Пешка для наследника (СИ) - Ковалевская Алиса

Глеб целовал ее неторопливо, и она слышала, как стучит ее сердце между поцелуями. Женя откинула голову назад и закрыла глаза, полностью отдаваясь этим нежным легким касаниям. Сколько прошло времени – пять минут или пятнадцать – она не знала, но готова была продолжать до бесконечности.

На мгновение Глеб оторвался от неё, посмотрел в её затуманенные страстью глаза и вдруг понял, что эта маленькая девочка с копной светлых, как лучи солнца, волос и изумрудными глазами, такими чистыми и глубокими, зародила где-то внутри него маленький огонёк. И с каждой минутой он разгорался всё больше и больше, заполняя его сердце желанием прижать её к себе и не выпускать ни на минуту. Впервые за много лет Глеб испытывал желание защищать и оберегать кого-то.

Женя улыбнулась ему и вновь прижалась к его мускулистой груди, лаская руками его спину, шею… Глеб с новой силой впился в её сладкие нежные губы. Подняв её, он осторожно положил её на кровать и накрыл её тело своим, не прекращая жадно целовать и ласкать каждый сантиметр её тела.

Женя откинулась на подушки и наслаждалась ощущениями, чувствуя, как тепло медленно разливается по телу. Ещё никогда её не влекло с такой неимоверной силой к мужчине, и ещё никогда в жизни она не отдавалась с такой страстью и желанием… Глеб стянул с неё кофту и несколько мгновений рассматривал её. Женя подняла на него глаза, и их взгляды встретились. И вдруг она на сотую долю секунды увидела перед собой не Глеба, а Диму… и резко отстранилась.

- Прости, я не могу, - пробормотала она и вскочила с кровати.

Мысли её перепутались, и она не могла понять, чего же она хочет на самом деле. Кажется, она испытывает к Глебу настолько сильные чувства, что они заглушают доводы разума, что этот человек очень опасен, что все его чувства к ней – не более, чем игра. Но почему же тогда она не может позабыть мужа? Только ли это угрызения совести или что-то большее?

Женя подняла с пола свою кофту и быстро оделась. Глеб продолжал неподвижно лежать на кровати, молча наблюдая за ней. Краем глаза она видела, что взгляд его задумчив. О чём он думает? Она бы всё отдала, чтобы услышать его мысли.

Наконец, Глеб встал, застегнул на себе рубашку и бесстрастно произнёс, не глядя в её сторону:

- Ничего. Не беспокойся.

Затем он вышел, оставив Женю наедине с ворохом мыслей запутанных узлом, который распутывать у неё уже не было сил.

Глава 13

Утро выдалось туманным и дождливым. Виолетта недовольно поёжилась, глядя в окно. Как же она отвыкла от этой унылой противной английской погоды. В Америке все было по-другому. Тепло и солнечно. Она никогда не любила Англию. Вернее не так – она не любила находиться под одной крышей со своими родственничками. Единственный, кто относился к ней по-доброму, так это отец, остальные были заняты вечными склоками, ссорами, интригами… И она сбежала в Америку, как только представилась такая возможность.

Вита усмехнулась и спустилась по ступенькам, держась за перила, отполированные до блеска слугами. Мать не потерпит в своём доме грязи и пыли… То есть, теперь в доме Жени.

Пройдя в гостиную, Вита позвала горничную и попросила принести ей чашку кофе со сливками.

- Только сделай так, чтобы кофе был не слишком горячим, Роза. И принеси ещё бисквитов, - распорядилась она.

- Хорошо, мисс. - Девушка в строгой униформе серого цвета кивнула и скрылась за дверьми.

Не успела Виолетта присесть в кресло, как в дверях появился Алексей. Он радостно улыбнулся сестре.

- Доброе утро, дорогая, - проговорил он, целуя Виту в щеку.

- Надеюсь, что доброе, - пожала плечами девушка, опускаясь в кресло. - А ты чего такой веселый?

- Да вот, хочу сделать Жене сюрприз, - глаза Леши светились лукавыми искорками.

- Какой?

- Не скажу…

- Уж не собираешься ли ты сделать ей предложение руки и сердца? - весело засмеялась Виолетта, на что Лешка лишь покачал головой:

- Пока нет.

- Пока?

- Пока, - его яркие глаза улыбались. - Кстати, а ты не видела её сегодня?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вита пожала плечами и хотела что-то сказать, однако её опередил вошедший в гостиную Даниил:

- А она уехала!

Вита и Алексей разом обернулись на брата.

А тот стоял и злорадно усмехался.

- Как это? Куда? - Алексей не сводил требовательного взгляда с Даниила.

- Увы, дорогие мои, но я и сам не знаю, - вздохнул он и прошел к камину, где лежала стопка утренней корреспонденции. - Знаю только, что наша обожаемая Маргарита помогла не менее обожаемому Глебу увезти наследницу подальше от наших глаз. И говорить куда – категорически отказывается, - в его голосе слышались стальные нотки. Даниил оперся локтем на камин и посмотрел на Лешу, буквально пригвоздив того к месту. - Только не думай, что Евгения Осипова достанется тебе, Лешенька.

- Интересно, уж не тебе ли? - спокойно поинтересовался Алексей. Однако в глазах его бушевал огонь.

- Конечно! - Даниил наслаждался бессильной яростью младшего брата. - Кто у нас в семье самый красивый? Самый обаятельный? Самый приветливый и самый любимый?

- Я, конечно, о чем речь! - в гостиную впорхнула довольная Маргарита. - Собрание тут устроили, делите, кому достанется наша Женечка, я правильно поняла? Дорогие, не утруждайте себя и не тешьте зря надеждами. - Марго весело цокнула язычком. - Женя будет с Глебом навсегда и «будет век ему верна»!

- Марго, где Женя? - Алексей подскочил в ухмылявшейся сестре. - Если вы что-то с ней сделаете, я…

- Что «ты»? - Марго сверкнула взглядом. - Ты ничего не можешь, Леша! Даже завоевать девушку, к которой неравнодушен! Ты был в выигрышной ситуации, ты ей нравился, но ты слишком медлителен, поэтому Глеб тебя опередил! Ты всегда будешь САМЫМ младшим из братьев!

- Рита, замолчи! - не выдержав, Виолетта подошла к сестре и тут же наткнулась на колкий ненавидящий взгляд. Но глаз не отвела. Она бесстрастно посмотрела на Марго и спокойно произнесла:

- Ты - низкая и подлая, Маргарита! Тебе доставляет удовольствие издеваться над людьми, так?! Ты никогда не думала ни о ком другом, кроме себя! Ты эгоистка и интриганка! Как ты можешь так говорить о собственном брате?!

- Ой, ой, святая невинность подала голос! - заорала Маргарита, испепеляя сестру ненавидящим взглядом, а затем обратилась ко всем: - Вы все - ангелы невинные, так?! Вы думаете, что никто ничего не знает, да?! Вы сидите здесь и перемываете косточки нашей наследнице и брату! Хотите узнать, куда они поехали? Не дождетесь! А Глеб - единственный, кто по-настоящему достоин Жени, - довольная произведенным эффектом, Марго криво усмехнулась и добавила: - И её наследства.

И тут раздались аплодисменты.

Даниил громко хлопал в ладоши, покатываясь со смеху:

- Браво, Марго! Бр-р-раво!!! Какая проникновенная речь! Долго репетировала?! Так и вижу свою сестренку, стоящую перед зеркалом и говорящую своему отражению все то, что ты только что сказала нам! Ему пришлось по душе?!

Марго в ответ лишь недовольно фыркнула и величественно отправилась к выходу. Только уже держась за ручку двери, она обернулась и, как-то странно обведя взглядом братьев и сестру, тихо произнесла:

- Мне вас жаль. Правда. Но вы проиграете войну. ВСЕ ВЫ.

А затем вышла из гостиной.

Оставшиеся сидели в напряженном молчании, каждый думая о своем, только ему одному известном, пока Даниил не нарушил молчание:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Интересно, что тут у нас за письма лежат? - как ни в чем не бывало, пробормотал он, беря стопку в руки. – Та-ак… это счета… это тоже… это… - он перевернул письмо и посмотрел адресата, - это отцу…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И вдруг Даниил застыл, почувствовав на себе пристальный взгляд. Подняв голову, он встретился с испуганными глазами Виолетты.

- Ты ждешь письмо? - спросил парень.

Она усиленно замотала головой:

- Нет, с чего ты взял?