Жестокая любовь (СИ) - Соболевская Наталья

Чуть отстранилась от сына, посмотрела в детские хитрющие глазки и поняла, насколько верно говорят люди: «От осинки не родятся апельсинки».

Глава 29

Вадика оставила играться с Дымком на его обожаемой куче, сама же с Максом обсуждала новый график дежурств, ведь заказчик торопит, особенно сауну ему побыстрее подавай.

— Алиса, там с твоим сыном какие-то проблемы, — вынырнув из-за угла, сообщил мне рабочий. — Молодая женщина из хозяев такой шум подняла.

— Что случилось? — сердце кольнуло. Чёрт побери, не надо было сына из поля зрения выпускать.

— Не знаю, но там возле кучи толпа собралась. Беги узнавай.

Не видя, что перед глазами, рванула, даже не поняла, как добралась до места событий.

Берманы в полном составе, включая хозяина дома, его обоих сыновей и невестку, собрались, образовывая условный круг, внутри которого находились два мальчика — мой Вадик и ребёнок Ильи.

— Алиса, хорошо, что подошла, хотел уже за тобой посылать, — сказал Виктор Валерьянович, что ближе всех находился к мальчишкам и нависал над ними, подперев бока кулаками.

— А-а-а вот, значит, и мамаша нарисовалась! — выкрикнула супруга Ильи и агрессивно в мою сторону дёрнулась. Если бы Кир не выставил руку и обратно её назад не отодвинул, не исключено, что мы бы уже через секунду валялись по траве и таскали друг друга за волосы.

— Что случилось? — поинтересовалась я, глядя на напряжённый профиль Виктора Валерьяновича.

— Этот… твой… моего сына чуть не покалечил, — жена Ильи опередила с ответом хозяина дома.

— Да замолчи ты уже! — рявкнул Виктор Валерьянович на невестку, да так, что все без исключения вздрогнули. — Голова уже от твоих воплей болит. Вадик всего лишь Артёма толкнул, и сейчас мы узнаем почему. Да, Вадик? Расскажешь, как дело было? А потом мы ещё Артёма послушаем. Артёмка, а ну не реви, на тебя же отец, дед и дядя смотрят. Ну ты чего?

— Расскажу, — подал голос Вадим, и я тут же пробралась к сыну, взяла его за руку и со стороны жены Ильи своим телом прикрыла, мало ли что этой истеричной в голову взбредёт.

Нет, я всё понимаю, сама кого угодно за своего ребёнка в клочья порву, но её сын полностью невредим, а у неё вокруг рта выступила пена, и она так враждебно на Вадика пялится, словно единственное разумное наказание для него — это расстрел.

— Я на картонке с кучи катался, — начал сынок, — Дымок спал возле будки, а этот мальчик, — посмотрел Вадим сначала на Артёма, а потом кивнул в сторону забора, — спрятался в кустах и кидал в щенка камни. Большие. Булыжники. Два раза попал по голове. Я ему говорил, что животных нельзя обижать, а он всё равно кидал. Тогда я слез с кучи, догнал его и толкнул.

— Понятно, — протянул Виктор Валерьянович и посмотрел на внука. — Ну а ты, Артём, что скажешь, подтверждаешь историю Вадика?

Мальчик, прикрыв личико ладошками, согнулся, закивал и зарыдал.

— Ну вот опять хнычет, — вздохнул Берман-старший. — Что, внучек, перед взрослыми ответ держать не так весело, как кидаться в собаку камнями?

— Вообще-то Артём пострадавшая сторона. Виктор Валерьянович, вы, случаем, ничего не попутали? — с претензией высказалась мама Артёма.

— Это ты, Яна, вместе с Ильёй что-то напутали, когда внука моего воспитывали. Во-первых — сыну не объяснили, что обижать слабых — позорно. Во-вторых, удар держать не научили. Его толкнули, а он вместо того, чтобы дать сдачу, мамку на помощь позвал. В-третьих — в конце концов, отучите его постоянно реветь. Что тебя касается, Вадик, — глянул Виктор Валерьянович на моего сына. — Ты, конечно, должен был найти кого-то из взрослых и о проделках Артёма рассказать, но как мужик мужика я тебя понимаю. Поэтому лично у меня претензий никаких нет. У остальных, надеюсь, тоже? — старший Берман сначала вопросительно посмотрел на Илью, затем на Кирилла, но тут почему-то нахмурился, присел на корточки и ещё раз оглядел лицо Вадика, а далее по новому кругу, Илья, Кирилл и снова Вадик. — Всё, расходимся, — выпрямился хозяин дома. — А то устроили бурю в стакане воды. Кир, Илья — вы ко мне в кабинет, есть разговор.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Кирилл

Отец велел идти с ним, Илья так и сделал, я же помедлил и пока не убедился, что Янка и Алиса отошли друг от друга на приличное расстояние, никуда не пошёл. Невестка у меня — дама неуравновешенная, ей вполне бы хватило ума продолжить скандалить. Алиса бы, естественно, в ответ не промолчала. В итоге дети бы наблюдали, как их мамы друг с другом сцепились.

— Дверь прикрой, — скомандовал отец, когда я к нему и Илье в кабинете присоединился.

— Я голодный как волк, давайте хоть кофе закажем, — предложил Илья, развалившийся на диване.

— Обойдёшься, — рявкнул отец. — Ладно я — старый хрыч, но вы-то молодые, у вас что, глаза на жопе растут? Сколько лет сыну Алисы?

— Пять, — отозвался Илья на вопрос, ответ на который я не знал.

— То есть возраст тебе известен? — отец отвернулся к окну и выдохнул.

— Ну да, я его спрашивал, а что?

— Да то, что вы у меня не только слепые, но и тупые.

— Может, мы пропустим часть, относительно наших умственных способностей, и сразу перейдём к сути? — вмешался я.

— Да легко. Сколько лет назад Илья на Алисе собирался жениться? Шесть. Сколько её сыну лет? Пять. Сколько месяцев бабы ребёнка вынашивают? Пораскиньте теперь мозгами, чей он сын?

— А ведь Вадик и правда на Илью сильно похож, — глядя на брата, подтвердил я. — И возраст у него подходящий.

— Не соглашусь, — вставил отец. — Вадик больше похож на меня, потом на тебя, — папа ткнул в меня пальцем. — А потом уже на Ильюху. Но так бывает, я лично тоже в деда пошёл больше, чем в отца. Ну что, сына, скажешь? Настругал детёныша и пять лет в кустах отсиделся, да?

— Э-э, вы чего, — оживился Илья. — Вадик не может быть моим по одной простой причине. У нас с Алисой ни разу ничего не было.

— Да ну, кому ты рассказываешь?! — возмущённо отреагировал отец и даже привстал с кресла. — Ты же в то время топтал всё что шевелится, а Алиса у тебя в невестах ходила. Ты в памяти-то покопайся.

— Да что я, совсем умалишённый! Если говорю, ничего не было, значит, не было. Да, топтал, но Алису даже пальцем не тронул. Уговор у нас с ней был — ни-ни, пока полгода не повстречаемся.

— Говоришь, даже пальцам Алису не трогал, — задумался отец. — Тогда почему я в её мальце вижу свою породу?

— Да это легко объясняется, — начал рассуждать брат. — Женщин обычно один типаж мужчин привлекает, после меня Алиса встретила другого парня, внешне похожего на меня, забеременела, вот тебе и кажется, что их сын мой.

С тем фактом, что у меня никогда не будет детей, я смирился. Не сразу, конечно. Сначала были годы безуспешных попыток и бесконечные обследования у врачей. Сейчас же обнадёживаться, чтобы в очередной раз разочароваться, крайне не хочется, но в голову уже забралась мысль, а вдруг Вадик мой?

Если Илья с Алисой не спал, то у нас-то с ней всё было. Правда, один раз, но вдруг он тот единственный для меня выигрышный билет.

— Если мы во всём разобрались, то я пойду, — Илья, опираясь на подлокотник, тяжело поднялся с дивана. — От голода уже желудок скрутило.

— Да иди ты, иди, — махнул рукой отец. — А ты, Кир, останься, есть у меня к тебе парочка рабочих вопросов. Ну что, сын, Илья вышел, рассказывай. Почему у тебя весь разговор глаза бегали, как тараканы после того, как свет загорелся?

Глава 30

— Ну и чего ты молчишь? — отец встал, обогнул стол, чтобы присесть напротив меня на столешницу. — Колись уже, есть вероятность, что Вадик твой сын?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты же знаешь, у меня с этим проблемы, так что навряд ли, — выдохнул я.

— Кир, я разве об этом спрашивал? Он может быть твоим или нет?

— Если учитывать то, что все врачи в голос твердили, что чисто теоретически могу зачать, а почему технически не получается, они понятия не имеют, то да, в этом случае Вадик, возможно, и от меня.