Ты думал, что я слабая... (СИ) - Осадчая Виктория

— Нам нужно как-то выбраться на стадион, чтобы посмотреть их игру вживую, — держась за руки мы шагали по ночной набережной города, наслаждаясь лёгким ночным бризом.

— Это будет очень не скоро, — ответила я. — Если только их матч не выпадает на выходные, потому что до Милана со своей работой я не доберусь в будний день.

— Зачем в Милан? Можно съездить посмотреть на матч «Барселоны» или «Лиона».

— Испания или Франция? Ты шутишь?

— Почему? — искренне удивился Арландо.

— Потому что это дорого. А платить за меня Я тебе не позволю. Мне и так не удобно, что ты постоянно меня кормить, поишь и развлекаешь, — наверное, принимать это как должное мне не позволяло воспитание.

— Мне, кажется, мужчине положенного платить за свою женщину, — пожал плечами он.

— Так, стоп! — я остановилась, ткнув пальчиком в его грудь, останавливая от продолжения дискуссии. — Я пока не давала тебе повода так думать.

— Какие мы сердитые и серьезные, — улыбка с его красивого лица не сходила, хотя мне было не до шуток. Он просто прижал меня к себе своими ручищами, из которых мне точно было не выбраться и впился в губы поцелуем, не давая мне право даже опомниться. Его рука легла мне на затылок, предотвращая все попытки сопротивления, вторая прижимала со спины мое тело к его. Это было не честно. Моя реакция не заставила себя долго ждать, я обвила руками его шею, притягивая его ближе. Хотя куда уж ближе? Мне было этого мало, я тонула в этих ощущениях, в этом жаре, исходившем от него. Дрожь в ногах заставляла меня цепляться за него крепче, в животе запорхали бабочки, говоря красноречивее любых слов, а мои губы не хотели отрываться от его губ. Это было мучительно…из груди вырвался лёгкий стон, заставивший вернуться меня на землю.

— А ты говорила, что не давала повода, — выдохнул Арландо, не размыкая своих объятий.

— Просто, я столько раз ошибалась, — я обняла его крепче.

— Это нормально для живого человека, — парировал он. — Разве я похож на парня, который тебя может обидеть?

— Нет, — заключила я. — Но тот беззаботный плейбой мне нравился куда больше этого ненормального романтика.

— Ты хочешь, чтобы я обсуждал с тобой, какая симпатичная задница у прошедшей мимо тёлки, а потом так раз поцеловал тебя, пока ты пялишься на бармена? Мы над этим посмеялись и разошлись по домам. Не думаю, что это хороший вариант. Тем более, если ты вдруг захочешь стать моей девушкой, то мне просто необходимо о тебе заботиться.

— Какой ты оказывается! — рассмеялась я.

— А если честно, то вот так, как с тобой у меня ещё не было. Обычно это был секс с непродолжительным периодом и все. А с тобой мне хочется говорить, целовать тебя, баловать, и снова целовать, а потом рассказать всему свету, что встретил такую замечательную девушку, и затащить тебя в постель, но чтобы ты там была не одну, и не две ночи. Вот так вот все запущенно, — от этого небольшого монолога Я даже забыла как дышать. Говорили мне, что любят, говорили, что жить не могут, но чтобы так, простенькое и с таким смыслом…М-да, сеньор Маттеви, Вы можете произвести впечатление.

— Ты пока молчи. Я не знаю ещё насколько этого серьезно. Мне нужно уехать на несколько дней, позвонил доктор, сказал, что необходимо провести обследование, как я восстанавливаюсь после травмы. А когда вернусь, мы и поговорим.

— Наговорил тут глупой девочке и сбегаешь?

— Ну, если так взять, то из нас двоих определением ребенка может назвать только меня, — снова из занудного романтика возвращался мой сосед. Я больно стукнула его в бок за упоминание моего возраста и того, что он младше. Мы даже устроили небольшой шуточный бой, закончившийся поцелуями. Мммм! Если бы кто-то сказал, что я снова смогу доверять мужчине, я бы рассмеялась ему в лицо. Оказывается, чудо существует.

В субботнее утро, которое наступило после ужина с семьёй моего коллеги математика, я нервно теребила ручку сумочки в ожидании своей подруги. Самолёт приземлился несколько минут назад и пассажиры, словно сонные муравьи, проходили таможенный контроль, появляясь один за одним в зале ожидания. Я то и дело выглядывала шикарную фигурку Римы среди этого разнообразия людей. Появилась она совершенно неожиданно, пока я отвлеклась на какого-то мужчину, который попытался познакомиться со мной.

— Пока я тут отбиваюсь от надоедливой попутчицы, она уже мужиков клеит, — руки в бока, взгляд уверенный, в руках небольшой чемодан. Рима встала напротив меня, сжав губы, чтобы не улыбнуться. Наверное, несмотря на короткий период времени, что мы провели вместе, я смогла немного ее изучить.

— Я же для тебя стараюсь, чтобы тебе не пришлось скучать, пока я на работе, — я тоже подавила улыбку и желание кинуться ей на шею.

— Я думала, что не захочу этого сделать, — она отпускает чемодан ибросается на меня, обнимая крепко-крепко. — Лиска моя, гадина ты моя, как же я соскучилась!

А дальше дорога домой, разговоры о прожитых порознь двух лет и поход на пляж.

— Я вижу, что тебе загорать больше некуда, но мне просто необходимою ультрафиолет, иначе, что это за отпуск получается?

Я рассказываю ей всю историю моей жизни до побега и после, а Рима меня обнимает и просит прощение.

— За что? — удивляюсь я.

— За то, что думала о тебе плохо, — мы молчим, а потом она задаёт вопрос. — Так этот Вовка твой больше не появлялся?

— Как бы это странно это ни звучало, но нет. Я каждый день тряслась как осиновый лист, озираясь по сторонам, а он пропал. Если бы не сеньора Роза, которая его видела, я бы подумала, что рехнулась.

— Или похмельный синдром, — заключила Рима.

— Вот кстати, в последнее время пить стала много. Какие-то постоянные ужины, праздники, то попойки с соседом.

— Ничего, я отличную клинику знаю, где женский алкоголизм лечат, — заверила меня Рима.

— Умеешь ты поддержать, — рассмеялась я. А вот то, что в последнее время я стала больше улыбаться и смеяться, как-то ускользнуло от моего внимания.

— А ты думаешь, для чего я приехала? А ты моя главная собутыльница.

— Знаешь ли, я думала, мириться со мной, — заключила я.

— Не, это естественно. Но ещё мне нужно отдохнуть от своего «любимого» босса, который вот уже год парит мне мозг, заливая о том, что обязательно разведется. Представляешь, а я как овечка верю. Вернее, верила. Мы собирались на Мальорку с ним, а я тайно купила билет и улетела. Пусть ищет, если нужна.

— А ещё говоришь про мое неумение выбирать мужиков.

— Тебе в этом, как оказалось, равных нет. Медальку нужно выковать и на шею повесить. Этот-то хоть нормальный?

— Если не окажется вдруг извращенцем каким-нибудь, то думаю, что нормальный.

-

А энтузиазма в голосе сколько! Знаешь что, мы тут с тобой обгорим скоро. Давай идём ужинать и пойдем куда-нибудь костями потрясем, зальем в себя немного топлива и вперёд!

«Немного топлива» — это мягко сказано. Ну, начнем с того, что за ужином нас угостили бутылочкой белого вина мужчины за соседним столиком. Не знаю, то ли это аура Римы в коротком платье, то ли мне давно было пора снова браться за сотворение на голове укладки и на лице макияжа. Но это сработало, бутылка была приговорена. Ну а дальше по накатанной дорожке: клуб, танцы до утра и много выпивки. М-да, такими темпами и до реабилитационного центра не далеко. А что поделать? Говорят, что русские пьют много. Просто русские не умеют пить, вот и все! Здесь в Италии я поняла одну вещь, что выпивать за обеденной или вечерней трапезой это нормально, и иметь стадию лёгкого алкогольного опьянения это тоже нормально. Только не нормальным было то, что проснувшись к обеду следующего дня, я поняла, что не помню, как добралась до дома.

— Рима, — позвала я, а голос барабанным набатом отразился в висках. Зажмурившись от непрошенного ощущения, я снова вернулась тяжёлую голову на подушку. Оглядевшись, я поняла, что нахожусь в гостиной на диване. Похмелья у меня не было с приезда Арины.

— Не кричи так, — замученный голос подруги раздался со стороны кухни. Хлопок двери холодильника, звон стакана и звук наливающейся воды заставили меня понять, как я хочу пить.