реальности во сне?

Спросонья мне даже показалось, что весь вчерашний вечер – всего лишь мой ночной кошмар…

Но нет.

Все реально. У кровати стоят чемоданы. Интересно, что Максим подумал о них? Знает ли он, что Диана приходила ко мне?

И главный вопрос: как он может… Как он смеет спокойно приходить домой, ложиться со мной в одну постель… прикасаться ко мне!

И это длится… я не знаю, сколько. Недели? Месяцы?

Мерзко.

Это невыносимо отвратительно и мерзко…

Ничего ужаснее со мной в жизни не случалось.

Я в эпицентре трагедии. Я не знаю, как жить дальше. Честно говоря, мне хочется снова уснуть и больше не просыпаться.