Мой босс – тиран (СИ) - Набихан Дилноза

Уложив меня в постель, Максим навис надо мной, жадно поглощая и терзая мои губы, забирал весь воздух из лёгких, взамен даря свой. Прерываю поцелуй, отвернувшись от Макса, при этом подставляя его губам щеки, шею, как только он добрался до уха и начал посасывать мочку, меня пробила неистовая дрожь. Губы пылают огнём от поцелуев. Видно, как Максим их растерзал.

Максим целует шею, вновь поднимаясь до уха, и кусает мочку, вырвав из моих лёгких стон удовольствия. Руки шарили по всему моему телу, соски затвердели и были напряжены, между ног было уже влажно. Через лифчик Максим сжал грудь, вытолкнул руку под моим телом, легко расстегнул лифчик и избавил меня от него. Накрыл розовые соски губами, второй рукой раскатывая их меж пальцев. Целовал ложбинку, покусывал шею, а после облизнул свой укус. Уверена, завтра там меня будет ждать сюрприз в виде засоса.

Вновь вернувшись к моим губам, захватил их в свой плен, заставляя меня забыться в реальности, и утонуть в страсти. Обколотившись одной рукой о постель, второй накрыл мою плоть и через ткань начал поглаживать клитор. Я была возбуждена до предела, однако мужчина считал иначе. Я не знаю, почему он удерживался, ведь чувствовала, как ему трудно даётся эта сладостная мука. Его возбуждённый член упирался мне во внутреннюю сторону бедра, и я попыталась избавить его от остатка одежды.

— Дилфина! — глухо прорычал Максим, накрывая мою грудь руками, за тем он в два счета избавился от одежды, потом снял с меня трусики, обколотился на локоть и вновь припал к моим губам. И я запустила пальцы в его шевелюру, оттягивая их, как бы притягивая его к себе. Я не сразу сообразила, что это был отвлекающий манёвр перед бурей.

Почувствовав, как его член упирается в меня, напряглась, готовя себя к боли, которая описывается во всех возможных любовных романах, и которая последует после проникновения в меня, непременно. Но и здесь Максим был осмотрителен.

— Не бойся, расслабься и раздвинь ноги шире.

Подсказал он, руками разведя мои бедра. Сначала он вошёл головкой, давая мне время привыкнуть и расслабиться, а после во всю длину, ворвался одним толчком, легко преодолев преграду в виде моей девственной плевы. Немой вскрик вырвался наружу из моего горла, но мой крик утонул в новом поцелуе Максима. Он не двигался, не обрушал на меня всю тяжесть своего тела, целовал, отвлекал, поглаживал щеку, стирал слезы со щёк. А я, крепко вцепившись в него, кусала его губы, который тот легко подставил, и вонзала наманикюренные ногти в его спину. И Максим не был против.

Боль не полностью отпустила меня, но я не хотела спугнуть такой момент, оставить в памяти плохое воспоминание о том, как он лишал меня девственности. Поэтому, немного поёрзала на места, пытаясь дать понять ему, что все хорошо. Максим начал двигаться во мне, медленными толчками врываясь в меня. Приятных чувств было мало, да и Максим понимал это, но я твёрдо хотела, чтобы это осталось в моей памяти, как лучший секс в моей жизни. Ведь первый раз всегда особенный. Разве нет?

Наши тела коснулись друг друга, кожа к коже, дыхания сливались в единое, в комнате стало жарко и пахло сексом, в комнате звучит лишь шлепки двух тел и наше дыхание, глухое рычание босса. А я, закусив губу, пытаюсь сдержать в себе стон удовольствия. Знаю, что не должна сдерживаться, но не могу. Не могу отпустить себя.

Целую Максима, при этом, не разрывая контакта с ним, и забываю все. О том, что он мой босс, что завтра нам обоим надо на работу и вообще всё. Чувствую, как приближается оргазм, и как накрывает меня. Дрожу в конвульсиях удовольствия в его руках, выгибаю спину дугой, и будто внутри меня взрывается бомба, выбрасывая меня в экстазе. Максим делает ещё несколько мощных толчков и кончает следом за мной, кончив мне на внутреннюю сторону бедра. Горячая сперма растекается по моим бёдрам к простыне, а Макс падает рядом со мной, тяжело дыша. Увлекает меня за собой, заставляя лечь к нему на грудь. Краем глаза замечаю, как его член готов ко второму раунду.

— Не насытился? — сипло спросила. Но меня уже клонило в сон.

— Не поверишь, но нет, — засмеялся Максим, а у меня даже не было сил возмущаться. — А теперь спи, и не думай ни о чем.

Укрыв меня одеялом, сам скрылся в ванной. А я закрыла глаза и провалилась в сладкий сон.

Проснулась уже в пять часов утра, что было удивительно для меня. Не знаю, что именно заставило меня проснуться: боль в области живота или крепкие объятия, в которых я спала всю ночь? В его объятиях было тепло и надёжно.

Между ног саднило, напоминания о бурной ночи, и тут меня накрыла волна воспоминаний, упрёков и запретов! Осознание того, что я переспала с боссом, который лишил меня девственности, но он же мой босс! И как теперь быть? Ведь мы каждый день видимся, и забыть обо всем, как об одноразовом сексе без обязательств и чувств… не реально. И что же это получается, раз я оказалось девственницей, значит, не было ничего в тот вечер? Мужчина оказался слишком воспитанным, раз не тронул меня тогда, просто позволив мне переночевать у него полураздетой?! Бред какой-то! И куда катится мир?!

Повернула голову в сторону босса, любовалась его лицом. Спал мужчина крепко, дыхание было равномерным, а объятия даже во сне крепкими, будто я сбегу, а он не уследит за мной. Даже если и так, я ведь долго не смогу бегать от него. Все равно увидимся на работе.

Подняла руку, проведя по его щеке ногтями, очерчивая контур его губ, немного царапая, как дикая кошка, а после вожу указательным пальцем по носу, и губы сами расплываются в дурацкой улыбке.

Максим начал шевелиться, его ресницы дрогнули, а захват стал ещё более крепким. Ещё чуть-чуть и босс точно сломал бы что-то. Вдруг хватка на талии ослабла, босс поморщился, будто от головной боли, а я затаила дыхание, глаза заметались по его лицу. Я ведь не знала, как отреагирует босс на меня, когда проснётся. Удивится? Прогонит? Уволит с работы? Вариантов масса, но ответа так и нет.

Как ребёнок, который провинился, я закрыла глаза, сделала вдох-выдох, будто не проснулась. Максим ещё более активно зашевелился. Теперь была уверена, он уже проснулся.

Я была полна решимости, притвориться спящей, пока дыхание босса не опалило шею горячей волной, и мурашки тут же побежали по спине. Дыхание участилось, когда губы Макса коснулись шеи, чуть закусив, а после облизнув.

Чёрт, он же оставляет засосы, будто метку поставив, заклеймив меня собой! И как прикажете потом это скрывать?!!!

Я честно пыталась делать вид, что сплю. И что меня не возбуждают его поцелуи и укусы, и не раздражают. А он будто проверял меня на прочность. Кусал, целовал, ну, в общем, я не смогла больше притворяться и терпеть, подобные сладкие издевательства. Ещё ведь не семь утра, да даже не шесть, а он уже встал? Или я ошибаюсь?

— Макс, — отвернулась, оперившись руками в его крепкую грудь. — Ты что делаешь? — снизив голос до шёпота, спросила, смотря в его глаза.

— А что, не видишь, целую, — как ни в чем не бывало, ответил. Глаза смеются, а в нотках его слов так и сковывает плохо скрываемая насмешка. Наклоняется, снова осыпая шею поцелуями.

— Максим!

Пытаюсь его остановить, сдерживаю в себе порыв, чтобы не засмеяться, но Максим не слушается меня. Руками забирается под одеяло, начинает поглаживать плоский живот. К слову, я все ещё была голой, и почему-то смутилась, когда ощутила его ладони у себя на животе.

— Ты горячая, — подняв голову, изумлённо выдаёт он. А я легко бью его в плечо, будто флиртую с ним.

— Максим, перестань, — смеюсь. Снова наклоняется, целует уже в щеку.

— Правда, горячая! С тобой все в порядке? — нахмурившись, спросил. — Нигде не болит?

— Голова немного болит, кажется, из-за вина, и… — замялась, не зная, говорить ли ему о том, что болит живот и между ног саднит болезненно или же промолчать. Ведь к слову, это уже не его проблема, а моя. Нужно будет обратиться к гинекологу. Но, кажется, босс сам все понял, странно улыбнулся мне. — Что? — слишком резко, чем хотела, рявкнула я.