Твоя на 7 ночей - Ая Кучер

нему, боясь. Ветер шумел и бил в лицо, даже шлем не спасал от давления в ушах. Мотоцикл подо мной дрожал от скорости, и я подрагивала вместе с ним. Я зажмурилась и ждала, когда всё это закончиться.

Я любила скорость, но никогда не ездила на мотоциклах, а тем более делать это впервые с мужчиной, в котором я не была уверена.

Когда Эрик резко затормозил возле моего подъезда, ноги подрагивали, и я поспешила оказаться на мокром после дождя асфальте. Стянула шлем и вдохнула прохладный воздух, успокаиваясь.

Внутри всё колотило и переворачивалось. А мне ещё к нему ехать таким же способом. Сглотнула вязкую слюну и постаралась взять себя в руки.

– Испугалась скорости, детка? – Эрик поворачивается ко мне с дразнящей улыбкой, укладывая тёмные волосы. – Думал, что в тебе больше жажды приключений.

– Я люблю скорость, но когда уверена на все сто и в транспорте, и в водителе. Мотоцикл прошел диагностику сегодня, а ты?

– Ты слишком дерзкая, Мио. У тебя пятнадцать минут, иначе я поднимусь за тобой.

Глава 17. Мина

Другого предупреждения мне не нужно. Я перепрыгиваю через ступеньки и дёргаю на себя железные двери. Не жду лифта, взбегая по лестнице на четвёртый этаж. Быстрее, проворнее, резче.

Не слушаю возмущений Ланы, которая наблюдают за моим хаосом. Я залетаю в душ, желая смыть следы двух дней адской работы. Кожу жжёт от холода, но я не добавляю горячей воды. Мне нужно протрезветь, прийти в себя. Понять, что я натворила.

Скидываю в кожаный портфель сменную блузку и бельё. Выпираю Лану за двери, закрываясь. Натягиваю на себя кашемировый свитер и джинсы с завышенной талией, которые липнут к влажному телу. Перевязываю волосы, собирая их в высокий хвост. Браслет Эрика завязываю вокруг запястья, собираясь вернуть. Мне от него ничего не нужно, даже таких мелочей.

– Ты объяснишь, что происходит? – я бросаю взгляд на часы, у меня ещё три минуты. Я отчаянно не хочу, чтобы Лана узнала о новом договоре. Она начнёт винить себя ещё больше, а мне и своего самобичевания хватает. – Мин, ты со мной вообще не говорила с той ночи. Ты меня ненавидишь?

– Лан, - я обнимаю девушку, позволяя всему на минуту остановиться. – Я сделала выбор, - и тогда и сейчас. И с последствиями разбираться только мне самой. – Всё хорошо, просто я нашла вариант, как достать несколько тысяч. Я смогу покрыть треть долга.

– Как? – она смотрит на меня своими зелёными глазами с грёбаной всемирной надеждой.

– Перезайму деньги, там сложная схема. Но треть долга Мафиоцци будет списано. А вот остальные – разбирайтесь уже с отцом, я сделала всё, что могла.

– И даже больше. Спасибо, Мин.

Она крепче прижимается, словно ребёнок, хотя ей уже восемнадцать. Или всего весемнадцать? Я целую Лану в лоб, желая спокойной ночи и вру про очередные завалы на работе.

Вылетая из подъезда, я врезаюсь прямиком в Эрика. Он прижимает меня к себе, не давая упасть. Обнимает меня за талию, а другой рукой гладит выступающую венку на шее. У меня всё обдаёт жалящим теплом от его прикосновений. Хочется вырваться из кольца властных рук, но я подставляюсь под холодные пальцы и жду.

– Я уже шёл за тобой.

– Ты же не знаешь номер квартиры, - по блеску в глазах становится понятно, что знает. Всё знает обо мне, разрыл информацию, докопался. Лишь бы не смог найти связь между отцом и мной. – Поехали?

– Поехали. Но в этот раз, Мио, не жмурься. Доверься мне. И это не просьба.

Как можно кому-то приказывать довериться? Это не сарказм сдержать и не указаниям следовать. Доверие это на уровне инстинктов, чувств и желаний. Это не то, что можно получить просто щёлкнув пальцами или сверкнув своими омутами.

С джинсами намного легче сидеть на мотоцикле и прижиматься к мужчине. В этот раз он набирает скорость медленно, километр за километром, давая мне привыкнуть. Я борюсь сама с собою, заставляя держать глаза открытыми.

Мир вокруг смазывается в яркие полосы огней города. Мы мчим по городу и Эрик ловко объезжает поток машин, наклоняясь то в лево или право. Он уверенно держится за руль и капли этой уверенности передаются мне. Вряд ли мужчина самоубийца и станет идти на необоснованный риск.

Я позволяю себе выпрямиться и рассматривать город, проносясь по нему. Внутри образуется непонятное восхищение, всё скручивается и губы сами расправляются в улыбке.

Мы мчимся по пустому мосту, и я вижу, как цифры на крупной панели увеличиваются, практически достигая двухсот. Мне должно быть страшно, но я не боюсь. Немного сильнее сжимаю пальцами рубашку, но не жмурюсь. Ловлю каждый миг.

Ветер бьёт по телу, обдувая. Мне безумно жарко от мужского тепла и в тоже время холодный воздух заставляет дрожать. Как и восторг, разливающийся внутри. Адреналин разливается по крови, бушует, бьёт в душе. Сердце словно бьётся в горле, мешая вдыхать. Я задыхаюсь от восторга и раздирающих ощущений, смешанного страха и желания быстрее.

Эрик словно слышит, добавляя скорости. Мы несёмся вперёд и мотоцикл дрожит под ногами, вибрирует. Мужчина крепче сжимает руль, подаваясь вперёд. И я вместе с ним. Гул нарастает, как и давящее ощущение в груди.

Двести десять, двадцать, тридцать. Цифры меняются бешено, всё сильнее, когда вокруг не остаётся ни одной машины. Он доходит до трёх сотен, но я совсем не ощущаю этой цифры, словно плавно несёмся по воздуху.

Восхищение скручивает все мысли в адскую смесь, когда я спрыгиваю на холодный бетон. Внутри всё клокочет, бьётся. Пальцы болят, с такой силой их сжимала, но готова повторить. Стягиваю шлем и стараюсь прийти в себя. Не знаю, как выгляжу, но Эрик выглядит удовлетворённым.

Он оценивает мой вид, приходясь от лица до подрагивающих коленок. Я стараюсь справиться с дыханием и глупыми идеями. Мне хочется повторить это, только на совершенно пустой трассе и без шлема. Чтобы чувствовать, как ветер хлыщет лицо и вдыхать запах