Наказание Дамира - Ана Сакру

фигуре и останавливается на бедрах, — М-м-м, в юбке?

Вспыхиваю.

— Это преступление?

— Нет! Ты прям классная…Собралась куда-то вечером?

Мне не нравится, как тепло и заинтригованно горят его глаза. Ощущаю, словно меня облапывают липкими невидимыми щупальцами. Я не против внимания незнакомых — оно мне даже льстит, как и любой другой девушке, но я не хочу его от человека, с которым провожу минимум по восемь часов в день. И работаю…

— Нет, просто так, — холодно бросаю я и показательно утыкаюсь в монитор. Надо посмотреть, что там прислал Тим, и что ж все- таки за баг тут у них приключился.

— Просто так… — повторяет за мной Ромка, будто перекатывая слова на языке. А затем вдруг поднимается со своего кресла, — Жек, пойдем покурим, а?

Кусаю губу в растерянности и смотрю в его открытое, улыбающееся лицо.

— Эм…ну, пойдем.

* * *

Ромка услужливо чиркает передо мной зажигалкой, давая прикурить. Я наклоняюсь к неверному маленькому пламени и делаю затяжку. Горьковатый дым ползет в легкие, туманит голову. Откидываюсь спиной на бетонную крашенную стену и, щурясь, наблюдаю за Ромой, прикуривающим себе. Мой ровесник, чуть старше, высокий, худой, но не сутулый, скорее жилистый, чем тощий, с симпатичным лицом, теплыми глазами, работающими мозгами и отличным чувством юмора. Однозначно, Ромка — классный. Наверно, другая бы давно заигрывала с ним. Наверно, он и от меня этого ждет… Он выпускает дым, пряча зажигалку в карман брюк, и перехватывает мой взгляд.

— Ты классная в юбке, я тебе говорил?

Вроде в шутку, но голубые глаза смотрят внимательно и цепко.

— Повторяешься, да, — фыркаю с иронией, — Больше не надену, чтоб тебя не заедало.

Смеется.

— Больше и не надо, я запомню навсегда.

— Прекращай, — хмурюсь.

— Женька… — Ромка качает головой, продолжая улыбаться. В воздухе между нами вместе с дымом сгущается едва заметная покалывающая нервозность, — Слушай, а что сегодня вечером делаешь, если никуда не идешь? Пятница все — таки…

Я затягиваюсь еще раз, отворачиваясь от него. Ладони влажнеют, и мне хочется стать дымом, который я выпускаю изо рта, чтобы вылететь в открытое окно.

Зачем, Ромка, зачем? Не переводи на это…У нас отличные отношения, легкие и дружеские, и мне отчаянно хочется в них удержаться. Дать ему это понять, не обижая, не делая так, что между нами потом останется негласная отчужденность.

Как это сделать? Как?

— Да не знаю пока. С подружкой встречусь наверно, — я говорю это намеренно небрежно, и это скорее всего правда. Катька почти каждую пятницу пытается меня занять. Пока еще никаких предложений от нее не поступало, но ведь нет и двенадцати.

— М-м-м… — тянет Роман, отвлекаясь на сигарету, и потом продолжает слишком легким, наигранным тоном, — Слушай, может на концерт сходим в А2? Там музыкальный фестиваль сегодня. Друзья мои играют, познакомлю. Проветришься, после того, как точно сегодня начальство навешает. Ну, как идея? Пойдешь?

И замолкает в ожидании ответа, продолжая улыбаться и в упор смотря на меня.

— Не знаю даже…Что за музыка?

— Разная, фолк в основном.

— Эм, я не большая поклонница…

— Да пошли, Жень! — умоляюще, — Че ты? Просто как друзья…

Кусаю нижнюю губу, раздумывая. Как друзья…Возможно, это отличный вариант: я ведь действительно могу неплохо провести вечер и заодно дать Роме понять, что между нами ничего не будет, в неформальной обстановке. Все-таки, когда ты на работе, всегда остается ощущение, что если вы выйдете за ее пределы, то станете ближе, что все сложится по-другому. Но по-другому не будет, Ром.

— Ладно…пошли.

— А-а-а…Класс!! Женька-а-а!!! — и прежде, чем я успеваю хоть как-то среагировать, Ромка уже кружит меня по лестничной клетке, душа в своих неожиданно крепких объятиях, — Будет супер, обещаю! Зажжем!

Стук металлической двери пролетом выше заставляет Романа так и замереть в обнимку со мной и резко вскинуть голову. Я тоже поворачиваюсь в сторону пришедшего, и уже в следующее мгновение резко отшатываюсь от Злобина, ощущая, как совершенно нелогично подскочившее сердце больно застревает где-то в горле. Это ужасно глупо, но меня так и тянет начать оправдываться и что-то объяснять, глядя в черные сощуренные глаза зашедшего в курилку Дамира.

12.

Гулкая дребезжащая тишина отражается от бетонных стен, и мне чудится, что всем слышно, как зашумело у меня в ушах.

— Дамир Тигранович, здрасьте, — Рома оживает первым. Хотя, наверно, мне только кажется так, и он и не думал превращаться в истукана. Для него ведь в этой ситуации нет ничего необычного. Просто начальник. Просто зашел покурить…

Злобин уже протягивает руку для приветствия еще и не думающему спускаться на нашу лестничную клетку Дамиру, а я наоборот отступаю на шаг, подальше от них обоих, и не останавливаюсь пока спина не упирается в высокий подоконник. И всё это время тяжелый нечитаемый взгляд Дамира провожает меня.

— Здравствуй, Роман, — ровно отвечает Керефов Ромке и, так и не взглянув в его сторону, легко спускается к нам по ступенькам.

Небрежно жмет, но сильно тряханув, протянутую руку, а затем становится ровно между нами и напротив окна. Я делаю еще шаг в сторону, чтобы не загораживать пепельницу и чтобы он случайно не задел мое плечо, когда к ней потянется. Дамир на это едва заметно криво улыбается, приподнимая уголок губ, быстро скользит взглядом вниз по моей фигуре, застопоривается на бедрах, обтянутых юбкой, и отворачивается к окну. Вижу, как дергается его кадык, когда он в профиль…И хочется себя прибить, за то, что вообще обращаю на это внимание.

— По какому поводу веселье? Починили что ли всё?

Тёмная бровь Керефова иронично выгибается, когда он косится на мгновенно стушевавшегося Рому, а затем тяжелый начальственный взгляд вновь перетекает ко мне.

Крепче обнимаю себя руками и подношу сигарету к губам, тупя глаза в пол.

— Да нет, — Ромка нервно взъерошивает волосы на затылке и виновато улыбается, — Но уже почти, Дамир Тигранович, часа два максимум, и все устраним! А веселье…Так пятница же, Женя вон со мной на свидание согласилась пойти. На концерт…

Моментально вскидываю голову, расчленяя Злобина взглядом. И чувствую, как недобро вспыхнувшие черные глаза напротив поджаривают меня.

— Свидание? — неверяще тянет Керефов.

— Дружеское, — выпаливаю я, смотря на Рому.

Тот бесшабашно пожимает плечами. Он просто не понимает…

— Хм…Дружеское, — у Дамира голос становится бархатным, как у заклинателя змей, и это до чертиков нервирует, — Жень, так у вас вроде бы уже есть один…ДРУГ…этот…как его…Александр.

Рома переводит на Керефова непонимающий взгляд, и мне тоже все-таки приходится повернуться и посмотреть Дамиру в лицо. В ушах тут же начинает шуметь во сто крат сильнее, когда я напарывающий на его прошивающий