Три жениха на мою голову (СИ) - Филимонова Лина

Инга на секунду зависла, видимо, производя в уме те же самые несложные расчеты, что делал вчера Егор.

— Да ладно! — воскликнула она. — Серьезно?!

— Так он и заявил. Кстати, что тут было вчера?

— О, теперь я понимаю… — сказала Инга. — Он пришел с подарком. Очень обрадовался, когда я сказала, что Ксюша любит есть помаду, пластилин и зубную пасту. Оказывается, у него в детстве были такие же привычки.

— Похоже, это окончательно его убедило. Теперь он не сомневается, что Ксюша — его дочь. И моя, естественно.

— Погоди, погоди, — остановила меня Инга. — Что значит: не сомневается? Ты что, ему не сказала?..

— Нет, не сказала. И не скажу до поры до времени. Пусть мучается!

Инга уставилась на меня непонимающим взглядом.

Она пока не знает, что случилось вчера после встречи. И я пока не решила, рассказывать ли ей… Это очень неприятно. Это больно и унизительно.

Вчера мы так и не поговорили с Егором. Пошли все эти тосты, вино и шампанское, бокал за бокалом. Через какое-то время я поняла, что выпила слишком много: голова кружится, все кажется слишком ярким, а, главное, мне слишком весело. Это не к добру…

Со времен выпускного я боюсь алкогольного опьянения. Знаю, что могу наворотить неизвестно чего. Не доверяю себе! И стараюсь не пить больше двух бокалов вина. А тут я как-то случайно перебрала… Но еще не настолько. чтобы не понимать этого.

У Насти, которая сидела рядом, зазвонил телефон. Из ее ответов я поняла, что за ней кто-то приехал, и она собирается домой. И решила, что для меня это — прекрасный шанс уйти, не наделав очередных глупостей.

Здесь Федор, который до сих пор вызывает во мне очень сильные эмоции. Здесь Егор, который считает, что Ксюша его дочь и хочет меня вернуть. В конце концов, здесь Олег, который, кажется, ничего от меня не хочет. Но он которого я могу чего- нибудь захотеть под действием гуляющей по крови смеси вина и шампанского.

В общем, я проявила благоразумие. Наклонилась к Насте, спросила ее тихонько:

— Ты уезжаешь?

— Да, — кивнула она.

— Можешь меня подвезти?

— Без проблем.

— Только давай не будем афишировать…

— Поняла.

Мы сделали вид, что пошли попудрить носик, а сами ринулись в гардероб, забрали шубы и, хохоча, выскочили на улицу.

— Ты все такая же! — воскликнула Настя и обняла меня.

— В смысле?

— С тобой не соскучишься!

— Да ничего такого… Я просто выпила лишнего. И поняла, что надо убираться, пока не поздно…

Настя усадила меня на заднее сиденье новенького "Ауди", села со мной, познакомила меня со своим мужем, который сидел за рулем.

— Как повеселились, девчонки? — спросил он.

— Хорошо! — хором ответили мы.

А потом я назвала ему свой адрес.

Ехать было не близко, по дороге мы разговорились и, видимо, под действием выпитого, разоткровенничались.

— Слушай, — решилась я на вопрос. — Что тогда обо мне говорили? Ну, после выпускного? Наверное, много разговоров было.

— Да! Это была главная новость года! Самая шикарная пара университета рассталась прямо на вылускном! Да еще и с таким скандалом.

— Ему, наверное, сочувствовали, — произнесла я. — А меня называли шлюхой или похуже…

— Да, большинство думало, что ты во всем виновата.

— Большинство? — не поняла я.

— Ну да. Ты первая ушла с Федором, а Егор лишь отомстил тебе

— Что?!

У меня все поплыло перед глазами.

— Он отомстил?

— Ты что же, ничего не знаешь?

Настя выглядела предельно удивленной.

Марина

— Так чего я не знаю? — спросила я, уже догадываясь, что ответ на этот вопрос не принесет мне ничего хорошего.

Настя замялась.

— Ну, говори, раз начала.

— Ты, наверное замечала, что на последнем курсе Алина положила глаз на Егора…

— Алина?! Она же… мы же дружили!

Нет, я не замечала. Я была слепой.

— Нет? Ну, а я это видела. Но не думала, что она так себя поведет.

Значит, Алина… Значит, Егор отомстил мне с ней. Я не буду об этом думать и это представлять. Но это трудно. Я помню, как они обнимались на выпускном. Кстати, Настя тоже была там.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тогда, на выпускном, вы с Егором поругались. Кстати, в чем была причина? Конечно, если это не секрет.

— Да какие уж секреты. Я бы сказала… если бы сама помнила.

Я много раз пыталась вспомнить, с чего тогда началась наша грандиозная ссора, но так и не смогла. Это была какая-то ерунда, что-то мелкое и незначительное. Кажется, он сказал, что хочет выйти проветриться, а я сказала, что хочу танцевать. Тогда он сообщил, что мы всегда делаем только то, что хочу я, а я возмутилась и напомнила, что выполняю все его желания по первому свистку. Он обвинил меня в злопамятности, я его — в желании поскандалить. И пошло-поехало.

Мы много разного тогда друг другу наговорили. Того, что давно копилось и о чем надо было поговорить спокойно. И того, чего говорить не нужно было вообще.

Егор куда-то ушел. А лотом я заметила его у выхода, с Алиной и Настей в обнимку. Насколько я могла видеть, он целовал их обеих…

— Егор тогда вел себя странно, — продолжала Настя. — Схватил нас Алиной в обнимку, сказала, что мы красавцы, расцеловал обеих. Он был какой-то неестественно веселый. Думаю, он рисовался перед тобой. Я потом освободилась из его рук, а Алина не стала. Прилипла к нему, стала шептать что-то на ушко. Помню, я боялась, что ты это увидишь…

— Я увидела.

— Я пыталась намекнуть Алине, что она ведет себя некрасиво. Но она почти прямым текстом меня послала. А потом засунула язык в рот Егору. Мне стало противно, и я ушла. Не растаскивать же их силой! Алина, конечно, та еще стерва, но Егор тоже хорош. Он ее не остановил, скорее, наоборот. Тоже активно работал языком. Мне не хотелось на это смотреть.

— A я в этот момент залезла на барную стойку.

— Да. Мне было так обидно за вас! Вы были такой красивой парой, казалось, у вас настоящие чувства…

— Мне тоже так казалось, — заметила я.

— Я немного потолкалась среди танцующих, меня занесло далеко от Егора и Алины, я не знала, что у них творится. Да и не хотела знать.

Настя замолчала.

— Что-то мне подсказывает, что это еще не все, — заметила я.

— Не все… Я пошла в дамскую комнату. Там, рядом, была еще какая-то дверь, что- то вроде подсобки со всякими хозяйственными штуками. Дверь была приоткрыта, я услышала смех Алины. И зачем-то заглянула.

Рассказ Насти снова прервался.

— Ну продолжай уже! Хватит отрезать мне хвост маленькими кусочками.

— В общем, Егор был с расстегнутыми штанами. А Алина — на коленях, — выпалила Настя.

— О-о! — не удержалась от вскрика я, в красках представив эту картину.

— Егор увидел меня, и, кажется, очнулся. Вид у него был крайне виноватый. Он оттолкнул Алину, начал застегивать штаны, выскочил из подсобки, вслед за мной. Я, забыв куда шла, вернулась в зал. Когда мы вошли, вы с Федором как раз целовались на стойке. Видела бы ты лицо Егора в тот момент…

Я не видела. Но много раз представляла. Я думала, ему было очень больно. Я предала его, нанесла удар в спину. Оказывается, к тому моменту он уже нанес первый удар мне… А я столько лет мучилась чувством вины!

— Вы с Федором красиво спрыгнули в толпу и убежали. Я помню, перед дверью ты оглянулась… Я тогда подумала, что ты хочешь, чтобы Егор тебя остановил.

— Наверное, — согласилась я. — Наверное, именно этого я и хотела.

— Но он этого не сделал. Вместо этого он вернулся к Алине. Уж не знаю, продолжили ли они то, что я прервала… Но потом они вместе танцевали, целуясь взасос и почти раздевая друг друга. И уехали тоже вместе. Я слышала, что некоторое время после этого они были вроде как парой. Но недолго. А ты улетела домой, удалилась из всех соцсетей, не хотела ни с кем общаться…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})