Отпуск с осложнениями - Лина Манило

быстрее палкой меня ткнёт прямо в глаз, чем позволит себя поцеловать. Ну и хрен с ним, будем решать проблемы по мере их поступления.

Глава 24 Катя

– Тискался?! – удивляется Юлька, а я киваю. – Прям там, в коридоре?!

Снова киваю и горько вздыхаю. И хоть я совсем не удивлена, на минуточку ведь показалось, что между нами что-то проскочило. Искра ли, как пишут в романах? Любовь с первого взгляда? Нет, не то, но всё-таки поверилось, что в глазах Вадима был неподдельный интерес. И поцелуй… такой сладкий, что до сих пор, кажется, его вкус на губах чувствую.

– Что думаешь делать? – оживляется Юлька, отвлекая меня от размышлений.

– А что я должна делать? И зачем?

Я действительно искренне не понимаю, как должна, по мнению Юльки, реагировать.

– Мы ничего другу на должны, он свободный мужчина. У него своя жизнь, у меня своя. На этом и закончим.

Я решительным жестом руки отметаю в сторону любые Юлькины возражения. Мало ли что на секунду померещилось – изображать из себя униженную и оскорблённую я не собираюсь.

– И ты даже ничего у него не выяснила? Не заставила объясниться? – Юлька вскакивает с места и принимается копошиться в кухонном ящике. – Всё-таки нужно было поговорить. Нельзя же так! Вдруг у него объяснение есть?

– Повторю для непонятливых: он не обязан мне что-то объяснять. Мы чужие люди.

– Чужие не целуются! А он тебя целовал!

– Ты мне подруга или нет? Не напоминай, хорошо?

Я слежу за ней, потягивая остывший чай, и понимаю, что мне не хочется больше об этом говорить. Ну вот совершенно не хочется, но всё-таки рассказываю, чтобы она уже отстала от меня:

– Мы вернулись домой на его машине, я немножко вздремнула, вот и всё. Он не пытался ничего пояснить, будто бы злился всю дорогу, я не настаивала. Потом он высадил меня у твоего дома. Всё, конец истории.

– А сейчас? – Юля ставит на стол бутылку вина и коробку шоколадных конфет. – Сейчас сидишь у меня в кухне, будто тебя из дома выгнали!

Сводит гневно брови к переносице и достаёт штопор.

– Никто меня не выгонял, – фыркаю, глядя на Юлькин большой двор за окном кухни. – Просто…

– Он там, да?

– Да, с кроликами возится, – вздыхаю, понимая, что всё-таки сбежала позорно. Трусиха.

– А ты здесь страдаешь, – выносит вердикт, а я отрицательно качаю головой.

– Нет, я просто зашла в гости. Да, мне немножечко обидно, самую малость, но это не повод страдать.

Юля молчит, сканируя меня взглядом, а я глаз не отвожу, чтобы она не придумывала себе лишнего.

– Но всё равно, – бурчит, доставая из коробки круглую конфету, – я бы на твоём месте поговорила с ним. Может быть, ты что-то не так увидела или просто показалось?

– Опять ты за своё. Юль, да неважно это всё. Давай забудем и о чём-нибудь приятном поговорим.

У Юли просто не остаётся выбора, и пару часов мы разговариваем о всякой чепухе, но это помогает отвлечься от дурацких мыслей. Настолько помогает, что я забываю о зрелище, которое на одно маленькое мгновение выбило почву из-под ног. Вадим и та девушка, та девушка и Вадим… наверное, они поругались, вот он и решил, что со мной будет весьма забавно скоротать время. Пара поцелуев, глупые комплименты, и я ведь почти растаяла…

Тьфу, снова думаю об этом.

– Катрин, поехали на вечеринку? – предлагает вдруг Юля и несильно хлопает ладонью по столу.

К вину мы так и не притронулись, зато конфеты слопали подчистую.

– Толку дома киснуть, когда за окном лето?

И правда.

– На пляж снова? – уточняю, потому что купаться мне что-то совсем не хочется.

– Нет, у Сержа моего дома. Поедешь?

– Легко! – улыбаюсь и буквально подпрыгиваю на месте.

– Вот! Теперь я узнаю свою Катрин, а то прямо глаза на мокром месте, – смеётся Юля, а я шикаю на эту мастерицу преувеличений.

– Ой, я забыла же… мне ведь переодеться бы надо. Но…

– Домой идти не хочешь? – прищуривается Юля и цокает языком. – И не надо идти, вот ещё. У меня в шкафу куча вещей, сейчас подберём что-то.

Этот вариант меня устраивает, потому что на самом деле пока не готова видеться с Вадимом. Наверняка он уже домой пошёл, но всё-таки. Мне нужно время, чтобы привести эмоции в начальную точку: к полному безразличию.

В Юлькином шкафу вещей столько, что хватит ни на одно лето – и это только летний гардероб. Она вообще шмоточница, потому выбрать есть из чего. Я раскладываю на кровати несколько платьев, но Юля отметает их прочь, нахмурившись.

– Вот что тебе надо! – убеждает, кладя короткое и почти неприличное платье богатого винного оттенка. – Оно потрясающее, тебе подойдёт.

– Хм, а у меня задница наружу не выпадет, когда я потанцевать решу?

Юля хохочет и смотрит на меня, как будто у меня вместо мозга муравейник.

– Ничего там не выпадет, ты просто примерь.

Спорить не хочется, а платье, честно признаться, мне нравится, потому без лишних разговоров переодеваюсь. Тонкая ткань плотно облегает фигуру, как чулок, но нигде не жмёт и не сковывает движений.

– Будто бы на тебя и пошили, – ахает Юля и, взяв меня за плечи, подводит к зеркалу в углу комнаты.

В нём я отражаюсь в полный рост и то, что вижу перед собой, мне, чёрт возьми, нравится!

– Красавица! – хлопает в ладоши, а кручусь туда-сюда, рассматривая себя внимательнее. – Сейчас ещё укладку сделаем, макияж и будешь самой красивой девушкой на вечеринке. Даже красивее меня.

Мы смеёмся, и я даже готова вверить Юлькиным рукам свою внешность, потому что она знает толк во всей этой девчоночьей мишуре. Пусть стану ещё красивее – только на пользу пойдёт.

– Слушай, Катрин, а может быть, тебе там с кем-то романчик замутить? – размышляет Юля, расчёсывая мои волосы. – Клин клином вышибают ведь?

– Какой клин, о чём ты?